Страница 23 из 27
- Иди, - кивнула миссис Гуд.
Будто кто-то чужой передвинул ее отяжелевшие ноги, и Регина оказалась в палате с повисшим в воздухе лекарственным запахом. Дверь закрылась, и за спиной перестали идти часы. Секунды застучали в преграду и повержено осыпались на пол.
Приоткрыв рот, но, не предприняв попытку что-то сказать, Королева продолжала смотреть на мужчину, который отвернул голову и глядел в окно. Спустя несколько минут, Регина облизнула сухие губы и приготовилась произнести слово. Но ее опередил сам пациент.
- Черт! – неожиданно он закашлялся и, приподнявшись, схватился за грудь. Избавившись от оцепенения, Регина встрепенулась и бросилась к кушетке.
- Лежи… тебе нельзя подниматься… - встревожившись, она только тогда заметила повязку на затылке Робина, а, приблизившись, обнаружила, что его грудь была плотно забинтована. Натолкнувшись на удивленные, родные глаза, Королева удержала мужчину за плечи. На секунду он замер, а после переборол свое сопротивление и послушно лег, так и не отведя взгляда.
- Мадам мэр… - когда осунувшийся, бледный Робин улыбнулся, что-то теплое растеклось под ребрами, и Регина сама улыбнулась.
- Здравствуйте… мистер Локсли, - осознав, что так и склоняется, упираясь в его уже расслабленные плечи, Королева поспешила выпрямиться и суетливо сцепила пальцы рук в замок. – Как Вы себя чувствуете? – ей казалось, что их снимают камеры и сейчас приходится разыгрывать глупую сцену из какого-то низкосортного фильма.
- Отлично. Только в это почему-то мало кто верит. Особенно врачи, - у этого Робина был точно такой же голос, с иронией, весельем, что всегда заставляли Регину задыхаться от собственных сумасбродных эмоций.
- Наверное, потому что они ни черта не понимают в этом? – Королева за своим сарказмом прятала жуткое смятение, что появилось еще с раннего утра после появления в доме феи, которая безапелляционным тоном сообщила свой план. Тогда было понятно, что спорить не было смысла.
- И как Вы догадались? – Робин вновь улыбнулся. – Спасибо Вам.
- За что? – на секунду Регина растерялась.
- Вы же меня спасли… на дороге… Говорят, я там хорошо так врезался… Машину придется несколько месяцев ремонтировать. Только до сих пор не могу понять, зачем я взял автомобиль Эммы, - задумавшись, Робин нахмурился и даже не понял, что стоявшая рядом женщина пытается справиться с желанием протянуть руку и погладить его по щеке. До боли в затуманенной голове хочет это сделать.
- Наверное, куда-то спешили, - усмехнулась она.
- Или за кем-то, - пронзительные глаза остановились на Регине, и ей показалось, что в это мгновение мужчина все вспомнил. Но она знала, что так просто проклятье не отдает своих пленников. – Вы спасли меня…
- И сделаю это снова, - тихо прошептала она, не смея отвести взгляд. – Робин… - заметив удивление в его глазах, Регина тут же исправилась, - мистер Локсли…
Он даже не успел ответить ей – потянувшись, Королева прикоснулась к его губам, ощутила въевшийся в кожу привкус, попробовала углубить поцелуй и почувствовала ответное движение губ. Замершее недавно сердце взлетело куда-то вверх и болезненно укололо, прогнав этим надежду на чудо.
Теплая ладонь, дотронувшаяся до ее плеча и осторожно отстраняющая, говорила яснее любых слов. Прервав поцелуй, Регина увидела распахнутые глаза, в которых утонул ее образ, погружаясь дальше и дальше, пока совсем не исчез за рожденным изумлением. Выпрямившись, Королева продолжала следить за вытянувшимся лицом Робином и не видела какого-то озарения. Как и говорила она раньше – поцелуй бессилен перед этой магией. Только упрямая фея могла ее переубедить.
- Мама! Ма…
Повернув голову, Королева оказалась еще больше сбита с толку. Кейли ворвалась в палату так стремительно, что просто оставила женщину в состоянии транса еще на несколько минут. Этого времени хватило, чтобы ребенок обнаружил Робина, замер и тут же вскрикнул:
- Робин Гуд! Мой Робин Гуд! – обрадованная своей находкой Кейли подбежала к кушетке и схватилась за руку мужчины, который с недоумением уставился на малышку.
