Страница 9 из 14
- Ты что это сидишь? – возмутилась царевна, гневно покосившись на девушку. - Я что, не ясно тебе сказала? Собирайся.
- Куда, госпожа? - не поняла Марта.
- Полчаса тебе о том толкую, дурёха! – всплеснула руками Наталья. - Сегодня приглашены иностранные послы, будет бал, танцы. Брат их не любит, потому они редко бывают. Ты приглашена по его личному приказу. Собирайся.
- Да, госпожа.
Отложив работу, девушка сделала изящный реверанс.
Чёрное платье было простым и красивым. Оно идеально подчёркивало женственность её фигуры, оттеняло жемчужную белизну кожи. На щеки наложили немного румян, сурьмой подчеркнули брови, а в пышную причёску ловко вплели тонкую жемчужную нить в тон скромному ожерелью с тем же камнем. Марта была сейчас особенно красива, вот только внутри всё больше разгоралось раздражение. Что-то в ней было задето, хоть она и не понимала, что именно.
Удовлетворённо улыбнувшись, цесаревна вышла, думая, что Марта следует за ней. Вот только она, поколебавшись немного, взяла тулуп и направилась совсем в другую сторону.
Жутко ощущать себя всего лишь куклой в руках кукловода, былинкой, безропотно повинующейся любому дуновению ветра. Это чувство сдавило грудь, как стальные клешни, не давая дышать, горло царапал горький ком, а на бледном лице не осталось ни кровинки. Девушка шла уверенно и спокойно, но едва заметная слезинка обожгла щёку сквозь полуопущенные ресницы и солёной каплей с привкусом непонятой боли скользнула по губам.
В лицо дыхнул свежий морозный воздух, серое безоблачное небо наводило тоску, а хрупкие снежинки, танцуя, спускались на вытянутую ладошку. Она всё шла куда-то, не разбирая пути, с приклеенной улыбкой, словно смеясь над тщетной верой в чудо, осколки которой вонзались больнее тысячи ножей.
- Что могло огорчить вас, мадам? – вывел её из задумчивости чей-то голос с изрядной долей насмешки.
- Нисколько я не огорчена, господин, - слегка склонила голову девушка, узнав в говорившем своего бывшего владельца.
- Неужто вам, бабам, и вовсе повода не нужно, чтобы удариться в слёзы? – удивился он, внимательно глядя на неё.
Марта давно привыкла к его пристальному взгляду.
- Женщины - очень непостоянные существа, - улыбнулась девушка. - Порой мы сами не можем объяснить причину своего же смеха или слёз.
- Ты, мне мнилось, должна была сопровождать свою госпожу, - оставил Меншиков нудную философскую тему.
- Она сейчас не нуждается в моём присутствии, - поджав губы, отозвалась она.
Внезапно Марта вздрогнула от странного резкого звука. Переведя взгляд на потемневшее вечернее небо, она со священным ужасом и детским восхищением увидела тысячи маленьких цветных огоньков, шумно разрывающихся вдали и незаметно спадающие куда-то вниз.
- Что это? – с придыханием произнесла женщина, едва не хлопая в ладоши.
- Чудеса пиротехники, - улыбнулся тот, глядя в том же направлении, - фейверк называется.
- Это чудо! – восхитилась Марта, не отрывая взгляда.
- Уж не думал, что когда-нибудь встречу человека, которого ещё можно будет удивить или обрадовать подобным, - усмехнулся он.
- Что вы! Такая красота не может не удивлять и не радовать, - уверенно ответила Марта.
- К таким мелочам вполне можно быть равнодушным, если перед глазами куда более завораживающая красота. Например, очарование некоторых женщин, - хитрый цепкий взгляд не оставлял сомнений, развеивая прозрачность намёка.
Девушка слегка порозовела.
- Не сомневаюсь, что для вас именно это – истинный источник вдохновения, - тихо усмехнулась она.
Всем известна слава большого ловеласа - ближайшего друга царя.
Меншиков мог лишь безропотно согласиться с этим утверждением, дабы не кривить душой.
