Страница 38 из 47
Я смотрела на них и не могла понять, почему они так странно друг к другу относятся. Что-то тут около Каллена нечисто.
— Недовольство двора — угроза не меньшая, чем венатори. Нужно быть бдительными и не дать случиться беде, — Жозефина посмотрела на свой документ и снова на меня.
Я, конечно, постараюсь защитить императрицу, если там действительно на неё нападут.
— Не волнуйся, Жозефина, мы защитим императрицу во что бы то ни стало.
Она слабо мне улыбнулась. Я пыталась как можно больше походить на человека. Вроде бы и защищаю людей, но в то же время я их жажду в плане еды. Инстинкты набирают обороты, и внутри идет сражение. Я хочу быть человеком: просто любить, жить, равняться со всеми.
Но я выделяюсь, даже слишком. Моя рука какого-то черного цвета до локтя, а глаза фиолетовые, то яркие, то темные, не знаю, от чего зависят эти вспышки, да ещё и кожа белая.
— Хотелось бы верить, — сказала неуверенно посол. — Сейчас Орлей сдерживает тевинтерцев, но если Корифей одолеет его, весь Тедас погибнет. Селина будет вести мирные переговоры во время большого бала-маскарада. Там будут все орлеанские влиятельные лица. Идеальный момент, чтобы подослать убийцу.
Если же всё действительно так мрачно, нам надо на этот бал. У меня будет возможность потанцевать с моим любимым Калленом. Я заставлю его танцевать, и пусть только попробует вырываться.
— Тогда нам надо попасть на этот бал, — озвучила я свои мысли.
Жозефина одобряюще кивнула.
— Я позабочусь о приглашении, если вы так решили, миледи Инквизитор.
На этом мы всё и решили. Пока Жозефина будет доставать приглашение, я раздобуду себе платье и ещё маску. Это было бы идеально.
Я вышла из кабинета Жозефины в коридор, который вел к ставке командования. За мной пошел и Каллен.
— Ты действительно хочешь на этот бал? Мы могли бы найти другой способ присмотреть за убийцей, — говорил он, прислонившись к стенке.
Примерно догадываюсь, почему мой возлюбленный вдруг так решил. Красоваться перед другими девушками он, вероятно, не хочет. И танцевать тоже.
— Нет, мой любимый, мы пойдем на бал, и ты будешь танцевать со мной. А ещё… ещё я закружу тебя так в танце, чтобы остальные поняли, что танцевать они не умеют. Вовсе.
Каллен закрыл глаза и вздохнул. Он был обречен.
— Я бы рад с тобой танцевать, Мати, но увы, я танцевать не умею. Меня храмовники не учили этому, — голос его отдавал сожалением и одновременно радостью. Не знаю, чему он там радовался, но если я сделаю шаг влево в своих предпочтениях, то, думаю, разозлю моего храмовника до безумия.
— Хорошо, Каллен, если ты не хочешь со мной танцевать, то я выберу другого. Например, того же Крэма. Он не откажется со мной потанцевать, — я вложила в свой голос столько искренности, что он должен был поверить.
Я сама слышала нотки вранья в голосе, но он вряд ли их вообще различал.
И да, он поверил! Лицо его не изменилось, но тело прямо вибрировало от плохо скрываемой ярости.
— Ну уж нет, миледи Инквизитор, вы будете танцевать со мной и только со мной, — сказал он голосом командира, будто я должна ему подчиняться, а не он мне.
Я ему мягко улыбнулась, а затем подошла ближе. Мужчину мало-помалу отпускало напряжение. Он медленно приходил в себя. Я положила ему голову на грудь и обняла. А если бы Каллену было все равно? Если бы он наплевал на мою угрозу, стала бы я танцевать с другим? Нет, не смогла бы. Он мне настолько дорог, что к другому мужчине я бы не притронулась. Однако, тот мужчина, что был во сне… я неподдельно им восхищалась и даже поцеловала его. Но что бы было, окажись он тут, в реальности? Даже не знаю, как бы я дальше действовала. Его красота вводила меня в транс, заставляла делать то, что я никогда не делала. Тем более, он называл меня очень ласково, значит, он, вероятно, и есть мой муж? Но нет, этого не может быть. Просто не может.
— Милая, ты ведь не наденешь на бал платье? Тебе ещё за убийцей гонятся, разве ты сможешь? Я не против, если ты его наденешь, но справишься ли в нём с заданием? — Каллен уставился на меня, а я в свою очередь подняла голову и кивнула.
