Страница 4 из 16
– Конечно, – отмахивается Ян, точно речь о чем-то, что совершенно не имеет значения. Или о чем-то само собой разумеющемся.
А впрочем, что здесь удивительного? Гибель знакомого воспринимается не так, как чужая. Инессе тоже не хочется, чтобы его расстреляли, хотя она совсем недавно мечтала его удушить. Тогда еще не зная, что он поможет ей бежать.
Но за помощь не благодарит. Строго говоря, это самое меньшее, что он мог сделать.
– А вообще-то мы летим на Стоар не в жестянках и не в медных тазах, – бросает она на прощание. – Корабли могут выдержать даже попадание в эпицентр взрыва. Если что-то и вступит в реакцию, это не имеет значения.
***
Корабли действительно мощные, и их много. К этой операции готовились давно. Решающее наступление, первое за долгие-долгие месяцы глухой обороны, когда люди укрывались от бесконечных атак под гигантскими кровлями, иногда пытаясь отстреливаться, разработчики оружия отмалчивались и пропадали в лабораториях, солдаты бесились от вынужденного бездействия, а горожане терялись в догадках, почему они должны безропотно терпеть налеты, страдать и погибать от всепроникающего химического яда, почему армия не даст противнику полноценный бой в атмосфере…
Небольшие истребители, рассчитанные на одного пилота, на сей раз несут не запас огненных ракет или бомб, а нечто другое.
Если верить командованию – пострашнее простого оружия.
Панцирь стоаранина, в который при желании можно втянуть голову и все шесть конечностей, может защитить от выстрела, огня или разлетающихся осколков, но бессилен против порции ядовитого едкого газа под названием «Туман».
Стрелять нужно по окнам, благо ракета способна легко пробить их защиту, – и за несколько часов со всем населением планеты будет покончено. Над этим газом работали несколько лет. А войну давно уже успели окрестить химической, потому что обе стороны полагаются не столько на огневую мощь, сколько на молекулы и соединения.
Конечно, флотилию засекают на подлете.
Конечно, в воздух поднимается чуть ли не весь стоаранский флот.
Но на этот случай уже есть план. Пока крейсеры принимают бой, вызывая огонь на себя, истребители молниями врываются в атмосферу. Они проносятся так быстро, что Инесса едва замечает смену слоев. Мимо мелькают серебристая верхняя вуаль, потом клубящиеся тяжелые тучи, изливающиеся ледяным дождем-копьями, затем густой, как смола, воздух, а над самой землей – тягучие сизые облака. Тот самый газ, который может вступить в реакцию с «Туманом».
Инесса сосредоточенно выцеливает небольшие окна госпиталя, стараясь не истратить даром ни одной драгоценной ракеты.
Свист – и первые с легкостью пробивают бронированные окна. Первый этаж, третий, пятый, седьмой. Стекло разлетается крупными осколками, оставляя отдельные зубья торчать из стен. Внутри здания вспыхивают неслышные взрывы. Один за другим, один за другим…
Сверху падает что-то крупное. Инесса уворачивается, оглядывается – сбитый стоаранский крейсер.
Не свои. Забыть, продолжать, пока «Туман» не заволок все вокруг, – а он уже странно густой, совсем не такой, как на испытаниях.
Крейсер дымится внизу. Чуть поодаль другой, весь в черных клубах, врезается в высокое здание, превращая его в сплошной искореженный ком. Инесса многое отдала бы за право швырнуть таким кораблем в башню тюрьмы для военнопленных. Но башня в другом полушарии, а задачи распределены.
Налет стоаранских кораблей напоминает мелкий черный дождь. Черт, сколько же их! А это лишь часть! Они спускаются в атмосферу, открывают огонь, но юркие истребители уходят от него. Вражеские шквалы обрушиваются без разбора. Ничего, на земных крейсерах есть ракеты… надо держаться подальше от зоны обстрела, потому что бить будут без разбору…
Инесса швыряет свой истребитель в сторону и вниз. Башня позади немедленно складывается внутрь. Город осыпается, разлетается, вспыхивает… окутывается дымом.
Слишком густым дымом.
Так быть не должно. Неужели и правда «Туман» вступил в реакцию с атмосферными испарениями?