Однако не довелось им вдвоём долго наслаждаться видом зимнего сада, салюта и затянувшейся паузой…
========== Часть 10 ==========
Почти весь вечер Елизавета кокетничала с симпатичным послом-французом, потягивая лёгкое вино, наигранно смеясь и ловко, незаметно поглядывая на Петра.
Тот словно и не видел её, в свою очередь был довольно вежлив с гостями, но как-то снисходительно, как может быть милостив добрый хозяин по отношению к подневольному крестьянину.
Весёлые русские танцы, чуть более безыскусные манеры и традиции казались гостям совершеннейшей дикостью, но они прятали свои впечатления под слащавыми улыбками, а царь и его подданные не собирались их ни в чём разуверять.
- Скажите, правдивы ли слухи о том, что вы собираетесь строить новый город на Неве, государь? – склонившись так, что напудренный парик едва не подметал пол, пропел один из послов.
- Верно, - кивнул царь, задумчиво глядя в окно. - Этот город станет новой столицей империи.
- Империи? – побледнел посол.
- Именно, - с усмешкой подтвердил Пётр, силясь не рассмеяться от комичного испуганного и растерянного выражения лица посла. - Недалеко то время, когда Россия станет империей. Всё идёт именно к этому.
Не найдя что возразить, посол досадливо поджал губы. Он старался дословно запомнить эти слова, чтобы потом всполошить ими Европу и предотвратить вышесказанное развитие событий.
В уме он перебрал возможные последствия строительства этого города вследствие его предполагаемого географического положения и ряда других причин.
- Это потребует множество жертв, - попытался возразить посол. - Много человеческих жизней потребуется для того только, чтобы вбить колья в ледяной воде… а уж на остальное и подавно…
- Если цель оправдывает требуемые средства, то русские люди не жалеют сил для её достижения, - ответил царь. - А когда дело касается процветания государства, для нас и вовсе нет ничего невозможного.
Посол напряжённо размышлял над словами царя. Определённо, нельзя допустить возвышения этих варваров на внешнеполитической арене. А ещё лучше загнать их обратно, в леса и болота.
- Как же вы назовёте будущую столицу? – решил он сменить тему.
- Её название увековечит имя основателя. - Это Пётр решил для себя уже давно. - Петербург.
«…И он станет окном в Европу, а также занозой для ваших королей и кардиналов», - про себя добавил царь.
Посол едва сдержался, чтобы не фыркнуть. У этого человека слишком большие амбиции.
Вот только откуда тогда это навязчивое ощущение, что идеи Петра не просто пустые слова?
- Государь, - прервал эту «милую» беседу государственный казначей, - мы вновь недосчитались довольно немаленькой суммы.
Пётр мгновенно переменился в лице.
- Кто? - Он едва не скрежетал зубами.
- Тот же человек, что и прежде, - склонил голову казначей.
Все, кто находился достаточно близко, отпрянули, увидев, как страшно перекосилось в гневе лицо государя. Каждый подданный знал, что в ярости царь беспощаден.
- Чёрт бы его побрал! - сквозь зубы выругался Пётр. - Где этот тать* бесстыжий?!
- Если память не подводит, вышел, - смиренно ответил казначей.
Словно грозовая туча, с перекошенным злостью лицом, царь направился к выходу, не замечая, как шарахаются от его страшного вида присутствующие. Музыка и веселье несколько поутихли.
- Что притихли-то? – на секунду остановился царь. - А ну, продолжайте!
Веселье продолжалось, а царь, идя дальше, тихо добавил:
-…Чай, казнь будет короткой!
…
Царь уверенно направлялся на знакомый голос с намерением раз и навсегда выбить из него желание воровать.
- Это чудо! – раздался из-за присыпанных снегом кустов не менее знакомый звонкий голосок.
Узнав этот голос, Пётр даже на секунду удивлённо приостановился.
- Уж не думал, что когда-нибудь встречу человека, которого ещё можно будет удивить или обрадовать подобным, - усмехнулся Меншиков.
- Что вы, такая красота не может не удивлять и не радовать, - уверенно ответила Марта.
- К таким мелочам вполне можно быть равнодушным, если перед глазами куда более завораживающая красота. Например, очарование некоторых женщин.
Вполне прямой намёк - комплимент, адресованный Марте, окончательно вывел из себя Петра.