Страница 54 из 65
— И это все ваши требования? — Задал вопрос король, когда прослушал весь договор.
— Нет, есть ещё одно, главное, не нарушать этот договор, как можно дольше, в противном случае мы вернёмся с большей армией. А для закрепления нашей дружбы, твоего сына мы заберём с собой погостить лет на пять.
— Это невозможно, Кристиан единственный сын и наследник престола! — В негодовании воскликнул монарх.
— Ну других детей у тебя нет, не будем же мы брать в аманаты девочку, да ещё вдобавок младенца. — Меня уже просветили о семейном раскладе Кристиана. — Пять лет, и если Дания будет соблюдать договор, то парень вернётся живой и здоровый, в качестве исключения, готов разрешить отправится с ним двум твоим надёжным слугам, которые будут следить за его сохранностью.
— О боже, но ваша страна так ужасающе далека, а океан не каждый взрослый осилит пересечь и остаться в живых, а Кристиан ещё ребёнок. — Сделал король ненужную попытку надавить на жалость.
— Этот вопрос решён и не обсуждается, другие возражения есть?
— Умоляю, сберегите моего сына. — Увидев, что я выжидающе на него смотрю, добавил. — С договором я согласен.
— Твоя королевская печать, чернила, перо. — Пододвинул Кристиану набор для письма, увидев недоуменное выражение на его лице, при виде авторучки, милостиво произнёс. — Перо дарю.
Глава 6
Прибытие огорошило меня новостями, о которых Тлехи в письме не упоминал. Квебек выглядел приблизительно, как я и представлял. Что-то среднее между Зюзино и Какан-тек, обычный торговый пост, который городом можно назвать с большим натягом. Одна широкая улица с аккуратно, по линеечке, выстроенными домами и большая площадь с огромными амбарами.
— А для нас есть другой причал? — Спросил я Наума, когда мы прошли мимо Квебека.
— Нет, государь, здесь только товарами торгуют, поселенцев выгружаем в конце пути.
— Так, а где Тлехи сделал главный город? И что за конец пути?
— На реке этой много порогов, вот как в первый упрёмся, то и конец пути. Там стоит город Ребров, оттуда всех поселенцев и распределяют, а где главный город, то мне не ведомо, я же дальше порогов не ходил, а зимой мы на южной стоянке стоим. Разве я не рассказывал?
— Южная стоянка, это где вы верфь строите? Кулибин?
— Кулигин, кулига — это место где выкорчевывали деревья, и теперь пахать можно. Дубы добрые на корабли идут, потому и верфь строим, не сидеть же без дела, покуда штормы. Плотницкого дела мастеров сразу туда отвезли, да поначалу целой ротой сидели, однако не потребны вои, народ в тех местах приветлив и не злоблив. — Набирая темп, начал вещать адмирал про своё любимое детище.
— Это я слышал, где Ковригин твой на карте, пошли — покажешь. Долго нам ещё до конца пути?
— Это как Ворон ветер погонит, то к вечеру будем. Кулигин, государь, я уж и в реестр внёс, и карту в Аркаим отправил. — Настойчиво продолжил меня поправлять Колесников.
Под словом «южная стоянка» я мог предположить всё, что угодно. Видимо за последний год с небольшим, проведённый безвылазно на Сулимской вотчине, я совсем замшевел и не могу теперь верно оценить размах стрелецкой души. Город, основанный адмиралом Колесниковым, находился за две тысячи километров от Квебека, а если по морю, то все три, в бывшей/будущей Южной Каролине на месте Чарльстона. И в этом ключе меня резко стали интересовать подробности, от которых я отмахивался во время путешествия. Выяснилось, что весь последний осенний завоз поселенцев Наум делал с учётом поиска места под верфь, с возможностью спокойно перезимовать. Соответственно, население Кулигина составляло, по словам адмирала «пять сотен мужиков да наших граждан с аркаимской верфи десяток». На вопрос, а как они без женщин, последовал толерантный ответ: «А то, как же, с бабами, иные и с детишками, да кто же баб да мальцов в учёт берёт!»
