Страница 6 из 8
- А отец? Что с отцом?
- Да, я говорил, уж три года как. Сердце оно же не каменное, такое пережить. Мать тоже наверно долго не протянет … сестру, брата жалко. Брат на той неделе в Мадрид вылетает на конкурс. Талант Брата и сестру не отпустят. По нему и меня вычислят. Вот если меня убьют, то всем амнистия. Слушай! Сыграем в чёт - не чёт. А? Убей меня. – Он был уж сильно пьян, но тут взял себя в руки, и казалось, хмель выветрился из его головы.
- Не поняла, - удивилась Настя, и голос ее задрожал. - О чем ты?
- Давай я тебе дам пистолет. Ты нажмешь на курок, и ты будешь свободна.- Он громко и нервно засмеялся,- держи. Он заряжен. Вот так правильно, - он поправил пистолет, буквально вталкивая его в руки девушки.- Не бойся!
- Нет! Нет! Что ты!? - застонала она, все же брезгливо, как противную лягушку, беря его в руки. - Я не хочу!!!
- Да это фигня! - слегка развязно процедил парень. - Раз нажмешь. Вот сюда, плавно пальцем. Легонько. Не дергай. Он у меня безотказный, проверенный. А звук просто музыка. Щелчок - пальцами громче.
- Нет! Прекрати, - крикнула она с расширенными глазами и сразу испарина проступила у нее на лбу.
- Заладила!
- Отпусти меня. Ты делаешь мне больно.
- Нажми на курок. Зажми глаза, если боишься.
Настя смотрела ему в лицо. Он смотрел на нее немигающим взглядом. Так продолжалось довольно долго.
- Не буду,- наконец решительно заявила она и положила пистолет на стол. Он с грохотом скользнул и чуть не упал с поверхности стола.
- Послушай! Это твой шанс. Не торопись отказываться.
- Я не буду играть в твои игры. Ты много выпил.
- Неважно сколько я выпил. Ты же подписываешь себе приговор.
- Будь что будет.
- Как хочешь. Ладно. Два раза не предлагаю. Давай обратно.
Настя так толком ничего и не поняла, толи он шутил, и пистолет бы не выстрелил, или все было в реальности.
Он надолго замолчал. Продолжительно смотрел в темный угол комнаты, слегка свесив голову. Потом продолжил:
- Да-ааа! А ты говоришь! Убить человека не так-то просто.
- Зачем тебе все это?
- Видишь сегодня не чёт. Предчувствие меня сегодня обмануло. Как ему верить. Ни фига ему верить нельзя, и никто вообще ничего не может чувствовать. Сказки это все. Сказки, правда?
- Я ничего не говорила.
- Да я это так. Налей еще, больше лей!
- Точно стоит?
- Давай.
Он выпил еще.
- И типа я тебя должен сегодня отпустить? А как же я тебя могу отпустить. Не могу я этого сделать.
- Что убьешь меня?
- Конечно. Я же профи. Тебе давал шанс? Давал! Ты им чего-то не воспользовалась. А теперь голуба трудно мне будет. Трудно. Не скрою. Но надо.
- И завтра к маме пойдешь?
- А при чем здесь мама? Ну да! Пойду. А собственно…ну да…да, и у тебя мама, и у меня мама, ….у всех есть мамы. И все они ждут. Но это грязная работа. Кто будет за мной подчищать? Блин! Что с тобой делать!?
- В начале хватит пить.
- Тебе же лучше дуреха. Пьяный киллер. Чувствуешь расклад. Сбежишь скорее.
- Я не побегу.
- Почему? - он удивленно и захмелевшим взглядом уставился на нее.
- Потому что ты не будешь стрелять.
- Я! ... Я не буду,…- он задохнулся от возмущения,-…. да я….
- Не будешь.
- А с чего ты так решила?
- Ты киллер, а не убийца, а это разные вещи.
- Ну-ка расскажи! Расскажи...! - он пьяно болтнул головой.
- Робин Гуд, он грабил богатых и делился с бедными. Его любил народ, хотя он нарушал законы. Но Робин Гуд по большому счету восстанавливал справедливость. А если бы он начал и у бедных отбирать последнее - кто бы о нем вспомнил? Военные, и милиция убивают, но тоже защищают народ. И ты наказываешь проходимцев и отмороженных, которым суд не указ, не говоря уж за 140 обманутых. Помнишь, как ты сказал, не дай бог убить невиновного?
- Это правда.
- Ты же не хочешь стать убийцей?
Молодой человек надолго задумался, свесив голову. Мерно тикали часы в прихожей, вздрагивал холодильник. Где-то сверху или снизу от соседей надоедливо прорывалась песня:
"Не ходи к нему на встречу, не ходи-и
У него гранитный камушек в груди-и..."