- Кейли… - на пороге встала Тинкербелл. Поймав рассерженный взгляд Регины, она развела руками и пожала плечами, - ее вообще не остановить! Даже не знаю, как она тебя нашла…
- Ты что заболел? – Кейли водила ладошкой по кисти Робина и, нахмурившись, вглядывалась в его лицо.
- Ммм, - он пытался вспомнить, что за девочка оказалась в Сторибруке, но, видимо, в его реальности не было места для нового жителя. – Я…
- Кейли, погуляй с Тинкербелл, - Регина обошла кушетку и погладила девочку по голове. Это не отвлекло ее от изучения мужчины.
- А что с Робином Гудом? – настойчиво уточнила Кейли.
- Почему ты меня называешь Робином Гудом? Малышка, я – Робин Локсли, - кажется, его стала забавлять эта ситуация. Правда, голос оставался озадаченным. Робин явно пытался справиться с замешательством, вызванным поцелуем, а тут еще и допрос, устроенный девочкой, путал все мысли.
- Нет, - возмутилась Кейли. – Ты мой Робин Гуд. Ты же сам мне говорил…
- Говорил? - растерялся Робин. - Я не понимаю, - ожидая ответа, он посмотрел на Регину. – Это Ваша дочь?
- Да. Она… Кейли, иди ко мне, - Королева попыталась поднять девочку, но она оттолкнула ее руки и вновь пристально посмотрела на Робина.
- Ты – не мой Робин Гуд, - обиженно заметила она. – Ты бы меня помнил…
- Кейли, Робин болеет… Идем-ка, погуляем… – наблюдающая за всем Тинкербелл попыталась тоже вмешаться в ситуацию, но теперь малышка потянулась к матери, и Королева взяла ее на руки.
Видя, с каким непониманием Робин следит за ними, ощущая привкус горечи во рту, Регина осознала, что не сможет дальше продолжить их разговор. Общаться, будто они чужие, было так больно, что еще немного, и она бы рухнула на колени рядом с этой кушеткой и, возможно, лишилась бы чувств.
- Папа!
Прижав к себе дочь, Регина обернулась на звонкий голос и увидела, как в палату забежал Роланд. Мальчик заставил Робина растянуться в счастливой улыбке. Через несколько секунд он уже заключил ребенка в объятья.
- Роланд! – возможно, сын хотя бы немного успокоил мужчину, которому стало казаться, что все вокруг сходят с ума. Мэр называет по имени, целует, девочка уверяет, что он - Робин Гуд.
- Регина…
Тинкербелл уже не могла бы остановить женщину, которая решительно выскочила из палаты, пряча пылающее от сдерживаемых чувств лицо в волосах дочери. Последний кусочек разбитого сердца выпал из груди из-за тихих слов Кейли. Она спросила:
- Но почему он меня не помнит, а его помнит?
Что ответить на это собственной малышке, Королева не знала.
***
Кейли не было страшно. Она знала, что в этом городе никто не сделает ей больно, из кустов не выскочит чудовище, а, значит, прогулке по аллее никто не мог помешать. Ее даже не смущали памятники, надгробия, которые притаились между деревьями. Наоборот хотелось побегать именно между ними, но ушедшая мама и умчавшаяся фея запретили уходить с одного места.
И вот теперь с трудом заставивший себя слушаться ребенок вздыхал и переминался с ноги на ногу, ожидая, когда Регина выйдет из склепа, а суетливая Тинкербелл принесет из машины кофту.
- Потерялась?
Обернувшись и прищурившись на солнце, чтобы получше рассмотреть мужчину, Кейли с минуту изучала оказавшегося рядом Голда. Он сделал шаг в сторону и, уйдя со света, дал для девочки больше обзора.
- Нет. Маму жду, - этот человек был таким мрачным, что не мог не интересовать Кейли. Она видела, как его появление действует на других, но не понимала, почему это происходит. А ее всегда интересовали загадки. – А ты гуляешь тут?
- Пришел в гости, - он приподнял руку и продемонстрировал алую розу, которая показалась девочке самой красивой. – Значит, маму ждешь? – взгляд Голда отправился в сторону склепа.
- В гости? Тут кто-то живет? – изумленно уточнила Кейли.
- Уже нет, - усмехнулся Голд. – Но в гости можно приходить не только к живым. Люди всегда ждут твоего прихода – где бы они ни находились…