Обмозговав будущее этого города с адмиралом, решили, что просто стоянки и верфи недостаточно. Необходимо иметь гарнизон, на случай бандитских налётов, продовольственное и материальное обеспечение лучше местное, а значит, каждый год привозить новых людей, налаживать торговлю с местными, в том числе с теми, кто в глубине материка. Рекомендовал построить второй город чуть южнее и там начать высаживать хлопок из Перу. Не говорить же Науму, что если мы это не сделаем, то через 5-10 лет этим займутся англичане. Только мы будем завозить ирландских рабов и переселенцев из Мемеля, никаких негров. Для обеспечения саженцами крайне важно переправить их быстро, а потому захват панамского перешейка выглядел не блажью, а государственной необходимостью. Несмотря на отсутствие новостей из Аркаима, я был уверен, что, как минимум один караван мы сумеем провести, даже если не удержим перешеек навсегда. Наум предложил послать две яхты следующим летом, чтобы встретить посылку, а я тем временем пошлю гонцов, чтобы Олег организовал всё с той стороны. Очередное наступление на испанское владычество в Новом Свете сулило хорошие дивиденды, а в успехе я не сомневался.
К вечеру до конечной не дошли, лишь через два часа после рассвета впереди по курсу показались дымы. На левом берегу уже показались первые деревни, явно европейского вида. Череда поселений продолжалась ещё целый час, когда Наум объявил о прибытии. Увиденное, повергло меня в ступор: гигантский муравейник со стройками, уже построенные стройные ряды улиц уходили в бесконечность, на сколько хватало глаз, то тут, то там, виднелись растущие остовы каменных строений, пока не ясного предназначения, на острове напротив, мирно паслись коровы. Ущипните меня — я вижу город, которому едва исполнился год?
— Государь, пришёл городской голова, просит принять. — Доложил один из гвардейцев, когда меня провели в лучший дом города, по совпадению, принадлежащий его главе.
— Зови, не до расшаркиваний, домой хочу, а дел ещё невпроворот.
Вошедший мужчина, никак не походил на того, кого я себе представлял. Передо мной появился типичный апач, только не с таким носом, может абсалока.
— Приветствую, государь! Рад, что ты вернулся, нужен нам твой глаз, да совет.
— Тебе почёт и уважение, большой груз взял на свои плечи. Столь огромный город за год создал, глаз радуется. Скажи, а почему Зорян Светозаров, я таких имён в Аркаиме не встречал? — Озвучил я, терзавший меня вопрос несоответствия имени и внешности.
— Мы с Тлехи уже давно вместе, так он никак не мог моё имя правильно произнести, потому я и по-русски теперь зовусь.
— Странно, я думал он в мастера только молодых выбирает, а тебе сколько лет?
— Тридцать второй пошёл, так я и не мастер, мы с ним на торговых тропах познакомились, а сын моего брата у Тамилы учился. Па Той, помощник твой.
— Да, вижу боярские ухватки у вас в крови, жаль Па Той никакого письма не передал, так я тебе скажу, что назначил его с двумя опытными воинами втроём править заморскими владениями и послом в Московию поставил.
— Благодарю за признание, государь. Однако, без твоего пригляда не всё гладко выходит. Московиты, что занимаются извлечением металлов из руды, требуют подсказки, как им лучше делать. Тлехи месяц назад приезжал, всё им наладил, а теперь у них опять плохо выходит, только уголь переводят, да кислоты на них не напасёшься. — Зорян, от расстройства, наминал кулаки.
— Сходим, только до завтра. Сегодня я хочу тебя послушать, как вы устроились и всё про переселенцев. Просто невероятно, откуда столько народа и, кстати, почему вы не отправляете их в Спокан?
— Отправляем, только пешком их не отправишь, а фургоны делать не успеваем. Да кроме фургонов, ещё в дорогу надо всего разного. И так уже две сотни работает в ходовой мастерской, не считая тех, кто на лесопилках доски делает. — Продолжал сокрушаться городской голова.
— Ты карты города и окрестностей заполняешь?
— Обязательно, голова я, на то и поставлен, друга подвести нельзя, особенно перед тобой государь. Может пообедаем, а после я тебе покажу, что за год проделано? — Сглатывая голодную слюну, попросил хозяин дома.