Страница 45 из 70
- Только попробуй с ней некрасиво поступить, - поднялся Намджун со стула, на котором сидел, пока они беседовали. – Я не могу изнутри ощутить твоего положения и осудить тебя или оправдать, но если Джинни будет плохо из-за тебя, плохо будет и тебе. Да, нам всем хочется удовольствий и добиться желаемого, почти год назад ты хотел добиться моей сестры и добился, ты тогда не очень понимал, как заканчиваются истории любви золотых, и семейных золотых, я понимаю, что после произошедшего с Ханом ты близко принял всё к сердцу и поводы для переосмысления есть, но… подумай хорошенько, Сахар. Подумай, пока будешь в разъездах, стоит ли в данном случае поступать именно так. – Шуга пообещал, кивнул. – А теперь, пошли к остальным. Нечего тут валяться, занимаясь самобичеванием. Нас слишком многие хотят убить, чтобы убиваться добровольно.
Они с Юнги вернулись в зал, и под образовавшуюся на минуту тишину Чимин разлил по рюмкам ещё бутылку соджу. Хосок поднял вверх свою.
- За светлую память мастера Хана! За лучшего учителя боевых искусств, которого мы знали! – Не чокаясь, все осушили посуду и, закусив маринованными овощами, кимчи и свиными ушками (их не ел только добропорядочный буддист-вегетарианец Хосок), почувствовали, как стало потихоньку отпускать изнутри. Алкоголь лечил стресс.
- Я хотел кое о чём попросить вас всех, - вдруг сказал Чимин, выпрямив спину. – Наверное, не одного меня сегодня посещали и посещают разные мысли. Все они невесёлые, и большинство из них о том, что мы делаем, зачем, и какова цена… - Воин провёл пальцами по губам, сосредотачиваясь. – Я не буду вас грузить подробностями, я только хотел взять с вас обещание. – Друзья смотрели на него, слушая. – Если со мной что-нибудь случится… Ну, не «что-нибудь», а если меня грохнут – обещайте, что не сдадитесь и не прекратите делать то, что мы делаем. Пожалуйста, пообещайте никогда не сдаваться, иначе каждая, уже случившаяся когда-либо смерть золотого, на прошлой ли неделе она была или десять веков назад – пропадёт даром. То, что мы продолжаем бороться, рисковать, и класть свои головы в тяжёлой войне за прекрасный мир, сохраняет смысл и даёт надежду. Поэтому я хочу быть уверенным: если меня не станет – мы не проиграем. Мы всё равно победим. Однажды, неважно в каком поколении золотых. Мы оправдаем жертву каждого, ушедшего из жизни преждевременно. – Тэхён протянул руку ладонью вниз, и отчётливо произнёс:
- Клянусь.
- Клянусь, - положил свою сверху Шуга.
- Клянусь, - повторили жест Хосок и Чонгук. Башню из рук поддержали Хансоль и Джеро, тоже дав клятву.
- Клянусь, - завершил её Намджун, после предпоследнего Чимина, присоединившегося к массовому обещанию. На краткий миг у него мелькнула дурная мысль, что из-за своего здоровья он вот так и живым последним останется, отсидевшись в тени героических товарищей. Будто прочитав его мысли, Сахарный ему сказал:
- И обязательно кто-то потом должен сложить песнь о наших подвигах… Хотя, если это будешь ты, Мон, лучше напиши о нас эпический рэпчик, я слышал тебя в караоке, мне не нравится, как ты поёшь. – Золотые засмеялись, открывая очередную бутылку.
Комментарий к Глава №13
*ЗППП – заболевания, передающиеся половым путём
========== Глава №14 ==========
Приходила весна, осторожной солнечной поступью, оглядываясь, будто прося разрешение на своё присутствие, и зима уступала ей, не только на календаре, в погоде и оживающих, набухших почками деревьях, но и в сердцах золотых, отходящих от трагического происшествия. Они были молоды – большинство из них, поэтому круговорот продолжался, толкая их по непреодолимой инерции жизни. Спустя две недели после похорон, Намджун перестал беспрерывно сокрушаться о судьбе, злой участи и потере Хана. Он возвращался на прежние рельсы «дом – работа», начиная осознавать, что жизнь течёт дальше, и ещё может быть счастливой. Столкнувшись в коридорах между кабинетами с Чжихё, дня через четыре после церемонии в храме, он смутно припомнил, что вернул её на работу и так и должно быть; на тот момент сознание его не вынырнуло из горестных размышлений. Радости и восторга, поздравлений с возвращением на работу он не выдал, за что поругал себя несколько дней спустя, когда подкралась оттепель. Но в тот миг в душе было очень скверно. Настолько скверно, что первое время его едва хватало на разговоры с родителями за ужином – тем более что, отец тоже знал Хана, и скорбел не меньше. Едва хватало на свидания с Соа, во время которых он кратко обмолвился, что умер дорогой ему человек, и попросил простить его за то, что так выбит из колеи. Соа разделила его переживания и не требовала никаких знаков внимания, пока он сам не очнулся от накатившей черноты, капюшона смерти, под тень которого попала банда, задетая очередной гибелью в своих рядах. С Джинни Намджун в основном обходился приветствием или ворчанием по какому-нибудь мелкому поводу. Он пока не знал, как с нею быть.
