Страница 7 из 27
— Хорошее место, — улыбнулся я. Дарз покосился, хмыкнул, но было видно, что ему очень приятна похвала. Неужели, кроме старика в лавке никто не живет? Скучно, наверное, вот так, одному доживать свой век. Хотя, он еще крепок. Возможно, найдет себе спутницу жизни.
Тряхнув головой, поглядел на мечника. Дарз взмахнул руками, и к моим ногам упала деревянная палка. Точно такая же покоилась в левой руке старика.
— Вы хотите, чтобы я с вами дрался? — удивился я. Дарз оскалился в усмешке.
— Нет. Хочу показать тебе, чего можно достичь. Нападай.
Я покачал головой, взмахнул палкой, затем резко бросился на старика, метя в ногу. Спустя мгновение осознал себя лежащим на земле, а мечник приставил свое «оружие» к моему горлу.
Вскочив, разозлившись, схватил палку и снова бросился на Дарза. На этот раз целился в грудь. Прошел сквозь защиту, ударил по правому боку. Однако оружие моего противника было быстрее. Деревяшки столкнулись, с громким треском разлетелись на части. Старик рассмеялся, шагнул вперед, и, пока я с недоумением разглядывал разбитое оружие, врезал мне кулаком под дых. Согнувшись от боли, с ненавистью глянул на мечника. Он хмыкнул, затем исчез, сразу же оказавшись сзади. Мощный удар под колено заставил меня упасть на землю. Перевернувшись набок, увидел над собой довольное лицо старика.
— Это лишь малая часть возможностей мечника Эль-Торы, парень. Но, поверь мне, плата за обучение может оказаться тебе не по силам.
— Тогда зачем вы устроили эту демонстрацию? — прохрипел я, сплевывая вязкую слюну на землю. Старик резко осунулся, побледнел, тяжело опустился на землю рядом. Его внимательные глаза с неожиданной теплотой взглянули на меня.
— Хотел предостеречь. Ты должен знать, что тебя ждет. Не имею права разглашать подробности испытания, здесь ты должен справиться сам. Но могу сказать одно: не важно, сколь умелый ты мечник. Важно то, что сокрыто в твоей груди, мальчик. Верь своему сердцу, пусть твой боевой дух не угаснет во время странствий. Когда я попал в Эль-Тору, мне было немногим меньше лет, чем тебе. Мое искусство меча оставляло желать лучшего. Однако я был полон решимости стать сильным мечником, чтобы защитить королевство и близких.
Старик шумно вздохнул.
— Но ничего не вышло. Впрочем, это дела давно минувших дней. Следуй своему сердцу, парень. Оно никогда не предаст.
— Спасибо, — искренне поблагодарил я. Дарз улыбнулся. Только сейчас я понял, что ему намного больше лет, чем кажется на первый взгляд.
— Возвращайся. Когда закончишь обучение, я буду ждать тебя. Нам есть о чем еще поговорить. К тому же, старина Эрви не станет просить за первого встречного мальчишку. Ты приглянулся ему.
— Кто он такой? — задал я важный вопрос. Мечник усмехнулся.
— Не могу сказать, — произнес он, поднимаясь. Я вскочил следом. — Если он захочет, то расскажет сам при следующей встрече. А теперь ступай. Возле двери возьмешь мешок с припасами. Если отправишься в путь незамедлительно, то как раз поспеешь к сезону холодов. Врата крепости закрываются на зиму.
Мы вернулись в дом. Возле выхода и впрямь оказался объемный мешок с едой и необходимыми припасами. Старик самолично вручил мне шерстяной плащ темно-зеленого цвета, почти новый.
— Почему вы помогли мне? — спросил я, приторочив мешок к седлу и погладив доставленную слугой Вьюгу по лохматой гриве.
Старый мечник задумчиво почесал подбородок.
— Даже не знаю. Я слишком давно знаю и Эрви, и Мастера Доминика, чтобы не доверять их впечатлениям. Если оба нашли в тебе что-то особенное, значит — так и есть. Правда, мне думается, что на сей раз старики ошиблись.
— Все настолько плохо? — несколько обиженно пробормотал я. Дарз рассмеялся.
— Я бы сказал, все еще хуже. Тебе придется худо в Эль-Торе, мальчик. Тебя учили управлять людьми, а не убивать их. Хоть ты и неплохо машешь клинком, против умелого воина не выстоишь и минуты. Впрочем, все зависит от тебя. Талант кое-какой я вижу. Правда, пока лишь робкий зародыш, но все же. Работай усердно. Передашь привет сэру Дитриху, скажешь, от Серого Пса. Он поймет.
