Страница 2 из 11
- То есть про чёрный рынок вам уже не интересно?
- Хм… Вы же сказали что его нет.
- Верно, - Светлана, уже не стесняясь, рассматривала девушку. – Сказала. А вы поверили?
- Хмм… А вы что обманули? И он всё-таки есть?
- Конечно есть. – Светлана сделала серьёзное лицо и стала говорить замогильным голосом – В чёрном, чёрном городе, есть чёрная, чёрная площадь, а на ней чёрный, чёрный рынок.
- А там чёрный, чёрный стол, - подхватила Женя.
- Точно, откуда вы знаете?
- А на нём чёрный, чёрный гроб… Я же журналист по культуре, - улыбнулась девушка, - и недавно ходила на выставку ритуальных услуг. Так что, теперь про чёрные столы с чёрными гробами я знаю всё…
- Ужас какой, не знала что такие выставки бывают.
- Сейчас чего только не бывает, - Женя допила чашку, и поставила её на место, - там было прикольно, и много чёрного юмора.
- Юмора? На выставке ритуальных услуг? – Светлана с удовольствием включилась в этот разговор, тем более, что девушка ей нравилась всё больше и больше.
- В следующий раз приглашу вас с собой.
- О, с удовольствием, - женщина представила, как они будут ходить под руку между гробами, а в особо страшные моменты даже немного прижиматься друг к другу…
- Хорошо, но сейчас расскажите мне про ограбление.
«Тьфу, - Светлана с сожалением оборвала свои мысли, в которых она уже обнимала девушку за талию и вернулась к теме разговора»
- Давайте начнём сначала, а именно с вопроса есть ли чёрный рынок предметов искусства вообще и живописи в частности. Но сначала давайте проговорим – что мы понимаем под термином «Чёрный рынок».
- В каком смысле «что мы понимаем»?
- Чёрный рынок это место, - не обратила внимания на вопрос галеристка, - и не важно где, в подворотне или на каком-то сайте, где заведомо продаётся что-то нелегальное. Так? Например, наркотики или оружие. Согласны?
- Да.
- Отлично, то есть там, на чёрном рынке, и покупатель понимает, что он нарушает закон, и продавец понимает. И в этом смысле такое понятие как «Чёрный рынок» вполне существует. С этим разобрались?
- Да.
- Хорошо, теперь вопрос – существует ли чёрный рынок квартир? Не путать с вопросом – существуют ли жулики, которые пытаются впарить нам проблемные квартиры. Жулики всегда есть. А вот существуют ли покупатели, которые знают, что покупают проблемную квартиру, и понимают, что сделка может быть оспорена через некоторое время? Вы бы купили такую квартиру, из которой вас смогут выселить через месяц?
- Нет, конечно.
- Именно. То есть обмануть вас можно, а вот уговорить вас купить, даже в три раза дешевле, квартиру с потенциальными проблемами – нельзя. Ещё один пример – автомобили. У вас есть машина?
- Нет пока.
- Не беда, будет. Вот когда вы соберётесь её купить, то вы станете покупать машину, про которую вам скажут что она в угоне?
- Нет.
- Дешевле в два раза…
- Нет, конечно.
- Естественно – зачем покупать такую? Проехать вы сможете на ней ровно до первого гаишника.
- Ясно.
- Отлично. С картинами ситуация ещё жёстче. Прежде чем заключить сделку, покупатель вывернет продавца на изнанку, выясняя всю подноготную картины: её провенанс (историю бытования) то есть участвовала ли она в выставках, была ли где-то опубликована, и самое главное её подлинность. А с учётом того, что круг продавцов и покупателей, особенно картин стоимостью выше 100 000 $ очень узкий, особенно сейчас в кризис. Скрыть что-то, а уж тем более, что картина была украдена из Третьяковки – невозможно. Такую картину не купит никто, даже бандиты. Зачем им выбрасывать деньги? Ведь как только станет известно, что у вас находится картина, украденная из музея, к вам сразу же придут и отберут её.
- Да, понятно.
- Вот как сейчас у этого незадачливого похитителя – как только его нашли и нашли у него картину, ведь не стали разбираться, а не купил ли он её только что? Нашли и тут же отобрали, а самого в камеру.
