Страница 2 из 20
Черк некоторое время смотрел на его спину, обтянутую черным. Дотянулся до тарелки, переставил ее себе на колени. Хлеб был свежим, по крайней мере – не сухим. Мясо тоже опасений не вызывало. Он не знал, едят ли Летящие, но вроде бы пили воду. И напитки других миров, получается, тоже пили… Младший вздохнул, дунул через плечо, отгоняя неприятности (хотя, казалось бы – дальше влипнуть просто некуда) и сунул в рот кусок. Мясо как мясо, плотное, чуть солоноватое. И хлеб, как хлеб. Рот наполнился слюной, и вместе с ней пришел дикий голод, так что за пару минут Черк вымел с тарелки абсолютно все до последней крошки.
Бутылка была запечатана. Открывалась она, конечно, просто, но подлить или подсыпать туда что-нибудь Летящий не мог, хотя Черк и не был уверен, нужно ли ему что-то делать с пленником таким хитрым способом. Казалось бы, чего проще – сгреб за шиворот, дотащил куда надо, привязал, и делай, что хочешь. Младший отвинтил крышку и осторожно глотнул. Жидкость была сладкой, пузырилась, как шампанское, но алкоголем не пахла. По вкусу она напоминала шоколад, поэтому выпилась очень быстро. Бутылку и тарелку Черк поставил обратно и опять уставился на черную спину. Летящий продолжал рисовать, не обращая внимания на человека.
- Спасибо, - подумав, сказал этой спине Младший. Можно, конечно, было ничего не говорить, но со Старшими и Взрослыми положено быть вежливым. С врагами, правда, положено сражаться молча, а погибать – с проклятием или упоминанием Рассвета на устах, но сражаться было нечем, а убивать его почему-то не спешили.
Вместо ответа Летящий кивнул. У него длинные густые черные волосы, спадающие на спину волной. Две пряди от висков заплетены в косы, и вместе придерживают все остальное, чтобы не лезло в глаза.
Младший собрался с духом, сел ровнее.
- Как тебя звать? – он не был уверен, что ответят, но попробовать стоило.
- Азеф.
- А зачем… В смысле, что со мной дальше будет?
- Не знаю.
- То есть? В Летящего переделаешь?
- Нет.
- Отпустишь, что ли? – с кривой улыбкой спросил Черк.
- Куда?
Это был очень подлый ответ, потому что, в самом деле, куда теперь? Он не погиб вместе со Старшим. В городе сочтут трусом, а то и перебежчиком и, скорее всего, повесят. Дома – в любом случае не примут, если даже Лидер сжалится. И другой Старший точно не возьмет. Да и как отсюда без крыла добираться до города?
Черку захотелось сжаться в комок поплотнее и заплакать.
- Почему ты меня не убил? – прошептал он. – Что тебе надо?
- Ничего.
- Тогда почему?
- А ты хочешь?
Черк замолчал. Это тоже был подлый вопрос, и сказать «да» означало бы вранье. Вранье – дело тёмное, а тьму Летящие слышат, поскольку сами тьма. Если бы он действительно хотел погибнуть вместе с Бриском – не удирал бы от тех двоих…
Царапанье карандаша возобновилось.
- Азеф?
- Что?
- У тебя есть Младший?
- Нет.
- А был?
- Нет.
- Никогда?
- Никогда.
- А почему?
- Я из другого мира.
- Торговец?
- Нет.
- Наемник?
Поначалу Черк спрашивал просто так, чтобы тишина не давила на уши, но теперь зашевелилось любопытство.
- Нет.
- А кто?
- Стражник.
- А почему сюда попал?
- Пришел.
- Зачем? Посмотреть мир?
- Нет.
Черк неожиданно подумал, что Бриск уже десять раз приказал бы ему заткнуться, а отец отвесил бы леща.
Он встал. Пошатнулся, хотя ноги держали после еды куда лучше.
- Тарелку куда нести?
- Вниз. На кухню. Не обязательно.
- Я отнесу, - упрямо буркнул Младший.
Азеф не стал запрещать. Не повернул головы, словно был уверен, что пленник его никуда не денется и не найдет, чем вооружиться. Его широкий, чернёный меч висел на поясе, без ножен, на специальном подвесе-лопасти.