— Спасибо вам, мастер! — снова поблагодарил я, запрыгивая на лошадь. Старик серьезно кивнул, его глаза устало блеснули под хмурыми кустистыми бровями.
— Удачи тебе, парень. Не сдавайся! Помни — это лишь начало пути. Лестница наверх не всегда бывает гладкой. Порой ты будешь спотыкаться, но, если не утратишь желания и силы воли, то достигнешь мастерства. Прощай!
Я пришпорил Вьюгу и галопом направил вверх по улице, по направлению к городским воротам. Не оборачивался. В груди поселилось твердое чувство уверенности. Кто бы мог подумать, что этот ворчливый старик окажется настолько добрым и благородным? Я не могу оставить это просто так. Теперь у меня есть неоплаченный долг, который рано или поздно придется вернуть. Надеюсь, в Эль-Торе есть голубиная почта.
На ночлег пришлось остановиться в поле. К вечеру погода испортилась, подул пронизывающий ледяной ветер. Пришлось запахнуться в плащ и устроиться на земле, предварительно набросав туда кучу травы. Вьюга меланхолично жевала овес, предусмотрительно положенный стариком в мешок. Пальцы мои замерзли, и никак не удавалось написать хоть строчку в дневнике. В конце концов, плюнув на это глупое дело, я надвинул капюшон на голову и закрыл глаза.
Утро выдалось теплым. Яркое солнце припекало вовсю, заставляя щуриться и улыбаться. Дорога дальше шла прямая и ровная, без каких-либо колдобин. К вечеру мы с Вьюгой добрались до первого северного городка — Исми.
Местные жители выглядели весьма угрюмыми, провожая меня косыми взглядами. Краем уха слышал громкие перешептывания, пару раз раздавались злые смешки. Городская гостиница оказалась весьма неприятным местом, к тому же, за ночлег с меня содрали целых два серебряных. Даже в столице на такие деньги можно было выпить в одном из лучших трактиров. Впрочем, выбора у меня не было — пришлось платить.
Сидя в углу зала и медленно пережевывая жесткое недожаренное мясо, я проклинал судьбу за то, что привела меня сюда. Зачем я сцепился с парнями в Гильдии? Зачем поехал в Суо? Что забыл в этой дыре? Что, если меня разыграли, и Эль-Тора — всего лишь красивая сказка?
Тихо вздохнув, я прикончил остатки ужина и поднялся наверх, в номер. Открыв протяжно заскрипевшие ставни, устроился на подоконнике и наблюдал за городской жизнью.
Надо сказать, людей в городишке оказалось довольно мало. Такое ощущение, будто половина жителей отправились на промысел в другие места. Широкие улицы выглядели запустевшими, многие лавки закрыты, чумазые ребятишки ковыряются в уличной грязи, женщины поголовно исхудавшие, с запавшими тусклыми глазами.
Не нравится мне это место. Острое предчувствие неотвратимой беды сжало сердце.
При тусклом свете крошечного огарка свечи писать было неудобно. Выругавшись, отложил тетрадь в сторону и лег в постель. С дороги все тело довольно сильно гудело, поэтому уснул почти сразу.
Среди ночи меня разбудили громкие крики, топот ног за дверью и отчетливый запах гари. Вскочив, быстро натянул на себя вещи и выглянул в окно. Полыхала единственная часовня. Удивительно, как вообще в этом захолустье люди до сих пор верят в Диса? Судя по их угрюмым лицам, впору вызывать священников и проводить обряд изгнания нечистой души.
Выскочив за дверь, бегом спустился по лестнице. Меч болтался на поясе, готовый к бою. В нижнем зале люди встревоженно переговаривались, трактирщик сумрачно хлебал пиво из потемневшей от времени деревянной кружки.
— В чем дело? — поинтересовался я, в три шага оказавшись возле него. Смерив меня подозрительным взглядом, он все же выдавил:
— В церкви бесы завелись, грят, святого отца в первую очередь порешили, а потом ужо и сам дом подожгли. Люд тушить пытается, да не особливо выходит, значитца.
— Почему вы здесь, а не там?
Трактирщик гулко захохотал.
— Да какое нам дело до сраной церкви, пацан? Пусть хоть все там перемрут, авось полегче жить-то станет.