- Да, понятно. Зачем же он тогда?
- Воровал?
- Да. Раз продать невозможно, то зачем же он тогда воровал? Может, не знал об этом?
- В смысле? Чего не знал? Что продать картину будет сложно? Хотите предположить, что он дурак? Что вначале он пошёл на преступление, всё спланировал и сделал, а том, куда девать картину не подумал? Типа потом разберусь? Нет, так не может быть. Вернее может, но не из музея такого уровня, как Третьяковка. Вариант, когда воры залезли в квартиру украсть что-то по мелочи, а заодно прихватили какую-то картину со стены, я могу себе представить. А вот чтобы воры решились на кражу из очень охраняемого места, не понимая сколько и главное – КАК, они потом на этом заработают, я представить не могу.
- И тем не менее, такие кражи происходят регулярно.
- Во-первых, не регулярно, и каждый раз это громкая история. Во-вторых, как правило, воруют из музеев попроще. И главное в третьих – чем заканчиваются такие истории?
- Чем?
- Грабителей ловят, в момент, когда они пытаются продать картины полицейским. Почему же они каждый раз натыкаются на полицейских? – Светлана сделала паузу, чтобы допить кофе.
- Почему? - подтолкнула её продолжать журналистка.
Светлана не спешила продолжать, она почти демонстративно держала паузу, одновременно подразнивая девушку, и рассматривая её: зелёные глаза горят, грудь поднимается и опускается, даже лёгкий румянец на щёчках появился.
- Вам идёт ваша стрижка, - вдруг сказала она ей.
- Хмм… спасибо…
- Хотите ещё кофе?
- Мммм.. да, наверное…
- А может и пирожное какое-нибудь взять?
- Нет, спасибо…
- Почему?
- Нууу… - протянула девушка, не зная, что ответить. Второй раз эта женщина обращала своё внимание на её внешность, и второй раз она отмечала этот интерес нервным ударом сердца – с чего бы вдруг?
- Поправиться боитесь?
- И это тоже…
- Тут вкусный штрудель, не отказывайтесь.
- Да?
Но Светлана уже не слушала её, а помахала рукой, подзывая официанта.
- Нам ещё два кофе, - заказала она, когда он подошёл. – Один штрудель, и один эклер.
- Хорошо.
- Итак, вопрос – наконец продолжила она, когда официант отошёл, – почему после удачной кражи картин из музея, воры всё время нарываются на полицейских при продаже?
- Да, почему?
- Потому что никто больше не хочет покупать такие картины, и помыкавшись с ними, несчастные воры рады любому откликнувшемуся покупателю. Полицейским и делать-то особенно, ничего не нужно. Просто распространять информацию о том, что есть покупатель, и ждать, когда воры сами выйдут на них с предложением купить.
- Хм…
Светлана опять сделала паузу, и насладившись замешательством девушки, а заодно представив, себе, какая на ощупь кожа её руки, со вздохом продолжила:
- Есть вторая распространённая ошибка в таких историях, которую допускают журналисты.
- Какая?
- Что похищение организовал не тот, кто непосредственно его исполнил, а некий маньяк коллекционер, который жить не может без такой картины в своей коллекции.
- Кстати да, - закивала головой журналистка, - и что не так с этой версией?
- Всё не так.
В этот момент официант принёс заказ. Светлана отвлеклась от рассказа, взяла у него тарелочку со штруделем и передала его девушке, как бы случайно коснувшись её руки. И тут же, осторожно, бросила очень короткий взгляд на неё – заметила? Вроде нет… Непонятно – но раз никак не отреагировала, то и хорошо. – «А кожа у неё нежная и теплая» - удовлетворённо отметила она и продолжила:
- Всё не так в этой версии. Первое и главное – вор взял не самую лучшую картину с выставки, а прямо скажем средненькую. Почему не взял знаменитую «Ночь на Днепре»? Там их было целых пять на выбор. Даже если главным критерием был размер, то и такого размера там был один из вариантов Ночи. Ведь если кражу задумал маньяк, чтобы наслаждаться картиной одному в подвале, то он нацелился бы на шедевр, которым действительно можно наслаждаться. А тут? Почему исполнитель взял не шедевр, а среднюю работу? Которая и стоит-то не так дорого, кстати.