Страница 99 из 128
Животные чувствуют беременность хозяйки, когда она сама ещё о ней не догадывается. Тончайшее изменение её гормонального фона порождает изменение запаха кожи. Этого вполне хватает и кошке, и собаке, и даже домашнему грызуну.
Вспомните канареек в клетках шахтёров. Животное начинало биться или теряло сознание задолго до того, как гремучий газ наполнял шахту и угрожал взрывом. Тончайшие колебания концентрации газов не проходили даром для птички.
Животные чувствуют смерть. Тут можно много заниматься эзотерикой и рассуждать об изменении энергетического поля. Но я думаю, мы всё же останемся материалистами и постараемся понять это явление с точки зрения биохимии. На границе жизни и смерти у человека отказывают многие органы, меняется состав крови, выбрасываются новые вещества. Запах смерти есть запах опасности. Об опасности надо предупредить других. Тем более, если ты - изначально стайное животное. Собака воет. Суеверные люди крестятся.
Я сжал пальцами край стола.
В закоулке памяти Егор устало опустился на табурет - «У меня была собака, так она не выла на Луну, как все, а просто тупо выла, постоянно, до рези в мозгу. Тоже была… из таких». Вот оно. Запах смерти. Собака выла потому что… несла его в себе. То запах других существ, что стали невольной жертвой обстоятельств - существ, что своими жизнями оплатили чужое воскресение.
А как же люди? Я не пожелал об этом думать и уставился на лектора.
- Сегодня я расскажу о некоторых особенностях поведения животных, считывая которые, можно составить картину той или иной опасности…
Время лекции закончилось. Я смёл тетрадь в рюкзак и поплёлся к выходу.
У самых дверей кто-то легко коснулся моей руки. Я оглянулся и увидел невысокого Ключина в его бессменном замшевом пиджаке.
- До свидания, - сказал я.
Ключин жестом пригласил следовать за собой и прикрыл дверь в аудиторию.
- Я вас слушаю, - сказал он тихо.
Я оторопел и, наверняка, имел глупейший вид.
- Я слушаю вас, - повторил он. - Поверьте, я не стал бы лезть не в своё дело, если бы не был уверен, что вы в безопасности. У вас проблемы, Луговой?
Я посмотрел на него, вытаращив глаза и вдруг кивнул.
- И проблемы, должно быть, не малые.
- Как вы…
- Мне предложили… скажем так, небольшое вознаграждение за то, что я попрошу вас остаться допоздна в здании. Придумаю повод, так сказать… А потом выпущу вас через чёрный ход. Понимаете?
Нет, я не понимал. Я смотрел на интеллигентного Ключина и судорожно соображал - почему, ну, почему он?
- Потому что я, должно быть, внушаю доверие, - сказал тот. - И потому что именно на моих лекциях вы появляетесь чаще всего. Так как? Что вы такого учудили, что за вас взялись такие люди? Имею же я право знать.
- Мм… я… понимаете…
- Деньги?
- Это… нет.
- Что, наркотики?
- Нет, я, это…
В голову ничего не приходило. Ключин смотрел внимательно и строго. Всю кротость с него как водой смыло. Мне было неприятно под этим взглядом. В мозгу ухало – он спас меня, не выдал, рассказать, рассказать, попросить совета….
Да о чём рассказать? О возвращении чужих жизней? Об их страшной цене? О пропавшем Маврине? О вое собак в ночи?
Нет. Лучше наврать про то, что попал на бабки. Проиграл в покер. Соблазнил племянницу мэра. Украл флешку с секретными материалами. Тьфу. Что придумать?
Ключин ждал, а я молчал.
- Я хочу помочь, - тихо напомнил он.
Помоги мне, Ключин! Ты знаешь всё о повадках диких зверей, и ты, наверняка, проведёшь нас с Адой тайными тропами, сырыми низинами, что не известны быстрым хищникам, хитрым стервятникам. Потому что я обыкновенный, я ничего не знаю. А ты… может быть.
- Не волнуйтесь, - ответил я спокойно. - Были неприятности, пришлось напрячься. Всё в порядке.
- Нет.
- Правда. Всё утряслось. Спасибо вам большое.
- Я ничего не сделал.
- Спасибо за то, что ничего не сделали.
Ключин вздохнул. Мне стало стыдно.
- И даже не поинтересуетесь, кто это был?
- Да… думаю, я знаю.
- Луговой, я бы испугался… такие люди... Ты понимаешь? И знаешь, что… я взял деньги.
Я похолодел.
- Да. Иначе найдут другого.
- Зачем вы так? – выдохнул я. – Вы же, вы же…
- Подставил себя? Ну, это вряд ли. А вот ты подумай. Да, и ещё… - Ключин вытащил из кармана визитку и положил на стол. - Если что - звони. Ничего не обещаю, но всё же… это лучше, чем ничего.
- Почему вы помогаете мне?
- Тебе трудно помочь, потому что не понятно с какой стороны браться. Молчишь, как партизан. А, может, ты убил кого? - он посмотрел на меня и махнул рукой. - Нет, конечно. Людям доверять надо. А у тебя написано на лбу большими буквами – «не подлец». Вот, собственно, поэтому, да и вообще. Ну, что ж, иди. Думаю, про осторожность тебе говорить не надо.
- Спасибо, - выдохнул я ещё раз и покинул аудиторию.
Водоворот закручивался. Теперь он затянул меня на пару витков глубже.
Ключин добил меня. Я ехал на машине и больше смотрел в зеркало заднего вида, чем на дорогу перед собой. Это, конечно же, ни к чему ни привело. То ли я ничего не замечал, то ли те, кто следил за мной - не дураки. То ли у меня паранойя. Итак, вот оно - меня ищут. Спокойно. Как можно следить за человеком, если его не видишь? Правильно - через телефон. Я снял чехол с мобильника, разобрал корпус, вытащил зарядник и внимательно рассмотрел. Смотреть особо было не на что. Беда была в том, что я не понимал толком, что мне следует искать и кого бояться. Снова собрав телефон, я выключил его и положил в бардачок.