Страница 2 из 32
Идея зоны «Андердарк» конструкторами была позаимствована из легендариума двадцатого века Земли. Зона представляла собой искусственную пещеру со сложным многоярусным переплетением тоннелей и залов. По легенде в подобных подземельях обитала раса дроу, коварных и жестоких врагов человечества, поэтому «Андердарк» был густо уснащен разнообразными ловушками. Келназ ДеВир поступил в распоряжение корпорации Лабиринт раньше, и зона оборудовалась для него с четким знанием параметров и возможностей модификанта.
- Ну, показывай свою вотчину…
Трехмерная карта тоннелей всегда ретранслировалась на личный навигатор охотника, но ДеВир знал ее наизусть. Он вел Дима по высоким и низким запутанным проходам, обращая его внимание на ловушки, отключенные в данный момент, но смертельно опасные во время работы. Реакция Лезвия все еще не радовала Дроу. Кроме некоторого опасения в ней присутствовал азарт…
Пять часов спустя, в рейсовом флаере, Келназ задумался, почему человек не отказался от замены генмода на явно более опасной задаче. Из охотничьей гордости? Из нежелания терять рейтинг? Или было что-то еще, не сказанное Димом вслух?..
Аппарат высадил ДеВира перед громоздким зданием космопорта, когда по пластику площадки уже защелкали первые капли. Когда генмод вошел в зеркальные двери, теплый весенний дождь обвалился на фонари и крыши стеклянной стеной, смыв половину ночного вида.
В зале ожидания на большой экран транслировалось Арена-шоу. Жертв в этот раз было трое. Из охотников выбрали Всадника, Танка и (Келназ скрестил пальцы, но это, как и всегда, не помогло), Дроу. Ведущий разлился певчей рыбой о том, что сегодня впервые Арена проводит уникальную акцию – случайная замена охотников. Нет, зоны остаются те же, но выходит в них совершенно другой вершитель судеб. Другие ожидающие жадно всматривались в экран, кто-то даже зааплодировал. Выбравшего одинарное кресло Келноза в углу они не замечали.
Я мог бы убить всех их, еще до того, как охранная система замкнет двери, неожиданно подумалось Дроу. И Дим тоже. Но всегда убиваем им на потеху.
Первыми, как и всегда, были «Квартал» и «Горячая точка». Точнее, сегодня Танк отработал первым. Чисто, хоть и со своими коронными ораториями, которые приводили зрителей в экстаз, и от которых болели дровские уши. Следующим лишил свою жертву головы Всадник. До посадки в лайнер оставалось 15 минут. На сцене перед зрительским залом появился Лезвие. Его облачили во что-то доспехообразное со множеством шипов и выступающих элементов, на вид еще менее удобное, чем коварная броня самого Дроу. Преступник, тощий, жилистый мужчина неопределенного возраста, вызвал у ДеВира мерзкий холодок вдоль хребта – человек был явным форсблейдером, а значит опытным бойцом и возможно, бывшим военным или патрульным. И хотя Дим также знал основы этой школы боя, запрещенной к гражданскому изучению везде, кроме Вольных секторов, его противник ощущался более опытным…
Объявили посадку на рейс Медина – Малкос, и Келназ двинулся вдоль указующей полосы на полу, ловя взглядом каждый развлекательный дисплей. Пока охотник и добыча кружили по коридорам в поисках друг друга и удачной позиции для атаки. Служащий терминала проверил личную карту ДеВира, в которой значились не совсем те данные, которые содержал его личный файл в службе информационной безопасности Лабиринта. По «выездным документам» Келназ был метис хатканца и уроженки Кварцкена, что отлично объясняло его огромный рост, жилистую силу и белые волосы, и отменяло всякое поражение в правах. Впрочем, бесследно исчезнуть с этими документами Келназу мешало не только отсутствие желания, но и микроскопический чип в основании черепа, очень сложно поддающийся удалению. Если после определенного отрезка времени он не получит кодового сигнала, Келназ в самом прямом смысле узнает, что такое «оторвать голову».
В своей каюте – второй класс, вполне прилично для тренера по экзотическим видам оружия, каковым он значился в документах, - Келназ первым делом включил Лабиринт-канал. Лезвие успешно заманил своего противника в ловушку. Преступник истекал кровью в объятиях живой сети. Дим в торжествующем жесте вскинул руки и сделал шаг назад.
