Добавить в цитаты Настройки чтения

Страница 120 из 365



— Хоть мы вчера с ними, — он показал на Жюля и Джона, — как следует, посидели, выпили, но мистер Бенджамин-Вулф поднялся рано утром, и я вместе с ним. Так что кольцо там, где ему положено быть.

Марта, что сидела в первом ряду, качнула носком туфли: «Может, стоило брачный контракт подписать? Хотя по завещанию Тедди все отходит его детям, если они появятся. Мораг просто содержание назначается, и все. Тысяча фунтов в год, ей хватит. А если он умрет бездетным, — Марта невольно перекрестилась, — то все деньги я получаю. Господи, да о чем это я? — она шепнула Мадлен:

— Ты сходи, милая, посмотри, как там девочки и Мартин. Может, кому-то в умывальную надо. Лучше это сейчас сделать, до начала церемонии.

Тедди стоял перед алтарем — он был высокий, мощный, в отлично сшитом, бежевом сюртуке. Марта, вздохнув, велела себе: «Будешь писать, приезжать…Он хороший мальчик, он не обидит Мораг».

— Все в порядке, — тихо сказала Мадлен, вернувшись на свое место. «Мэри такая красивая в этом зеленом шелке, к ее глазам очень идет. Там уже кареты подъехали, тетя Марта».

Органист заиграл марш Генделя. Мадлен, вставая, поймала взгляд мужа — Джон подмигнул ей. Женщина покраснела: «Поедем в Саутенд и будем по берегу гулять. Девочки по воде пошлепают, маленький на солнце посидит. Жюль с Элизой после свадебного обеда в Оксфордшир отправляются. Хотели в Озерный край, но у них всего две недели отпуска».

— Вот и невесты, — услышала она голос Марты. Повернувшись, Мадлен ахнула: «Как в сказке!»

Девушки шли по проходу — белокурая и черноволосая, обе стройные, тонкие, окутанные кружевами. Вероника и Джоанна осторожно несли шлейфы. Мартин, в бархатном костюме пажа, гордо держал перед собой подушечку для колец.

— Какая она красивая, — Майкл, стоя рядом с Тедди, любовался смуглым, чуть раскрасневшимся лицом Мэри. Он почувствовал тонкий аромат цветов. Мэри, приняв букеты невест, едва слышно шепнула ему: «Ты знаешь, что шаферу и подружке положено танцевать?»

— Конечно, — Майкл улыбнулся, — я первый к тебе подойду, никому свою очередь не отдам». Он похлопал Тедди по плечу и отступил: «Удачи тебе».

Питер встал рядом с женой и незаметно протянул ей шелковый платок. Марта вытерла глаза и, пожав ему руку, тихо сказала: «Спасибо, милый. Господи, могла ли я подумать, и сын, и дочь, в одной церкви, в один день…».

Жюль опустил глаза и увидел ее белую, маленькую руку. Он вспомнил бесконечные, бретонские леса, худенького, коротко стриженого мальчишку, с которым они ловили рыбу, и спали под одной курткой. Наклонившись к ее уху, юноша одними губами проговорил: «Я тебя люблю, мой Волчонок».

— И я тебя, месье маркиз, — розовые губы улыбнулись. Элиза пожала ему пальцы и священник, откашлявшись, начал:

— Возлюбленные мои, мы собрались здесь перед лицом Господа и перед лицом прихожан, чтобы соединить этих людей священным обрядом супружества.

— Я прошу и требую от вас, как в страшный день суда, когда все тайны сердца будут открыты: если кому-либо известны препятствия, из-за которых вы не можете сочетаться законным браком, то чтобы вы признались нам. Нельзя сомневаться в том, что все, кто соединяется иначе, чем это дозволяет слово божье, богом не соединены и брак этот не считается законным.

В церкви наступила тишина. Тедди, глядя на белую, зардевшуюся щеку Мораг, мучительно, незаметно сжал руку в кулак. «Нельзя, нельзя, — велел он себе, — не будь таким, как твой отец, не смей! Ты виноват перед ней, ты ее соблазнил — теперь поступай, как человек чести».

Опустив голову, глядя на персидский ковер перед алтарем, Тедди приказал себе молчать.

Потом все случилось очень быстро. Тедди, взяв у Майкла золотое, с бриллиантом, кольцо, вздрогнул, услышав голос священника:

— Берешь ли ты, Теодор, эту женщину, Мораг, в свои законные жены? Будешь ли любить, утешать, почитать ее и жить с ней в болезни и здравии до конца своих дней, отказавшись от других? — спросил отец Адамс.

Тедди помолчал. Надевая Мораг кольцо, юноша ответил: «Да».