Шлем передает картинку извне прямо на сетчатку. Порой Инесса забывается, ей кажется, будто истребителя и нет вовсе, обзор свободен. Все взрывы и выстрелы вокруг как на ладони. Она машинально оглядывается – и видит внизу в тумане разгорающиеся багровые огоньки.
Разрушенный город затягивает дымом, мутным, темным. Видимость безнадежно падает. А огоньки тлеют все ярче.
«Держись хотя бы подальше от поверхности», – отдается в памяти негромкий твердый голос.
Инесса вскидывает глаза – кажется, стоаране ушли дальше, можно подняться выше. На всякий случай.
Истребитель взмывает к черным тучам, и в эту минуту туман внизу вдруг ослепительно вспыхивает.
Багровый превращается в алый, затем раскаляется добела и начинает чернеть. Всепожирающая волна клубами поднимается снизу, точно Стоар вдруг разверзся адской бездной. Застигнутые врасплох корабли летят, кувыркаясь, как листья по ветру. Чернота перед глазами дрожит… Как чернота может дрожать? Но она дрожит, мерцает белесым подпалом и не торопится рассеиваться. И кажется, что выжить в этом пекле не может никто. Не уцелеет ни один корабль, не выживет ни человек, ни стоаранин…
Волна медленно остывает. Лениво выдыхает дым, сама становится дымом, растворяется и уходит вверх, заволакивая все вокруг. Несколько мучительных минут Инесса висит в мутной пустоте, не видя ничего, кроме клубящейся сизой серости. А когда дым кое-как поднимается к тучам, она снижается и смотрит вниз.
Те же руины и сбитые корабли.
А вместо застигнутых посреди улицы стоаран – горки липкого пепла.
Инесса разжимает пальцы, мертвой хваткой цепляющиеся за штурвал. Все… Неужели все? Если так было по всей планете, остается только добить врага в атмосфере. И то – стоаранские корабли уже потеряли сходство с роем гигантских мух. Кажется, их повредило взрывом сильнее, чем земные.
И тут включается связь.
– Внимание, всем истребителям! Боевая готовность и вылет на Землю по моей команде! Остерегайтесь обороны землян.
– Что?! – вырывается у Инессы.
В первое мгновение она не верит своим ушам. Кто говорит? Похоже на голос капитана Валата. Что он несет? Ну да, вылет на Землю… но почему в боевой готовности? И почему нужно опасаться земной обороны?
– Зачем боевая готовность? Мы что, возвращаемся на Землю, чтобы вступить там в бой? – резко интересуется она, пробиваясь на связь к командиру напрямую через шлем и наплевав на субординацию. Ей можно. После полугода в плену – пусть кто-то попробует обвинить в недисциплинированности.
– А для чего, по-твоему, рядовая Орафанн? – огрызается Валат. – Земляне только что уничтожили почти все население Стоара! С ними давно пора покончить!
– Вы шутите? Мы фактически выиграли войну, вряд ли оставшихся кораблей хватит, чтобы…
Она не успевает договорить. В следующий миг только скорость реакции спасает ее от прицельного выстрела. Истребитель шарахается в сторону, и Инесса слышит злобный рык:
– Измена, рядовая Орафанн? Не отставать!
И мириады летунов взмывают к тучам, за ними следуют десятки крейсеров, в воздух поднимаются и те, что успели приземлиться на планете, чтобы обработать «Туманом» ветвистую сеть подземелий… Вон и корабль Валата, вот и остальные сослуживцы, и не похоже, чтобы это была идиотская шутка – они действительно намерены мстить.
Земле за разгром Стоара.
Абсурд!
Инесса бросает свой истребитель вниз, на ходу отключаясь от общекомандной связи. Кажется, кто-то тоже избежал всеобщего помешательства. Тот же маневр проделывает еще с десяток кораблей.
Земной флот на максимальной скорости покидает атмосферу. Вот его уже не видно за черными тучами, и стоаранские корабли не снижаются и не выцеливают уцелевших противников. А следуют за землянами, как за союзниками…
– Что произошло? – спрашивает Инесса.
Валат и все земляне уже далеко, локальная связь через шлемы работает только на планете. Значит, услышать должны только те, кто остался. Наверняка среди них такие же, как она.