Генмод сжал кулаки, так что ногти впились в ладони. На шаг позади у поворота на центральный зал был пусковой механизм еще одной ловушки.
Да, они уже должны были быть отключены. Да, оператор, который этого не сделал, за взятку или по привычке обслуживать зону модификанта, вылетит с работы. Да, но это ничего не меняло.
Металлические челюсти, на огромной скорости вырвавшиеся из стены, должны были перерубить добычу пополам. Лезвию хватило реакции сместиться, и ловушка только вспорола ему бок и раздробила руку. Ведущий ахнул в унисон с толпой, а в ярко осветившейся пещере замелькали зеленые куртки медиков.
Келназ ждал, проигнорировав просьбу автоматики отключить видео перед стартовой перегрузкой. Даже когда ускорение впечатало его в койку, ДеВир наблюдал за мигающим экраном. До тех пор, пока медицинская служба корпорации Лабиринт не сделала официального заявления, что жизнь раненого охотника вне опасности. Затем Дроу выключил экран, освещение в каюте и заснул.
Малкос был небольшой планеткой на задах Федерации, и полет до него занял даже у мощного гиперпространственного лайнера восемь дней. Сутки до гипера, шесть суток в гипере и еще одни на подлете к планете. Для ДеВира Малкос не был конечной целью. С Малкоса ему на малом прогулочном кораблике требовалось в качестве журналиста посетить планету Цирцея, на которой на данный момент повышенными темпами строился новый музей истории космоса. Для новой и чрезвычайно ценной коллекции. Коллекции оборудования исчезнувшей неведомо когда расы Предтеч. И именно эту коллекцию генмод должен был лишить одного конкретного экземпляра.
Малкос встретил гостей пыльной бурей. Старый и не слишком ухоженный космопорт даже не пытался препятствовать стихии, а потому с посещением личной резиденции «ученика» и получением от него дополнительных данных ДеВир испытал некоторые трудности. На личную встречу в Альбертом Кстото, старым знакомым и одним из лучших информаторов Товора Дроу прибыл очень грязным и несколько раздраженным.
- Неплохо выглядишь, - усмехнулся в ответ на его сморщенный брезгливо нос Альберт. – По крайней мере, для нашего климата. Добрая Медина слишком балует вас.
- Могло быть хуже? – поинтересовался Келназ. Хозяин дома не предложил ему привести себя в подобающий вид, и не предоставил комнату для отдыха, из чего могло следовать два вывода – отправление на Цирцею последует сразу за получением информации и/или человек не считает подобную дань вежливости обязательной в общении с модификантом.
- Могло. В прошлую тройку смерч унес пассажирский флаер вместе со всеми пассажирами. Сорок трупов.
Келназ кивнул, ожидая продолжения, и оно воспоследовало.
- Здесь вся имеющаяся информация. – Альберт положил на край стола инфокристал. – Задача тебе ясна. «Кредо» стоит, готово к взлету. Лети птичка. В бурю это мало кто увидит, а лишние глаза мне без надобности.
«Кредо» оказался, как и планировалось, одноместным корабликом внутрисистемного сообщения. На его борту, после спешного взлета и выхода на курс, ДеВир смог освободить себя от отложений пылевого характера еще раз проверить новости. Самой неприятной, с его точки зрения была «Знаменитый Воин Арены вынужден окончить свою карьеру в связи с потерей правой руки». Келноз ничего не мог изменить в ситуации на любом ее этапе, но совести это не всегда удается объяснить, верно? Она – зверушка упрямая…
Цирцея оказалась людной, частично терраформированой планетой на пике развития, в которую кто-то удачливый вложил кучу кредитов. Количество гостей зашкаливало, так что в мешанине разных подвидов людской расы Дроу было не слишком сложно затеряться. Более-менее ознакомившись с обстановкой, он предпринял экскурсию к почти завершенному зданию музея.
Какой-то архитектор-фантазер выстроил несчастный комплекс в модном стиле канддойдской культуры, так что больше всего он напоминал гигантский земной термитник. ДеВир мысленно улыбнулся – внутри, судя по всем проектам и фотографиям, термитник должен был напоминать его «Андердарк», как по убранству (хотя вряд ли там есть ящерицы), так и по обилию систем безопасности.