Черк выскользнул за двери как можно тише и едва не слетел со ступенек – они начинались сразу за створкой, без площадки – винтовая лесенка, выводящая во вторую большую комнату. Здесь окон тоже не было, как и наверху, зато была кровать и отгороженный полуаркой угол – подобие кухни. Спустившись и расставшись с пустой посудой, Младший огляделся внимательнее и почесал в затылке: некоторое количество вещей из других миров, в основном устройства на кухонной территории; некоторое количество предметов на полках, камни и причудливые ветви. Жилище одинокого Взрослого, но точно человека. Потому что Летящие…
Он не мог сказать, что именно Летящие. Они были врагами. Воплощением Тьмы, отнявшей у Крылатых свет и нормальную жизнь. Они были иными, настолько, насколько вообще может быть иным очень похожее на тебя существо.
Черк обнаружил, что все еще стоит посреди комнаты и присел на кровать. Мягко, но не так мягко, как дома. Обивка – пушистый материал, никаких простыней – когти же, - зато что-то вроде одеяла или пледа из темно-серебристой ткани. Зеркальной ткани. Одна из трех подушек еще хранила отпечаток головы хозяина.
За единственной дверью оказался обычный санузел, с ванной и ростовым зеркалом на стене. Бритв там не нашлось, только гребень. Никакого прохода вниз тоже не было.
Младший еще немного побродил по комнате, разглядывая безделушки. Они были необычными, но красивыми, приятными. Ему даже захотелось спросить Азефа, откуда эти вещи и связаны ли с ними какие-нибудь истории. Потом Черк опять уселся и задумался, что делать дальше.
Бежать? Ждать (чего именно?), выспрашивать, разведывать, и все-таки бежать к людям? Может быть, примкнуть к какому-нибудь каравану и уйти в другой мир?
Зачем он потребовался Летящему?
Младший устало встряхнул головой. Глаза слипались: крыло вытянуло слишком много, да и нервы давали себя знать. Хотелось просто отвалиться на диван, накрывшись странным покрывалом и отключиться. И, желательно, проснуться дома и понять, что Азеф – всего только сон…
(Бриск побил бы за то, что в его постели улегся Младший)
Черк оторвал себя от опоры и побрел наверх по ступенькам. Азеф все также сидел за столом, все также шуршал грифель.
- Я посплю? – на всякий случай спросить стоило, ведь раньше Старшие всегда отпускали его, когда надобность в услугах отпадала.
- Спи.
- А… а что ты рисуешь?
Такие вопросы были не последним источником Черковских проблем – и со Старшим, и с другими крылатыми, и с отцом, но Азеф ответил ровно:
- Карту мира.
- Нашего мира?
- Да.
- А можно посмотреть?
Это, конечно, была абсолютная наглость, но…
- Смотри.
Слишком удивленный, чтобы остановиться, Черк подошел к столу и взглянул на большой лист чего-то вроде кожи, и уж точно не бумаги.
Карта была красивой. Очень аккуратной, наверное, точной, и по-настоящему красивой. На светло-коричневой поверхности листа синим, черным и красным были разные линии – контуры материков, горные хребты, меридианы и параллели. Все они словно чуть продавили материал, сделав изображение рельефным и живым. Розу ветров придерживал лапой неведомый зубастый зверь. Младший восхищенно задержал дыхание.
- Нравится?
- Ага. Стоить будет, наверное… - и Черк запнулся. Летящие тоже ведут дела с торговцами, но отец всегда говорил «нечего считать чужой заработок».
- Посмотрим, - Азеф шевельнул плечом.
- А можно спросить?..
- Да.
- Я пока… остаюсь здесь? – он хотел спросить что-то совсем другое, но забыл, что именно, и сказал первое, что пришло в голову.
- Пока да.
- А потом?
- Посмотрим.
- На что посмотрите? На мое поведение?
- В том числе.
- А что мне делать?
- Сейчас?
- Потом.
- Жить, - ответил Летящий все тем же ровным голосом.
- Как раньше?
Односложные, отрывистые ответы действовали на нервы больше, чем любой крик и любой приказ заткнуться.
- Не знаю.
Черк глубоко вздохнул, сжимая зубы, и побрел к дивану. Улегся на немного потертый плюш, укутался пледом. Царапанье карандаша возобновилось.
- Малый свет.