— Значит надо найти такое платье, в котором я смогу бегать за убийцей, — сказала я, погладив по щеке бойца.
Он ещё смотрел на меня, не понимая, что за платье я собираюсь найти. В принципе, если взять полуплатье, то вполне смогу гоняться хоть за драконом.
— Я вообще боюсь, как бы тебя там не ранили. Я не хочу, чтобы тебе вообще делали больно, любовь моя. Хочу видеть тебя закрытой и защищенной, — Стентон гладил меня по волосам. Глаза у него усталые, и было ясно, что он сам там дежурит возле стен Скайхолда, чтобы ни один дракон сюда не залетел, а тем более Корифей. Ему надо отдохнуть вместе со мной.
— Каллен, тебе надо хорошо отдохнуть. Мою комнату уже очистили, пошли туда, — я взяла его за руку, но тот в ужасе отпрянул. Каллен посмотрел на меня, и страх в его глазах прямо засасывал.
Чего он боится?
— Ну… эээ… знаешь, лучше я пойду один посплю там, — он только сделал шаг, но я сжала его руку.
Он не смел никуда уйти. Я потянула его в тронный зал. Каллен отчаянно сопротивлялся, и в кабинете Жозефины пришлось заверять хозяйку, что это наши личные разборки. Так я и доставила Каллена в свою комнату. Её действительно привели в порядок, пока я там говорила перед всем народом. Меч я отдала Каллену, кстати. Он мне не особо нужен.
Затянув мужчину в комнату, я плотно закрыла дверь и отпустила его, заслонив собой дверь на всякий случай.
Каллен выглядел очень растерянным. Он смотрел на окна и на все то, что могло бы помочь убежать.
— Каллен, чего ты так боишься? Секса? Не понимаю тебя. Ты успокойся, я всё сделаю за тебя, любимый.
Каллена это совсем не порадовало. Он даже хотел достать меч, но я прыгнула на него и повалила на пол. Мой вес больше не был человеческим, и теперь я была воистину собой. Я раздевала мужчину, вдыхая аромат его кожи. Одежду я снимала легко и быстро, а также удерживала сам объект, иначе он убежит и даже без трусов.
Когда он остался в одних трусах, я лукаво улыбнулась. Каллен побледнел, и было похоже, что он сейчас потеряет сознание.
— Милая, любимая, родная… не надо, прошу тебя, не надо. Я сделаю всё, что ты просишь, я… — говорил он, тяжело дыша. Я слышала бешеный стук его сердца, казалось, оно сейчас выпрыгнет из груди и убежит.
Вместо того, чтобы ответить, я сняла с себя одежду. Взяла и сорвала её.
Каллен нервно глотнул. Он отвел глаза, но потом снова посмотрел на меня. Его возбуждение росло, запах похоти разлился в воздухе. А затем, у моего мужчины встал. Он покраснел, но ничего не смог поделать.
— Сейчас я покажу тебе, что такое любовь, мой милый. Обещаю, я сделаю всё так, чтобы ты почувствовал меня полностью, — я сняла с себя сначала лиф, а затем трусики.
Лицо мужчины озарило смущение самой первичной форме, а затем желание. Он внезапно взял меня за талию, а через мгновение его руки накрывали мне грудь и мяли её.
Я издала стон, почти рык. Он сам снял свои трусы, взял меня за бедра и усадил прямо куда надо.
Я наклонилась к нему и стала целовать. Моё тело горело от вожделения и грозилось взорваться. Мы вдвоем двигались по зову желания. По лицу Каллена гуляли то страх, то радость, то ужас. Чего он боялся?
Я посмотрела на свои руки, но они уже не были моими. Я наращивала темп, давая волю чему-то внутри себя. Каллена за плечи обнимали лапы, но никак не руки. А мой рот… я чувствовала внутри него клыки, язык буквально царапался о них, превращаясь в кровавый орган.
Мои лапы сдавили мужские плечи сильнее, и по его груди побежали струйки крови.
Он застонал то ли от боли, то ли от радости. Я всё двигалась быстрее и быстрее и в какой-то момент укусила своего любимого. Кровь заполнила мой рот, и я глотала этот самый прекрасный в мире нектар. Я глотала его, чувствуя, как внизу всё поднимается, и что-то рвется. Совсем скоро я достигну своего пика, и мой любимый тоже.