Страница 51 из 157
Информация о потерянных жизнях, исчислявшихся миллиардами, могла бы вселить излишнее, совершенно ненужное беспокойство в разум простого гражданина Империума. Уничтожение миров, иногда даже по несколько штук зараз, подтачивало патриотические представления о галактической гегемонии и пробуждало подозрения о том, что человечество, возможно, теряет контроль над своей бесценной межзвездной империей.
Двенадцать мужчин и женщин, собравшихся в Анесидорийской часовне, не думали о подобных сантиментах. Они навеки попали в плен бесконечных решений, оценок и бюрократических процедур, где показатели достатка и нищеты, войны и мира, жизни и смерти измерялись в масштабах планет, субсекторов и сегментумов. Не было ничего удивительного в том, что, участвуя в галактической игре и управляя бесчисленным множеством фигур, даже самые острые и амбициозные умы Сенаторума утратили способность придавать значение мелким деталям. И действительно, со временем опытные игроки переставали замечать отдельные фигуры среди множества присутствующих на столе. Когда государственными процессами руководило собрание подобных личностей, даже незначительные поначалу помехи грозили разрастись до серьезных проблем. В королевстве глухих, слепых и тугодумов маленькие (по галактическим масштабам) беды имели неприятное свойство нарастать, как снежный ком.
От своих легионов помощников и наблюдателей лорды Терры получали различные фрагменты информации, из которых составлялась общая картина. Иногда их внимание привлекали отдельные персонажи, выделявшиеся в общей массе, или значимое изменение хода действий, вовремя всплывшее на поверхность, которое не имело смысла, если не знать картины предшествовавших событий. А иногда они смотрели на разворачивающиеся перед глазами катастрофы и не понимали этого. Они все читали книгу, часть слов в которой отсутствовала, — настоящее испытание на понимание прихотей судьбы… и зашифрованное послание о грядущем бедствии. Однако ни у кого из присутствующих не было самой главной части повествования — финала.
Юскина Тулл тайно сговорилась с капитанами-хартистами поднять цены на проезд и транспортировку грузов между центром и окраинами сегментума, но не могла предвидеть уничтожения своих грузовых флотов и блокировки древних торговых маршрутов.
— Флер-де-Фиде был маяком надежды во тьме Внешнего Кольца.
— Безусловно.
Марсианин Кубик, генерал-фабрикатор и глашатай Культа Механикус, должен был заботиться о благе собственной империи. Разве мог человек, пусть даже давно превзошедший все положенные природой пределы с помощью аугментических улучшений, служить одновременно двум господам с одинаковой преданностью? Кубик предпочитал проводить большую часть времени на борту консульской баржи, постоянно перемещающейся между Террой и красной планетой, но в глубине своей механической души понимал, что верен только Омниссии. Во времена Великой Ереси эти две планеты воевали между собой. Но те дни давно прошли, и культы наконец вновь заключили непростой, но старательно соблюдавшийся договор об объединении. Священной обязанностью Кубика, как генерала-фабрикатора, была служба логике Бога-Машины. И сегодня она требовала от него заключить взаимовыгодный союз. При этом ничто не мешало участникам данного союза действовать в собственных интересах. Никогда больше могучий Марс не станет служить первым рубежом обороны, призванным ослабить врага на подступах к крепостям Терры. Кубик обеспечит защиту красной планеты, а также силу и эффективную работу всей марсианской империи.
Именно по этой причине генерал-фабрикатор знал об угрозе вторжения ксенорасы хромов. И благодаря бескомпромиссной эффективности передал тщательно отобранные данные Инквизиции, которых было как раз достаточно для принятия пакета мер для критической ситуации, несмотря на то что Кубик сам впоследствии подвергал сомнению эту возможность ради политической выгоды. По той же причине одаренный магос Фаэтон Лаврентий отправился на Ардамантуа в составе экспедиции Имперских Кулаков, после того как напыщенный магистр Касс Мирхен предсказуемо взялся за задание. И эта же беспощадная эффективность позволит Механикус пережить катастрофу, вероятность которой легион логиков Кубика уже оценил как стопроцентную. И эффективность требовала, чтобы только у слуг Бога-Машины были все данные, которые обеспечат марсианской империи существование после того, как грядущая буря стихнет.
— Люди на Флер-де-Фиде были очень набожными. Только на Серенетриксе могут похвастаться большей преданностью культу.
— А престол на нем свободен?
— Да, Серенетрикс станет хорошим уделом для кардинала Крейцфельдта.
