Страница 18 из 28
– И не спать?
– Без перерыва.
– Но человек не может столько работать и не спать.
– Не работать, жить в этих упражнениях. Если это удастся, спать тебе не понадобится. Только болевые ощущения в связках или мышцах смогут остановить тебя. Но в следующий раз ты сможешь дольше.
– Как это дает силу или скорость?
– Тебе рано. Осваивай ритмичные упражнения.
– Что это даст?
– Древний чукча убивал дикого оленя без стрел, ножом. Он просто долго бежал за ним, пока олень не падал. Человек не быстрее и не выносливее оленя. Он может быть более ритмичным.
– Как долго нужно было бежать?
Олень в тундре
© Фото автора
– Это не имело значения. Имело значение состояние, похожее на транс, которое ты можешь понять с помощью упражнения.
– А без транса?
– Подвернешь или сломаешь ногу.
– Все так могли?
– Любой молодой охотник со здоровыми ногами.
– Был какой-то ритуал, практика?
– Как у всех народов мира. Охотник просил прощения, понимая, что и его когда-то догонит судьба, и наносил смертельный удар.
– Еще вопрос. Как ты все же ускоряешься?
– Не ускоряюсь. Замедляю мир для себя. Ты пока можешь это только во сне.
В 1998-м я искал поводы для обсуждения темы долголетия. Чаще всего разговоры по моим «поводам» кончались практически мгновенно, и я долго не мог задать следующий вопрос.
– Ты не видел сериал «Горец»?
– Нет. Почему ты спросил?
– Там главный герой бессмертен. Он живет с девушками и совершает подвиги.
– Это – подростковые мечты. Если бы кто-нибудь жил действительно долго, он бы не вмешивался в эту суету.
Чуть-чуть удачнее были прямые вопросы, но к этому времени (или сразу?) Шаман понял мой интерес и, по своей вредной привычке развлекаться по любому поводу, подшучивал над ним.
– Сколько ты собираешься жить?
– Я готов умереть сегодня.
– Но если ты не умрешь, сколько ты хочешь жить?
– Это зависит не только от меня. (Смеется.)
– Но настолько, насколько это зависит от тебя?
– Как и любой йог.
– Это мне непонятно.
– Столько, сколько намерен оставаться в этом теле. (Смеется.)
– Я не знаю йоги. Сколько ты хотел бы оставаться?
– Годы катятся, катятся, и они так похожи друг на друга, что я не знаю, сколько мне лет.
– Но ты можешь посчитать.
– Умом я знаю, сколько, но чувствую их как пять-семь.
Упоминание Шамана о его занятиях йогой позволило мне задать ряд вопросов, но разговор получился каким-то раздражающим, двусмысленным и пустым. Я хотел убрать его из этой публикации как ничего не значащий, но понял, что он значим, хотя эта значимость почему-то неприятна.
– Ты говорил, что ты – йог.
– Я – йог по-своему.
– Как это?
– Как в русских сказках Баба-йога и Кощей Бессмертный. (Смеется.)
– Мои студенты дали бы еще пару версий названия «Баба-Яга».
– Какие?
– Например, есть версия, что была группа племен «йага» или, что на одном из диалектов старославянского слово «яга» обозначает воина.
– Смотри-ка, век живи, век учись. Моя версия шуточная, и я больше говорю о Кощее.
– Думаешь, были реальные прототипы?
– Конечно. Люди боялись их, как всего непонятного.
– Их убили добры молодцы?
– Возможно, какие-нибудь авантюристы тех времен.
– Почему «Кощей» это допустил?
– Мы не знаем точно, допустил ли.
– А злодеяния, похищения Василис?
– Это – вряд ли. Они могли бы все организовать без ссор.
– Они были влюблены?
– Хочется, чтобы сказка была красивой? Мы не узнаем.
– Ты не похож на Кощея, скорее – на какого-нибудь ветерана из боевика.
– Прототип, возможно, был сухонький. Да и жил не в приполярных горах. Ты видел здесь худощавого моржа, нерпу, медведя?
– Скоро везде будут жить люди. Куда уйдут Кощеи?
– Наверное, уже мимикрировали и живут в городах. С другой стороны, здесь места будет полно.
– Со временем эти края освоят.
– Не раньше, чем изменится климат.
– Почему ты так думаешь?
– Когда ты учился, еще изучали «Капитал» Маркса?
– Изучали, при чем здесь это?
– Ты, наверное, плохо учился. Рубль, вложенный в развитие производства здесь, всегда даст меньше прибыли, чем рубль, вложенный в более мягком климате. Здесь больше затрат на энергию, здания и содержание работника при равной производительности.
– Но здесь будут развиваться особые производства.
– Только заповедники. Все остальное будет дороже вложенных денег.
– Не знаю, как спросить. Где твоя любимая женщина?
– Она со мной.
Сначала я думал, что здоровье Шамана во многом обусловлено его жизнью в экологически чистых условиях и натуральными, «без химии» продуктами. Последующие наблюдения заставили в этом усомниться. Например, когда мы выпивали с браконьерами, Шаман не пропускал ни одной и закусывал со всеми даже весьма сомнительными консервами[42]. В холодные дни он спал вместе со всеми в трюме возле чадящей «дэски»[43], хотя я спать там не мог и предпочитал мерзнуть наверху.
Плашкоут браконьеров
© Фото автора
– Ты засоряешь организм парами солярки.
– Организм сам очистится.
– Не лучше ли жить, по возможности, в экологически чистых условиях?
– Лучше в меру.
– Экологическая чистота в меру?
– Человек не может вечно отгораживаться от мира. Мир все равно прорвется.
– Если будет развиваться экологическое сознание…
– Чепуха. Чтобы быть жизнеспособным, нужно приспосабливаться к любой среде.
– И пусть все засоряется?
– Нужно одновременно и пытаться сохранять среду, и изменяться вместе с ней. Любое одиночное направление проигрышно.
Молчание Шамана и его многочасовое неподвижное сидение является особой практикой. Однажды во время такого сидения я провел ладонью перед открытыми глазами Шамана и убедился, что зрачки не дрогнули. Закончив сидение, Шаман сказал, чтобы я больше так не делал.
– Ты видел ладонь?
– Все твои действия.
– Почему не сказал сразу?
– Был занят важным делом.
– Всегда контролируешь ситуацию?
– Нет.
– Опасно?
– Полный контроль все равно невозможен. Любой Леший имеет темп больше твоего.
Шаман очень расчетлив, поэтому практика, заставляющая его доверяться случаю, должна быть очень важна.
– Что ты делаешь в это время?
– Соответствую идее самого себя.
– Что за «идея себя»?
– Есть идея каждого человека: Иванова, Петрова, тебя, меня. И есть реальные воплощения: Иванов, Петров…
– И что?
– Чем больше реальные Иванов-Петров отличаются от своей идеи, тем больше они разрушаются.
– При чем здесь идеи?
– Идеи неразрушимы, они вне времени и пространства.
– Как это?
– Например, идея Платона о мире идей. Платона давно нет, а идея есть. Где она? Когда? В тебе, мне, в московском профессоре философии, в Платоне? Вне времени и вне пространства.
– Идеи Иванова-Петрова тоже вне времени и пространства?
– Конечно. Поэтому они неразрушимы.
– Человек может быть неразрушим, соответствуя своей идее?
– Этого не знаю. Но, конечно, такой человек намного дольше сохранит форму, чем обычный.
42
В экипаже есть повар, но, когда идет рыба, он работает со всеми. Никто не готовит: нет ни сил, ни желания.
43
ДЭС – дизельная электростанция.