Парень, наконец, встал, вылил остатки бурбона в раковину и сел, не сказав ни слова. Безмолвие становилось невыносимым.
- Что ты молчишь? - не выдержала Настя.
- Я еще ничего не решил.
- У нас есть время.
- Что ты хочешь?
- Давай лучше поедем на вокзал, - предложила Настя, положив ему ладонь на плечо.
- А мне это надо?
- Я домой хочу. В Читу. Там у меня мама. Она тоже ждет меня.
- Ты точно… с концами?
- Да.
Он опять замолчал и опять надолго.
- Поедем на вокзал, - с лаской в голосе как к больному заглянула она к нему в лицо.
- Что-то меня развезло.
- Пое-еедем, - еще жалостливей протянула она.
- Ну не знаю,… не знаю…
- Я в Читу, а ты уж куда там захочешь. А то ты и уснуть тут можешь.
- Это я могу. О! Ментяры охренеют. Киллер мать его хреновый попался! И сразу звезды халявные на погоны.
- Давай одеваться.
- Хм! Да. А как тебя зовут?!
- Настя.
- О! Настя. Настенька! Ничего так! - он приложился губами к тыльной стороне ее руки, - какие у вас пальчики просто прелесть! - Кайфово тебя предки назвали. Хотя при чем здесь имя? Ты вообще девчонка ништяк! Мне такие всегда нравились.
- Спасибо, - Настя попыталась аккуратно высвободить руку, но молодой человек придерживал ее.
- Будет дочка, наверно тоже Настей назову.
- Уже хватит!
- Отпускаю. О! А меня как зовут? ... Хочешь узнать?
- Дело твое.
- А я тебе не скажу. Вот. Меньше знаешь - лучше спишь,– он не совсем трезво взмахнул рукой,- провожу тебя. Надежная у тебя сегодня охрана. Всех положу если что. Ты мне веришь?
- Верю.
- Не-е-ет, ты, правда, веришь?
- Да верю, верю, - с легким раздражением выдохнула Настя.
- Тогда заказывай тачку.
- На улице поймаем, - она многозначительно посмотрела на окно.
- Сообража-аешь! - улыбнулся парень.
С такси не заладилось, таксисты избегали брать пьяных, пришлось идти несколько кварталов до площади. Парня стало сильно развозить. Сорокопятиградусный бурбон давал о себе знать. Язык его тоже развязался.
- А ты молодец у меня Настенька! - иронично и с широкой улыбкой сообщил он. - Шустрая! Я бы на тебе женился. Вот женился бы и все. Раз не убил, это практически спас, как ты считаешь?
- Спас, спас, - односложно отвечала Настя, пропуская его слова мимо ушей. - Иван царевич.
- Он самый. Вот. Значит. ... Принц достоин награды, выходит надо жениться.
- Иди, иди... уж жених, - беззлобно подтрунивала девушка. - Поддерживать тебя надо, а то ненароком завалишься.
- Ни-ког-да! - по слогам отчеканил ее спутник. - А ты что против Настенька? Ты же симпатюля. И даже ни разу меня не поцеловала.
- Шагай, шагай, - мягко отметала его поползновения девушка.
Пройдя по подземному переходу, они вышли к трамвайному кольцу. Здесь было светлее. Желтый неверный свет высветил стоянку такси с одиночной "Волгой" увенчанной призывным зеленым огоньком. Таксист, после долгих колебаний, согласился домчать их до вокзала за полуторный ценник.
- Шеф! Мы на все согласны, - бравировал ее спутник. - Сделай доброе дело!
В машине было тепло и пахло табаком и дешевыми духами. Двери в машине закрывались с третьего раза. Шофер был мрачен.
- Настя, Настенька... не ну дела...,- шептал ее провожатый, засыпая на заднем сиденье, - зачем я так напился? Я исправлюсь, че слово. Поверь.
- Вы там поаккуратней! - неохотно бросил водитель.
В машине парня укачало. Она еле растолкала его, и они с трудом добрались до зала ожидания. Было еще относительно рано и мест было достаточно. Они устроились в дальнем углу у колонны. Здесь приятно пахло кофе и булочками от буфета и свет не бил в глаза. Впереди была ночь на жестких сидениях. Но это было легким приключением по сравнению, с теми испытаниями, что Насте уже довелось испытать. Веки у девушки затяжелели, она тоже захотела спать, но пока сдерживалась. Червячок сомнения не давал ей полностью расслабиться, хотя казалось все самое страшное уже осталось позади.