Кубик обменялся занесенными в его модифицированную память любезностями с чудаковатыми Сарком и Анваром. Волкан Сарк и Абдулиас Анвар были, соответственно, главами Астрономикона и Адептус Астра Телепатика и, таким образом, являлись одними из наиболее могущественных псайкеров в Империуме. И в действительности были существами совершенно иного плана бытия. Вместе с Геладом Гибраном, эмиссаром Патер-новы домов навигаторов, они помогали соткать сложную нематериальную сеть транспортных маршрутов и астротелепатических каналов, которая связывала воедино физические фрагменты Империума. Без их власти над эмпиреями, над путями снабжения и связи Империум бы замер, словно заржавевшая древняя машина. Если бы они не были так заняты своей погоней за влиянием и властью, то вполне могли бы обратить внимание на рваные дыры в своей сети. Могли заметить, с какой скоростью тонкие нити, связывающие Империум, рвутся — одновременно со смертями их слуг-псайкеров на внешних рубежах. Возможно, они бы поняли причину, по которой их безотказная Лига Черных кораблей перестала укладываться в график и почему усилился ненасытный голод Императора, поддерживающего свет Астрономикона.
Главный провост-маршал наблюдал за коллегами. Вер-нор Зек был массивным, хотя примерно половину этой массы составляли аугментические улучшения. Та часть лица, которая не была бионической, пестрела заплатками пересаженной кожи. Такая внешность осталась ему на память о долгих годах работы в городах-ульях Макромунды, отличавшихся крайне высоким уровнем преступности, и о тяжелой работе, которая понадобилась, чтобы подняться в иерархии Адептус Арбитрес: ему приходилось поддерживать порядок, а также выслеживать и карать людей, в чьем сердце поселилась скверна. Несмотря на все попытки скрыть отсутствие интереса в данном собрании, напряженная квадратная челюсть выдавала арбитра. Таким образом, истинная природа всплывала наружу. Зек мог проследить путь партии наркотиков по улью с удивительной точностью, до последней пылинки. Мог выбивать признание из мутантов, аристократов и даже товарищей по службе в застенках полицейских участков. Мог председательствовать в судах, тянувшихся месяцы и даже годы, неся правосудие криминальным синдикатам, охватившим целые сектора своей структурой, настолько сложной, что попытка ее анализа могла бы сжечь когитаторы взявшегося за это дело калькулюс логи. Но в окружении патриархов Сенаторума, изнывая от бесконечной скуки происходящего, Зек обнаружил, что его чутье на коррупцию и преступления стало ослабевать. Время от времени он замечал признаки недобросовестного исполнения обязанностей: злоупотребление полномочиями, действия в личных интересах, спекуляции — и игнорировал это. Словно кибермастиф, натолкнувшийся на реку или канал с вонючими отходами, Зек потерял нюх, и все его подозрения растворились, унесенные потоком банальной бюрократии.
— Возможно, какая-нибудь субсидия придется тут к месту.
— Для наиболее влиятельных кланов аристократии.
— Да, именно. Для аристократов.
Лорд-главнокомандующий и Экхарт, глава Администратума, были больше остальных виновны в бездействии. Если считать Империум кораблем, раскачивающимся под ударами волн обстоятельств, то информация была его якорем. Имея на руках информацию со всех уголков Империума и армию советников, архивариусов, клерков и писцов, являющихся звеньями бесконечной цепочки обмена данными под своим руководством, Экхарт и лорд-главнокомандующий Удо обладали всеми знаниями, необходимыми для решения самых сложных проблем — как нынешних, так и грядущих. Бездонные инфосклепы имперского казначейства. Палаты Нотариум, занимавшиеся распределением десятины. Бесчисленные полчища Департаменто Муниторум. Информация по запросам и запросам о запросах, собранная в горах документов Официо Официум. Архивы прогнозов военных угроз за десятки лет от Логис Стратегос, а также инструкции по стратегическому планированию класса «алый» в разбивке по сегментумам: Солар, Обскурус, Пацификус, Темпестус, Ультима и Экстра-Галаксия. И это лишь малая часть сложнейшей структуры учреждений и инстанций, напрямую подчиненных Удо и Экхарту. Однако утверждать, что эти двое не знали о Кошмаре на Ардамантуа, было бы неправильно. Задолго до катастрофы Инквизиция представила Удо ее описание в рамках пакета мер для критической ситуации. Экхарт тоже был прекрасно осведомлен о расе хромов из-за причиненного их вторжением ущерба в виде недополученной десятины и нарушенных торговых маршрутов.