Страница 27 из 35
При «прирастании» предмета залога (например, при равномерном безвозмездном распределении акций пропорционально имеющимся у акционеров) в силу абз. 2 п. 5 ст. 358.17 ГК РФ должны применяться правила п. 3 ст. 336 ГК РФ о распространении залога на плоды, продукцию и доходы от заложенного имущества. По поводу залога долей такое регулирование отсутствует, поэтому предлагается применять это правило по аналогии.
Так как залог акций был частично рассмотрен ранее, то подробнее остановимся на залоге векселей, положения о котором в течение долгого времени нарабатывались судебной практикой287.
Залог документарных ценных бумаг по общему правилу действует с момента их передачи во владение залогодержателя. Вексель может передаваться в залог двумя разными способами, указанными в п. 32 постановления Пленума ВС РФ № 33, Пленума ВАС РФ № 14 от 4 декабря 2000 г. «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей». Можно заложить вексель с помощью залогового индоссамента288, а можно как простую вещь с бланковым или именным индоссаментом289. Во втором типе залога векселей для третьих лиц не было возможности узнать о заключенном договоре залога, поэтому практика признала такого залогодержателя собственником во внешних отношениях. При этом в случае исполнения основного обязательства в силу п. 2 ст. 352 ГК РФ залогодержатель должен вернуть вексель залогодателю.
На настоящий момент договором залога может быть предусмотрено осуществление залогодержателем всех прав из ценной бумаги или всех прав, за исключением права на получение дохода (п. 1 ст. 358.17 ГК РФ). Также решен вопрос о том, какой именно доход может получать залогодержатель. В него включены «денежные суммы, полученные от погашения заложенной ценной бумаги, денежные суммы, полученные от выпустившего ценную бумагу лица в связи с ее приобретением указанным лицом, или денежные суммы, полученные в связи с ее приобретением третьим лицом помимо воли владельца заложенной ценной бумаги» (п. 4 ст. 358.17 ГК РФ).
В итоге можно сказать, что в целом реформа залогового права в отношении урегулирования отдельных видов залога прошла успешно.
Она закрыла большое количество законодательных лакун, которыми пользовались недобросовестные участники оборота, а также дала новую почву для развития современных гражданско-правовых отношений.
Безусловно, такая урегулированность положительно скажется на отношениях между участниками гражданско-правового оборота и даст им большую определенность.
О.С. Киселева
Момент заключения консенсуального договора: российский подход в сравнительно-правовой перспективе
Сегодня консенсус (согласие) является важнейшим элементом формирования договора. В большинстве случаев договор возникает в момент достижения согласия без необходимости соблюдения каких‐либо формальностей (консенсуальный договор). В рамках широко признанной модели заключения договора «оферта-акцепт» согласие считается достигнутым в момент вступления в силу акцепта оферты.
Отдельные правопорядки и международные акты предлагают свои решения по вопросу определения такого момента. Существует целый ряд теорий, каждая из которых фиксирует определенный момент в процессе движения акцепта от акцептанта до оферента и связывает с ним вступление акцепта в силу. Указанные выше решения основываются на применении одной из таких теорий или их комбинации в зависимости от формы акцепта, необходимости сообщения об акцепте оференту.
Исходя из анализа решений, предлагаемых иностранными актами и некоторыми развитыми правопорядками, и их сравнения с российским подходом, в статье демонстрируется, что к некоторым вопросам, касающимся момента вступления в силу акцепта, российский правопорядок подходит недостаточно дифференцированно. В частности, если международные акты ставят момент вступления в силу акцепта в зависимость от его формы, то российский подход распространяет на акцепт любой формы единое правило о вступлении его в силу.
O. Kiseleva
The Time of Conclusion of the Consensual Contract under Russian Law in Comparative Perspective
Consensus is an essential element of contract formation. As a rule, a contract is made at the moment when consensus is reached, and there are no formalities to be complied with (consensual contract). Within the widely applicable “offer-acceptance” model, consensus is considered to be reached when acceptance becomes effective. Certain jurisdictions and international instruments propose their own decisions on the determination of this moment. There is a variety of theories, and each of them choses a certain moment in the process of communication of acceptance from an offeree to an offeror as the moment when acceptance becomes effective. Each of the above mentioned decisions is based on one of these theories, or on a combination thereof, depending on form of acceptance and on whether notification of the offeror is considered to be necessary.
Upon the analysis of the decisions proposed by international instruments and some leading national jurisdictions, as well as their juxtaposition with the Russian approach, this article demonstrates that in Russia the rules, which determine the moment when acceptance becomes effective are not always as differentiated as necessary. In particular, unlike the international instruments under consideration the Russian approach does not differentiate this moment depending on form of acceptance.
Статья посвящена анализу особенностей подхода отечественного правопорядка к определению момента заключения консенсуального договора через призму регулирования, предлагаемого развитыми иностранными правопорядками и международными актами290.
Прежде чем перейти к рассмотрению указанной темы, стоит рассмотреть несколько моментов, важных для понимания подходов к определению момента заключения договора в целом.
По моменту заключения договоры традиционно делят на консенсуальные и реальные291. Консенсуальным является договор, который признается заключенным с момента достижения сторонами соглашения (консенсуса). Сегодня модель консенсуального договора является наиболее востребованной в имущественном обороте, во многих правопорядках признается как единственная292. Реальными признаются договоры, которые считаются заключенными с момента передачи имущества293.
