Страница 24 из 27
- Неправда, - недовольно пробормотала девочка. – Робин Гуд меня не ждал. Он даже забыл меня!
- Ты видела Робина Гуда? – малышка заставила Голда внимательнее отнестись к ее словам. Он с каким-то понятным только ему интересом проследил за появившейся гримасой на лице Кейли. – Разве он не в больнице?
- Мама сказала, что он болеет, но я думаю, что это не так. Я болела и все помнила. А он не помнит… только меня не помнит…
- Тебя это обидело?
- Я не хочу, чтобы он меня забыл… я же не забыла, - склонив голову, Кейли пнула камешек, попавший под кроссовок. От воспоминаний о встрече в больнице ребенок ощущал грусть, которая только усилилась после того, как он увидел, как расстроена мать.
- И твоя мама знает, что ты не хочешь этого?
- Знает. Она сказала, что Робин вылечится. Ему помогут, - прищурившись, Кейли вновь посмотрела на Голда. – Ты же волшебник?! Почему ты не можешь?
- Потому что волшебники бесплатно не работают? – усмехнулся Румпельштильцхен. – Хотя я и пытался…
- У меня есть деньги, - бесхитростно сообщила Кейли. – Мама и я откладываем по доллару в день, чтобы я сама купила велосипед. Но я отдам тебе… Только домой съезжу и вернусь, - ребенок даже засиял от своей идеи. – А ты вылечишь моего Робина Гуда… Он же хороший…
- Голд!
Угрожающий голос разнесся по мертвой земле и отвлек Темного от общения с очаровательным ребенком. Лениво повернув голову, Румпельштильцхен посмотрел на вышедшую из склепа Регину. Королева повесила на плечо сумку и сделала несколько шагов, не сводя взгляда со своего учителя.
- Неужели навещаешь родителей?
- Что ты тут делаешь? – Регина подумала о Тинкербелл и почувствовала, что раздражения хватит и на нее – за то, что бросила на кладбище Кейли.
- То же самое, что и ты, - он взмахнул рукой с розой. – Или ты не для этого здесь? – его глаза ощупали фигуру Королевы и нашли нужную вещь, повисшую на ее плече. – Собираетесь куда-то, Ваше Величество?!
- Регина, - в стороне показалась Тинкербелл, которую остановил сердитый взгляд подруги. – Кейли, иди ко мне…
- Мама, мне надо домой! Я возьму копилку и спасу Робина Гуда, - девочка же проигнорировала просьбу феи и побежала к Регине. – Поехали домой, мама…
- Не сейчас, милая, - Королева удержала дочь за руку и повела по аллее по направлению к выходу с кладбища. По пути женщина все же остановилась рядом с Голдом и успела прошипеть для него, - держись от нас подальше… Больше я предупреждать не буду.
Тинкербелл тоже наградила Голда предупреждающим взглядом и догнала удаляющихся Регину и Кейли. Судя по усмешке Румпельштильцхена, он успел услышать то, что фея сказала Королеве. Хотя в ее вопросе: «Ты все взяла?», не было пока смысла.
***
В палате было слишком тихо. Он пытался прислушаться к происходящему в коридоре, напрягал без конца слух и не мог распознать скрывшийся мир. Сейчас реальность заключалась в этом помещении, ограничилась четырьмя стенами, полом, потолком и запрятала здесь сгорающего от своих тревожных мыслей мужчину.
Все как-то быстро покинули его. Мэриан увела Роланда, который пытался рассказать ему о каких-то славных ребятах, Голубой Фее, которая ищет способ помочь ему. Только сам Робин не мог понять, зачем ему помогать и почему его обычные друзья стали какими-то «благородными разбойниками».
- Ну, и день, - отчего-то ему захотелось спрятаться под одеялом, зажмурить глаза и проснуться тогда, когда мир станет обычным.
Вместо этого Робин продолжал смотреть в окно и прокручивал в голове события этого дня. Все было намешано в большой ком, который распутать было невозможно, с какой бы стороны он бы не пытался к нему подобраться. Из этого хаоса выпадали части сцены, в которой маленькая девочка требовательным взглядом смотрела на него и просила вернуться. Ее мама волновала не меньше – мадам мэр никогда не обращала на него внимания. Ни до своего отъезда 5 лет назад, ни на этой неделе. Немногочисленные встречи на улицах и кивки вместо приветствия оказались перечеркнуты одним произнесенным его именем и… поцелуем.