Он увидел, как торжествующе улыбаются ее алые губы. Отпустив ее руку, Тедди отвернулся: «Господи, прости меня. Я буду стараться, буду хорошим мужем…, Но я ее не люблю, совсем не люблю».

— Да, — нежным голоском проговорила Мораг. Тедди, почувствовал прикосновение ее теплых пальцев.



Он незаметно вздохнул: «Все будет хорошо».

Питер нежно погладил плечо жены: «Сейчас Элиза с Жюлем. Карету я заказал. Тедди с Мораг отсюда на Стрэнд поедут, в отель. Там все приготовлено, я лучший номер снял, не волнуйся».

Марта взяла платок у Мадлен: «Мой уже мокрый. Господи, только бы они были счастливы…».

Звучала музыка, пары шли по проходу, Вероника и Джоанна разбрасывали перед ними лепестки белых роз.

Марта взглянула на сына. Кивнув ему, улыбнувшись, она взяла мужа под руку. «Пойдемте, — весело сказала женщина, — раз мы с тобой, Мадлен, без детей сегодня — хоть потанцуем вволю».

Но все время, пока она, принимая поздравления, шла к выходу из церкви, пока Жюль и Элиза, смеясь, пробегали под скрещенными шпагами, пока процессия возвращалась в усадьбу Кроу, где у входа в шатер уже стояли слуги с бокалами шампанского — Марта вспоминала мимолетную тоску в лазоревых, красивых глазах Тедди.

— Так бывает, — твердо сказала себе она, заходя в шатер, где уже были накрыты закуски. «Они просто давно не виделись и должны привыкнуть друг к другу».

Майкл подошел к отцу и указал на центральный стол: «Садитесь, вы оба! И отдыхайте. Мы с его светлостью, — он подмигнул Джону, — шаферы, нам и распоряжаться свадебным обедом. Я буду говорить о том, как Тедди учился в Кембридже…»

— Лучше не надо, — добродушно предупредил его Тедди. Майкл, усмехнувшись, продолжил: «А его светлость вспомнит, как Жюль и его жена познакомились. Там, кажется, кто-то в кого-то стрелял».

— Вовсе нет, — Элиза и Жюль, так и держась за руки, рассмеялись. «Я просто сказала, что он промахивается, и предложила его поучить, — Элиза покраснела.

— Господи, какая же я счастливая, — вздохнула девушка. «Жаль только, что мы редко видеться будем. Ничего, сейчас в Оксфордшире поохотимся, порыбачим, покатаемся на лодке…, И хорошо, что мы не в замок едем, а в охотничий дом — там совсем уединенно».

Мораг ничего не слышала — она сидела, рассматривая свой бриллиант: «Миссис Бенджамин-Вулф. Я знала, знала, что добьюсь своего. У Элизы совсем простое кольцо, мне бы стыдно было такое носить, тем более она теперь маркиза. И вообще, — Мораг незаметно посмотрела на девушку, — она некрасивая, конечно. До сих пор, как мальчишка. Пусть забирает своего драгоценного Жюля, — Мораг по-хозяйски взяла руку мужа: «Я тебя люблю, дорогой. Не забудь, мы открываем танцы».

— Мы, и Элиза с Жюлем, — поправил ее Тедди и залпом выпил полный бокал шампанского.

Мадлен сидела, подставив лицо нежному, утреннему солнцу. Девчонки, в простых, холщовых платьицах бегали друг за другом по мелкой воде, Джон-младший копошился на расстеленной шали, пересыпая пухлыми ладошками белый песок.

Мальчик подполз к матери, и, положив светловолосую голову ей на колени, сладко зевнул.

Мадлен покачала его и тихо спросила: «Месяц еще, да?»

— Чуть больше, — Джон смотрел на головы дочерей. Русые волосы Вероники отливали золотом, за спиной Джоанны развевались льняные локоны.

— В августе уеду, — он устроил жену и сына у себя в руках. «Опять в Австрию. Но к Рождеству я постараюсь вернуться. Ты не скучай, осенью переезжай в город. Там миссис Марта, ее семья — все веселее будет».

— Постараюсь, — Мадлен вздохнула и положила ему голову на плечо. «Как ты думаешь, — она перебирала пальцы мужа, — когда дома…, во Франции — все закончится? Когда Жюль с Элизой туда вернутся?»

Джон взглянул на блестящую, бесконечную гладь Северного моря. Девочки брызгали друг на друга водой. «Не скоро, милая, врать не буду, — наконец, вздохнул он. «В следующем году мы подпишем мирный договор, хотя бы ненадолго, и сможем съездить в Париж. Девочкам там понравится».