Страница 5 из 9
Экс – следователь встал и повернул торжествующее лицо к нему. — Ваше превосходительство, вы спрашиваете, где находится пленная женщина, которая сбежала от меня? Ну, я могу сказать вам...
Он бесконтрольно схватился за горло, ужасно закашлялся и согнулся в направлении Эвелин Кейн.
— Она...
Его губы, которые быстро становились фиолетовыми, двигались, не сказав ничего вразумительного, и он внезапно упал со стулом на пол.
Тюремный врач кинулся к нему, вынув стетоскоп. Через несколько минут он встал, озадаченный и хмурый, посреди напряженной тишины. — Странно, очень странно, — пробормотал он.
— Заключенный упал в обморок? — спросил судья безучастно, опустив «Фаег».
— Легкие заключенного заполнены жидкостью, очевидно результат гиперактивных надпочечников — прокомментировал озадаченный врач. — Он мертв, и не просите, чтобы я объяснил почему.
Эвелин задушила серию частого сухого кашля своим платком, когда суд распался на возбужденные группы. Углом своего глаза она увидела, что Перат внимательно изучает ее.
4
Две недели спустя, очень поздно, «ночью», Перат лежал, мрачно вытянувшись на своем диване. С другой стороны комнаты, Эвелин грациозно свернулась на ее собственном, украшенном шезлонге, высоко подперев голову. Она просматривала некоторые миниатюрные стереозаписи, которые Перат привез со своей далекой родной планеты.
— Эти зеленые деревья и живые изгороди... так далеко, — размышляла она. — Вы когда-нибудь думали о том, чтобы увидеть их снова?
— В последнее время, я думал о них совсем немного.
Что он этим хотел сказать?
— Я поняла, что пройдут месяцы до того, как полевые команды освободят нас от корабля землян, — сказала она.
— В самом деле?
— Ну? Не так ли?
Перат повернул свое угрюмое лицо к ней. — Нет, не так. Полевые команды двигаются с бешеной скоростью, из-за каких-то необоснованных слухов или других о том, что корабль землян взорвется. По приказу нашего высшего командования, мы уберемся отсюда к концу завтрашнего рабочего дня. В пределах двадцати метрон с этого времени, наше судно разойдется с вражеским шаром.
Шрам на ее лбу яростно пульсировал. Сейчас совершенно не было времени, чтобы отправить фальшивые приказы полевой команде, которую она выбрала. Она должна немного подумать.
— Кажется, что это наша последняя ночь вместе?
— Да, это так.
Она встала со своего сиденья и обошла комнату как содержащееся в клетке животное.
— Вряд ли вы сможете забрать меня, простолюдинку, обратно с собой…
С растущим потрясением она поняла, что была более чем наполовину искренней в своем вопросе.
— Это еще не сделано. Совершенно не похоже на вас, чтобы предложить такое.
— Ну, вот что я предлагаю. Она остановилась и лениво повертела в руках коробкой с шахматными фигурами, стоящей на его столе.
— Не желаете, ли сыграть в шахматы землян? Я постараюсь играть очень разумно, так что вы не будете слишком скучать.
— Если вам так хочется. Но есть более интересн...
— Как вы думаете, — быстро прервала она, — могли бы вы победить меня, не видя доски или фигур?
— Что вы подразумеваете под этим?
— Я просто подумала, что так будет более интересно для вас. Я возьму доску на свою постель, и вы будете называть свои ходы, а я буду говорить вам свои ответные ходы. Я буду видеть доску, а вы нет.
— Любопытный вариант.
— Но вы должны обещать быть вне моего разума; иначе вы будете знать мои планы.
Он улыбнулся. — Расставьте фигуры. Какой цвет вы хотите?
— Я буду защищаться. Дайте мне черный цвет.
Она сняла свою сумочку с талии, взяла из нее носовой платок и поставила сумочку на широком ковре в тени ее стола. Она развернула шахматную доску перед собой на диване и быстро расставила фигуры. — Я готова, — объявила она.
Действительно, теперь все было в готовности за исключением того, что она не знала, где была кошка. Она горько сожалела, что не уничтожила этого невинного мышелова несколько недель назад.