Российскому праву известно деление договоров на консенсуальные и реальные, но легальная презумпция установлена в пользу кон-сенсуальных договоров: любой договор, если иное не предусмотрено законом, будет считаться консенсуальным294. Сегодня в отечественном праве кризис реальной модели договора, активна критика деления договоров на консенсуальные и реальные295. Тем не менее указанное деление до сих пор сохраняет свое значение, хотя бы потому, что, во‐первых, содержательно указанное деление закреплено в гражданском законодательстве (см. п. 1 и п. 2 ст. 433 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ)296); во‐вторых, законодатель использует данное деление для конструирования отдельных видов договоров в целях достижения социальнозначимых целей; в‐третьих, суды активно оперируют данными категориями в целях разрешения споров, связанных с заключением договора297. Может быть, с теоретических позиций оснований для сохранения указанного деления нет, но для законодателя и правоприменителя сохранение такого деления на данный момент как минимум удобно.
287
Информационное письмо Президиума ВАС РФ от 25 июля 1997 г. № 18 «Обзор практики разрешения споров, связанных с использованием векселя в хозяйственном обороте»; постановление Пленума ВС РФ № 3, Пленума ВАС РФ № 1 от 5 февраля 1998 г. «О некоторых вопросах применения Федерального закона «О переводном и простом векселе»»; постановление Пленума ВС РФ № 33, Пленума ВАС РФ от 4 декабря 2000 г. № 14 «О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей»; информационное письмо Президиума ВАС РФ от 21 января 2002 г. № 67 «Обзор практики разрешения споров, связанных с применением норм о договоре о залоге и иных обеспечительных сделках с ценными бумагами» (далее – Информационное письмо № 67).
288
Статья 19 постановления ЦИК СССР и СНК СССР от 7 августа 1937 г. № 104/1341 «О введении в действие Положения о переводном и простом векселе».
289
Аналогичная практика подтверждается в Информационном письме № 67.
290
Под международными актами в рамках настоящей статьи понимаются следующие акты: Конвенция Организации Объединенных Наций о договорах международной купли-продажи товаров (далее – Венская конвенция) (United Nations Convention on Contracts for the International Sale of Goods, Vie
291
Тузов Д.О. Заметки о консенсуальных и реальных договорах // Сб. науч. ст. в честь 60‐летия Е. А. Крашенинникова. Ярославль, 2011. С. 97; Хаскельберг Б.Л., Ровный В.В. Консенсуальные и реальные договоры в гражданском праве. 2‐е изд., испр. М., 2004. С. 22.
292
Кучер А.Н. Теория и практика преддоговорного этапа: юридический аспект. М., 2005. С. 180; Пункт 39 Примечаний IV к ст. II-4:101 DCFR (P. 297).
293
Передача вещи в реальном договоре всегда производит обязательственно-правовой эффект. (См.: Хаскельберг Б.Л., Ровный В.В. Указ. соч. С. 96–98). В случаях, когда передача вещи опосредует переход права собственности, она может производить вещный эффект, что является предметом рассмотрения многих представителей иностранной доктрины, оставляющих в стороне вопрос о возникновении обязательственного эффекта. (См.: Ваке А. Приобретение права собственности покупателем в силу простого соглашения или лишь вследствие передачи вещи? О расхождении путей рецепции и его возможном преодолении / Пер. с итал. Д.О. Тузова // Цивилистические исследования. Вып. 1. М., 2004. С. 133–140; Van Vilet L. The Transfer of Moveables in Scotland and England // Edinburgh Law Review. Vol. 12. Iss. 2. P. 173–199; Sagaert V. Consensual versus delivery systems in European Private Law – Consensus about Tradition? // Rules for the Transfer of Movables: A Candidate for European Harmonisation of National Reforms. European Legal Studies. Vol. 6 / Ed. by W. Faber, B. Lurger. Munich: Sellier. European Law Publishers, 2008. P. 9–10, 29).
294
Брагинский М.И., Витрянский В.В. Договорное право. Книга первая: Общие положения. 2‐е изд., испр. М., 1999 // СПС «КонсультантПлюс»; Хаскельберг Б.Л., Ровный В.В. Указ. соч. С. 17.
295
Тузов Д.О. Указ. соч. С. 107–108.
296
Гражданский кодекс Российской Федерации (часть первая) от 30 ноября 1994 г. № 51‐ФЗ (с изм. и доп. от 31.12.2014 г. № 499‐ФЗ) // Российская газета. 08.12.1994. № 238–239 // СПС «КонсультантПлюс».
297
Определение Верховного Суда РФ от 22 августа 2003 г. № 4‐В03-24; Определение ВАС РФ от 23 августа 2011 г. № ВАС-10865/11 по делу № А42-8504/2010; Определение Верховного Суда РФ от 22 ноября 2011 г. № 5‐В11-106; решения Арбитражного суда Челябинской области от 27 января 2015 г. по делу № А76-3688/2014; от 4 февраля 2015 г. по делу № А76-3689/2014; решение Ленинского районного суда г. Владивостока от 26 августа 2010 г. по делу № 2-4949/10.