Страница 1 из 11
Кто же украл Куинджи?
Бабулин Константин Леонидович
2019
- Алё, - Света ответила на звонок с неизвестного ей номера.
- Здравствуйте, это из Комсомольской Правды вам звонят, – без пауз начал бойкий женский голос. - Меня зовут Евгения, я журналист, и хотела бы услышать ваш комментарий о краже картины Куинджи из Третьяковки.
«Ну, началось», - усмехнулась про себя Светлана.
- Хорошо, можно и прокомментировать. Только, боюсь, мой комментарий не пропустит ваша цензура.
- В смысле?
- Не важно, - Светлане понравился голос журналистки: молодой, энергичный, с лёгкой хрипотцой. Она даже представила себе эту девушку - лет двадцать пять не больше, невысокая, стройная, короткая стрижка… - Спрашивайте, – прервала она свои фантазии.
- Сколько может стоить такая картина на чёрном рынке?
- Ооо, - почти простонала Светлана в ответ, - конечно…
И хмыкнула про себя, - «Каждый раз одно и тоже: черный рынок…, миллионы…, и прочие аналогичные штампы»
- Нет никакого чёрного рынка. – буднично, если не сказать скучно, ответила она.
- Как нет? – голос журналистки перестал быть бодрым и бойким.
Светлана улыбнулась, представив её замешательство, и решила добить девушку.
- Хотите я угадаю ваши следующие вопросы?
- Хммм, - только и нашлась та, что ответить.
- Сколько миллионов долларов стоит эта картина? Да? Это, вы хотели узнать? Именно про миллионы долларов?
- Хммм…
- Следующий ваш вопрос – кто может купить эту картину, чуть ли не пофамильно, да?
- Откуда…? – начала было журналистка, но Светлана не дала ей продолжить:
- А ещё вам интересно – сколько такая картина может стоить за границей?
- Хммм...
- Я вас разочарую – никакого чёрного рынка нет, эта картина не стоит миллионы долларов и её никто не купит ни за какие деньги, ни здесь, ни, тем более, за границей.
-Оооо, - голос в телефоне совсем сник. Светлана отчётливо представила себе недоумённое лицо девушки и даже увидела, как она хлопает своими зелёными глазами (зелёными?). – Зачем же тогда…
- Её украли? – закончила фразу Светлана и похвалила, - это правильный вопрос. – и сделала паузу.
- Так зачем же её украли? – после нескольких секунд тишины переспросила журналистка, уже заинтересованным тоном.
- Есть три версии, но ваша цензура их не пропустит.
- У нас нет цензуры.
- Ого – у всех есть, а у вас нет?
- Пока, то о чем я писала, печатали полностью.
- И о чём же вы писали? Например, о том, как разгромили выставку Вадима Сидура, писали?
- Кстати да, я писала об этом и…
- Вот как, - опять не дала ей договорить Светлана. – И чем кончилось дело, тоже написали?
- В смысле?
- Как наказаны погромщики?
- Хммм…
- Не знаете?
- Мммм… честно говоря…
- Вот именно, не знаете. А я вам скажу – никак.
- То есть?
- Вот вам и «то есть» - передразнила Светлана, - А как наказан мужчина из Воронежа, который попытался испортить картину «Иван Грозный убивает своего сына»?
- Аааа – протянула девушка, - да, да, да, помню… Это было полгода назад вроде, там же в Третьяковке… И как он наказан?
- Не знаете?
- Нет.
- А вы писали об этом?
- Да, писала и тоже ничего не вырезали тогда.
- Хорошо - так что ему было за это?
- Не знаю…
- Почему не знаете, не интересно?
- Хммм…
- Вот видите, вы ВСЕ пишите одно и то же. В лучшем случае описываете то, что случилось, а дальше – трава не расти. Ни анализа произошедшего, ни последствий, ни, уж тем более, выводов… Так?
- Хммм…
- Так, - припечатала Светлана и они замолчали. Девушке нечего было сказать, Светлана же молчала из хулиганских соображений. – Хорошо, - прервала она тишину, - что вы хотите услышать от меня?
- Хм, нуууу…
- Какого цвета у вас глаза? – неожиданно спросила женщина.
- Аммм, - журналистка совсем растерялась.
«Если скажет, что зелёные, соглашусь дать комментарий, а если нет, то не соглашусь», - с плотоядной улыбкой решила Светлана.