— Пешка короля – четыре, — объявил Перат, пристально и лениво смотря на потолок.
Она сделала ход и ответила: — Пешка короля – три.
Из раскрытой сумочки, скрытой на полу, высунулась крошечная головка, вскоре сопровождаемая парой крохотных плеч.
— Вы изучили эту игру землян? — спросил Перат с любопытством, — или вы не знаете достаточно, как захватить центр при вашем первом ходе?
— Я уже сделала ошибку? Это был неправильный ход?
— Это – первый шаг в полной системе защиты, но лишь немногие из людей за пределами Земли понимают это. Пешка ферзя – четыре.
Она промахнулась при попытке французской защиты, но было еще не поздно предпринять что-то, чего можно было ожидать от Скифской женщины-новичка. — Пешка ферзя - три.
Серая кукла вылезла из сумочки, пробираясь сквозь тень к двери, которая была чуть приоткрыта.
— Таким образом, вы не знаете книжных ходов, в конце концов. Вы действительно удивили бы меня, если бы сходили пешкой ферзя на две клетки. Я буду играть пешкой королевского слона на четыре. Будете териф?
Он развернулся, держась вертикально, и потянулся за графином, глядя на дверь... и крошечную фигурку.
Эвелин сразу встрепенулась, отключив его линию зрения. — Да, я думаю, что буду, один.
Телепатически она приказала маленькому существу рывком пройти через щель в дверном проеме. Она услышала слабый шорох позади себя, когда взяла стакан, который наполнил Перат.
— Вы знаете, — сказал он глубокомысленно, — на мгновение я подумал, что видел вашу маленькую куклу...
Она посмотрела на него с сомнением. — Так ли, Перат? Она находится в моей сумочке.
Он плавно шагнул к двери и распахнул ее. Далеко по коридору был небольшой намек на потасовку.
— Мышь, я думаю. Он вернулся к своей кровати, но было очевидно, что он был неудовлетворен.
* * *
Игра продолжалась в течение половины метрона. Комбинации Перата были встречены почти достаточными ответными комбинациями, так, что исход зависал в неопределенности от хода к ходу.
— Вы значительно улучшились со вчерашнего дня, — признал он неохотно.
— Нисколько. Это ваша игра «вслепую» делает нас равными. Никакого обмана! Держитесь подальше от моего разума! Нечестно знать, что я планирую.
О-о, милосердный бог галактик, если он будет держаться подальше от моего разума и еще кошка из комнаты связи в течение еще пяти минут!
— Хорошо, все в порядке. Я все равно выиграю, — пробормотал он, завершив комбинацию, которой он завладел ее черным ферзем. — Вы могли бы изящно сдаться прямо сейчас.
Эвелин внимательно изучила позицию. Она сделала серьезный просчет – потеря ферзя определенно не была частью ее плана. Она должна придумать затяжку действия, что может быть вызвано устным аргументом.
— Слон на ладью ферзя – восемь, — пробормотала она. Ее телепатический зонд, ориентированный на кусочек нервной ткани, который наставники вырезали из ее лобной доли и дали его человечку в качестве мозга, продолжил свой жесткий контроль. В офисе Горфа, далеко вниз по крылу, маленькое существо кропотливо прыгало от одной клавиши диспетчерской печатной машины к другой.
«... принимает приоритет над всеми другими незаконченными проектами…»
— Ваша игра безнадежна, — нахмурился Перат. — Я – ферзя и проигрыш за вами.
— Я всегда играю до конца, — легко ответила Эвелин. — Вы никогда не знаете, что может произойти. Ваш ход.
«... пять горизонтальных колонн металлического трансскифия длиной девятьсот едаров будут находиться в кладовой землян, наш код местности...»
— Хорошо, тогда. Ферзь берет пешку.
— Пешка на ферзевого коня семь, — ответила Эвелин. Это была ее единственная оставшаяся пешка, и она надеялась использовать ее странным способом.
Перат объявил шах своим ферзем на ферзевого слона четыре, а король Эвелин скользнул в безопасное место за ферзевым конем восемь. Перат переместил свою ладью с ферзевого коня на ферзя пять.