Задумавшись, Робин прикоснулся к губам и будто вновь ощутил на них почему-то такой привычный и волнующий поцелуй. От которого туманился рассудок, а сердце протяжно ныло и требовало повторить это.
- Черт… - он уже не одергивал себя за постоянные ругательства. Этим словом хотя бы можно было заглушить то беспокойство, которое билось в груди и, расползаясь, заставляло тело напрягаться до предела.
Первым звуком в изолированной от мира палате стал скрип открывающейся двери. При виде Мэриан, которая с сосредоточенным видом вошла в помещение, Робин приподнялся и приветливо улыбнулся. Мысленно извинился за то, что думает о другой женщине и не может прогнать чертов образ из головы. Тяжелее стало вдвойне.
- Эй…
- Эй… - повторила Мэриан. На губах так и не появилась улыбка. Не было света в глазах, за которые он когда-то ее полюбил. Очень тихо жена подошла к кушетке и опустилась на ее край.
- Ты пришла сказать, что я умру? – попробовал пошутить Робин. Поймал ее задумчивый взгляд и нахмурился – он не собирался веселиться, когда Мэриан что-то грызло изнутри.
- Робин, - кажется, она никогда не говорила так решительно и спокойно. Видимо, ручалась за каждое свое слово и не собиралась менять мнение. – Нам надо поговорить…
Всегда ненавидящий эту фразу Робин представил, как на его глазах по стенам поползли трещины, а тишина разорвалась от грохота рухнувших плит. Разговора с женой было не избежать.
========== Эпилог ==========
Голоса то стихали, то звучали так громко, что становилось страшно. Сердитый голос мамы с каждой секундой звучал отчетливо и все же не мог заглушить слова, которые произносила фея.
Кейли пыталась разобраться в том, что происходило на кухне, но понимала, что пока она там не окажется и не задаст все свои вопросы, то так ничего и не узнает. Вот только Регина уже несколько раз выпроваживала ее в гостиную и с видом, при котором она не терпела возражений, пару минут ждала, пока Кейли не начинала играть. Как только мама скрывалась на кухне, Кейли сама выжидала момент и снова прибегала к двери. Устраивалась на полу и ставила свои ушки наготове.
- Рег… - от звука разбитого стекла Кейли вздрогнула и вытянула шею, собираясь уже заглянуть в помещение. Тинкербелл уже спокойнее уточнила, - успокоилась?
- Если бы ты не говорила под руку, все бы пошло намного быстрее, - было понятно, что мама разозлилась не на шутку. На миг ребенок захотел все же вернуться к игре, но любопытство все пересилило.
- Если бы мы позвали Голубую фею…
- Я уже говорила, что ваши палочки тут бессильны! Нужно зелье, - если бы Регина увидела, как округлила глаза дочь, она бы точно заговорила тише. – Осталось только подобрать нужные ингредиенты.
- Тогда в чем дело? Ты разучилась варить зелья? Хотя нет… Злая Королева разучилась это делать? – кажется, Тинкербелл специально дразнила Миллс.
- Нет. Мне просто нужно время… и молчаливая фея, которая перестанет надоедать своими вопросами, - раздраженно отозвалась Регина. На минуту в кухне и вправду повисла тишина, прерываемая только каким-то шипением. – Я не хотела, чтобы он забыл нашу дочь…
- Ну, так мы его заставим вспомнить, - отозвалась Тинкербелл. – Для этого же превратили это место в логово ведьмы? – видимо, фее хотелось смягчить эту ситуацию, но вряд ли слова могли что-то изменить. – Мы будем пытаться столько раз, сколько потребуется… Пока он не станет прежним.
Кейли едва не подскочила от раздавшегося тихого стука в парадную дверь. Замерев и понадеявшись, что этого никто не слышал, девочка прикусила губу и прижалась к стене. Был еще шанс, что никто ее не заметит. Вот только вышедшая Тинкербелл сразу же наткнулась взглядом на притихшую малышку.
- Разве мама не учила тебя, что подслушивать нехорошо? – уточнила фея. Она не была сердита, и, почувствовав это, Кейли улыбнулась, прекрасно осознавая, как это действует на людей. Вот только девочка не учла, что на пороге окажется Регина, которая строго взглянула вниз.