- Почему не отвечаете, не помните что ли?
- У меня?
- Да, у вас
- Хммм, зелёные – а какое это имеет отно…
- Никакого,- быстро ответила женщина, и опять сменила тему, - приходите, я расскажу вам, зачем на самом деле украли картину.
- О…
- Да, но если вы меня обманули и у вас окажутся не зелёные глаза, то я не стану с вами разговаривать.
- У меня зелёные глаза, - уже увереннее отозвалась девушка, явно заинтригованная, - куда и когда приехать?
- Завтра часа в два, в кафе на первом этаже Центрального Дома Художникков – удобно?
- Да удобно.
- Ну и отлично, тогда до завтра.
Женя нажала отбой и какое-то время сидела молча, переваривая услышанное.
«При чём здесь цвет моих глаз?» Она достала пудреницу, открыла её и посмотрела на своё отражение в маленьком зеркальце, словно хотела убедиться, что у неё действительно зелёные глаза. Спохватилась, что это глупо, с силой захлопнула крышечку и быстро убрала пудреницу обратно в сумку. – «Чушь какая… - девушка хмыкнула и пожала плечами, - но говорит она уверенно, и очень убедительно, очень. Интересно как она выглядит? И какие у неё самой глаза?»
Журналистка набрала в гугле «Светлана Коваль, Коваль-гэлери», и нажала поиск. Затем выбрала в меню картинки и стала разглядывать фотографии женщины с которой только что разговаривала.
«О, да она красотка…», - на картинках перед ней появилась интересная женщина лет сорока, вьющиеся светлые волосы до плеч, тонкие черты лица, ироничная улыбка, и ещё более ироничный взгляд, - «Да ещё какая красотка, прям ух. Интересно замужем или нет?» Женя зашла в фэйсбук и повторила поиск там. Среди выскочивших Светлан, Коваль была всего одна, - «Хорошо, что не Иванова», подумала журналистка и открыла страницу галеристки. Там нажала кнопку фото и … И ничего личного - все фотографии и все сообщения были строго по делу. Вот она читает лекции в какой-то аудитории, вот она на какой-то выставке, а вот даёт интервью. В деловом костюме здесь, в деловом костюме там и так далее, и так далее. И ни одного семейного фото. «Ладно, посмотрим, что ты пишешь» - девушка вышла из альбомов и стала просматривать тексты, которых оказалось немало. «Ого» - удовлетворённо отметила она, и было от чего, каждый текст вызывал кучу перепостов и лайков. «Да уж, палец в рот ей точно не клади - откусит», - Женя с удовольствием погрузилась в изучение очень острых текстов о жизни арт-бизнеса.
«Смело, очень смело и смешно» - заключила она часа через два. – «Интересно, что она мне завтра расскажет?»
На следующий день, она вошла в здание ЦДХ ровно в 14-00, огляделась, не увидела никого похожего на Светлану, достала телефон и отправила ей вызов.
- Я жду вас в кафе, - ответила та сразу. - Столик справа от входа. Я в сером…
- Я узнаю вас.
- Да? Хорошо.
Женя сдала пуховик в гардероб, оглядела себя в зеркале и только стала поправлять что-то в одежде, как поймала себя на мысли, что она волнуется. - «С чего бы вдруг? Чего мне волноваться?». Она взлохматила короткие черные волосы и бодрым шагом направилась в кафе. Там сразу увидела Светлану, которая тоже поняла, что это она и приветливо помахала рукой, приглашая к себе за столик на котором уже стояли две чашечки кофе.
- Я заказала нам кофе – вы не против? – произнесла женщина и очень быстро пробежалась взглядом по фигурке журналистки.
- Отлично. – ответила девушка, и села напротив Светланы. Сделала глоток кофе и спросила, - Вы довольны?
- Чем? – удивилась та, такому прямому вопросу, хотя, конечно поняла о чём идёт речь. Её быстрый взгляд не остался незамеченным. И с интересом отметила, что девушка напротив неё не станет уступать ей.
- Моими зелёными глазами.
- А да, вполне, - ответила Светлана, и ещё раз пристально посмотрела на неё, - Можем начинать интервью.
- Хорошо, - журналистка достала диктофон, и положила на середину стола. – Так зачем же украли картину?