Снег стаял, впереди ожидался сезон пыльных бурь, от которых вся столица оденется в повязки на лицах. Весна прекрасна, но и у неё есть свои минусы и трудности. Намджун пытался нейтрализовать плохое хорошей компанией. Взяв Соа и Джинни в поход по супермаркетам, он гулял в их обществе, балуя своих барышень и оплачивая их покупки. Девушки были знакомы с тех же самых пор, когда Намджун спас Соа, и, вспомнив друг друга, с удовольствием возобновили дружбу. Это кое-как сгладило Намджуну отсутствие торжественного представления родителям. Если сестра дружелюбна с будущей его женой – это тоже отлично. Их щебетание и обсуждение нарядов на манекенах, стоявших в витринах бутиков, отвлекало и умиротворяло. Спокойствие и лёгкая нега расплывались по телу Намджуна, когда он шёл с Соа, держащей его под руку. Его вторая половина – что за чудное ощущение! Правда, они ещё не съехались и не живут вместе, но все их часы, проводимые вдвоём, свидания, такие душевные, милые, тихие. Они ещё ни разу не поругались или не поспорили, даже обсуждая фильм, на который сходили, сошлись во мнении по его поводу. Намджун подумывал после месяца отношений подарить обручальное кольцо и сделать Соа предложение. Зачем тянуть и чего-то ждать? После свадьбы он сразу же купит им отдельную квартиру, и они не будут мешаться ни её семье, ни его. Собственное гнёздышко! Телефонный звонок вывел Рэпмона из мечтаний. Это был Тэхён, сообщивший, что их отряд удачно завершил операцию по отлову группировки, торгующей похищенными в Египте людьми, что они вернулись в Сеул, все живые и целые, и направляются в свою квартирку на передышку.
Намджун положил трубку, обрадованный этому известию – оно всегда радовало, уже на протяжении нескольких лет, - и увидел перед собой Джинни, развернувшуюся к нему лицом и идущую задом по проспекту торгового центра.
- Это был Ви? Они прилетели? – Брат ей кивнул. – И Юнги?
- Ну да.
- Почему он не позвонил мне сразу же? Он всегда звонит сразу! А тут и улетел, вместо звонка прислав смс-ку, и прилетел без оповещения. Что за свинство? – нахмурилась студентка.
- Может, устал, - отвёл взгляд Намджун, но на сторону девушки встала Соа:
- Молодой человек, влюблённый и любящий, разумеется, всегда найдёт время для звонка, и усталость не помешает. Я согласна с Джинни, её парень должен в первую очередь ей сообщить, что прилетел откуда-то.
- Так, дамы, вы тут своей женской логикой нашу мужскую не порочьте, - сводя всё к шутке, перехватил поудобнее Намджун пакеты с покупками сестры и возлюбленной. Джинни сама несла только набор с десятью цветами лака для ногтей, который до того ей понравился, что она не в состоянии была пройти мимо, а теперь и выпустить из рук. В ближайшие вечера ей снова ничего нельзя будет поручить, потому что она будет перекрашивать каждый вечер ногти в новый цвет и на всё отвечать: «Не могу, видишь, ещё не высохли ногти!». Намджун бы понял Шугу, если бы тот захотел расстаться с его сестрой по причине «задолбала», а может, это и было истинной причиной, ждавшей повода поприличнее? Естественно, год назад он не мог знать, что эта кокетливая прелестница – лентяйка и никакущая хозяйка, а присмотревшись резонно отказаться от такого «подарочка». Но нет, Шугу ничего это не смущало, он ни разу не высказал Джинни за то, что она не готовит сама ужины, на которые его приглашает – пользуется маминым мастерством. Его тревожили возможные страдания Джинни в будущем, и он решил её от них оградить. Намджун всё ещё думал, как отнестись к этому решению друга? Понять, отругать, образумить, поддержать? Не вмешиваться?