Страница 62 из 102
- До Женьки сейчас не достучаться, – усмехнулся Димка. – Поглощает информацию, как губка.
- Снова просила коллайдер?
Димка кивнул.
- Что ж, пойдём взглянем, что там в мире творится, – Целтин зашаркал из предбанника, будто вмиг позабыв о госте.
Гнус, по традиции, скрючился в кресле у окна – видимо, такая поза была для него наиболее удобной, – грустно созерцал недра мятой сигаретной пачки, ругался про себя, бестактно шевеля губами. Суета внутри помещения его ничуть не волновала – к этому Димка уже привык, так что заострять внимание на дружбане посчитал излишним.
Женя уже набухла за столом у монитора, обхватила себя руками за плечи, приготовилась внимать. К ней медленным шагом приближался Целтин. На ходу вынул из кармана пачку сигарет, перевернул, стукнул по ладони. Кроме изрядной порции табака из пачки ничего не вывалилось.
Гнус в своём углу погрустнел вдвойне.
«Большой адронный коллайдер, сокращённо БАК – ускоритель заряженных частиц на встречных пучках, предназначенный для разгона протонов и тяжёлых ионов, и изучения продуктов их соударений, с целью разгадать загадку происхождения Вселенной, снова функционирует на полную мощь! – Диктор сделал паузу, видимо, стараясь придать озвученной фразе дополнительный вес. – Напомним, что с две тысячи пятнадцатого года БАК тестировался на малых скоростях, набирая статистику на энергии тринадцать-четырнадцать тераэлектронвольт. Чего и говорить, подобная тестовая мощность, каких-то лет десять-пятнадцать назад казалась запредельной, а эксперимент две тысячи третьего года по разгону коллайдера до мощности двенадцать тераэлектронвольт и вовсе окончился неудачей – в результате перегрузки на энергоподстанции, Женева оказалась полностью обесточена на шесть часов»...
- Проговорился, – хмыкнула Женя.
- Им нужно было на что-то свалить, – пожал плечами Димка. – Молчание бы только повлекло неудобные вопросы.
Женя кивнула, не удостоив Димку даже мимолётным взглядом.
«Стоить отметить, что после аварии на БАК, мнения специалистов разделились: скептики посчитали дальнейшие опыты по разгону частиц не только нецелесообразными, но и опасными для всего человечества. Высказывались мнения, будто бы высокая энергия тяжёлых ядер может привести к термоядерному взрыву, сравнимому по своей мощности с десятком хиросим – и то в лучшем случае. В худшем же, предсказывалось появление на глубине чёрной дыры, которая мгновенно бы коллапсировала, уничтожив добрую часть Солнечной системы, включая Землю. В последнем случае, у человечества просто бы не было шансов на спасение», – вновь последовала пауза, показывая, насколько всё серьёзно и страшно.
Дальше всё попёрло по предсказуемому сценарию, вызвав на лице Целтина улыбку. Димка тоже улыбнулся, отметив про себя, что теперь Целтин смотрит новости, как занимательное шоу, больше не нервничает, не стучит перевёрнутой пачкой по ладони.
«Не смотря на множество противоречий и ярых споров, БАКу дали второй шанс, и он им незамедлительно воспользовался! Совершенное оборудование, грамотные специалисты, последние достижения в области квантового программирования – всё это, да и многое другое воскресило БАК, подобно легендарной птице Феникс, из пепла иллюзий! Будущее человеческой цивилизации больше не предрешено. Эксперименты, направленные на поиски истины, и того луча света, который ниспослал нам Господь Бог, дабы мы пошли за ним, продолжатся уже в следующем году! Запланированной остановки БАК на два года не будет. Модернизация каскадов предварительных ускорителей, а также проведение первой фазы апгрейда детекторов будут проводиться «на ходу», что, по заверению специалистов, никак не скажется на точности измерений. В перспективе, увеличение кольца БАК до ста километров, а энергии до двухсот электронвольт, что позволит ещё более качественно изучить поведение Хиггс-бозонов и «тэ»-кварка, а затем, в том же тоннеле модернизированного коллайдера, планируется выйти на номинал сто тераэлектронвольт».
- Они не остановятся, – вздохнула Женя. – Пока безумие не выползет на поверхность, они будут проводить свои эксперименты, надеясь отыскать несуществующую тропу к богу.
- А вы чего хотели? – проскрипел из своего угла Гнус. – Посмотрите вокруг. Мы живём в диком мире. О каком к чёрту боге, может идти речь?
- Гнус! – Димка покрутил пальцем у виска. – Уймись!
- А чего ты меня затыкаешь? И так понятно, что человечеству – каюк.
- Очень оптимистично, – вздохнул Целтин. – Женя, ты действительно веришь, что опыты на БАК приведут к катастрофе?
Женя, не задумываясь, кивнула.
Целтин призадумался.
- И как же всё произойдёт? – спросил он спустя непродолжительную паузу. – Ведь взрывом, как я понял, не ограничится...
- Они придут из-под земли, как и написано в Библии, – медленно проговорила Женя, глядя на замершую картинку на экране монитора. – Они захватят не только землю, но и небо, потому что, пройдя сквозь грань, обретут крылья. Они смогут нападать сверху и уносить. Реки окрасятся бордовым, потому что столько смертей земля ещё не знала. Наступит мор, а с небес спустится стальная саранча, чтобы уничтожить землю – так Он запутает следы, стерев всяческую твердь.
Все уставились на Женю, как на пророка, не смея проронить ни слова.
- Это вовсе не мои слова. Это уже было. За всю свою историю, человечество не раз и не два наступало на грабли, однако неизменно останавливалось, вовремя прозрев. Сейчас так уже вряд ли выйдет – современный индивид, большую часть сознательной жизни, слеп. Он не успеет среагировать, как всё уже закончится. Для большинства, это будет смерть во сне, смерть в забвении... Но только вдумайтесь: в небесный рай попадают лишь великомученики. Остальных тоже уносят крылья, только вот куда...
Женя умолкла, предоставив слушателям изрядную пищу для анализа.
- Жесть, – Гнус улыбался. – Отдайте меня в лапы одной из этих тварей. Я на полном серьёзе.
Все уставились на Гнуса, как на душевнобольного, и только один Димка знал, что Гнус вовсе не понтуется.
Целтин проснулся среди ночи. Сколько времени он не знал, да и не это было сейчас главным. Его обступила кромешная темень, как в могиле, а то и гуще. Квадрата окна – не различить, такое ощущение, мрак поселился всюду. Даже в груди. Целтин невольно сглотнул, чуть было не закашлялся. В горле пересохло, голосовые связки разве что только не скрипели, на манер несмазанных дверных петель. Почему-то сразу же вспомнилось Воротнее... калитка на входе, которая вовсе и не скрипела...
Целтин поднялся с неразобранной кушетки, путаясь в полах халата, побрёл в неизвестном направлении, стараясь совершать как можно меньше звуков. Напоровшись на что-то дребезжащее, замер, силясь разобраться в пространстве. Только сейчас, балансируя на одном месте, он понял, что не испытывает нужды, а поднялся и принялся рыскать во тьме в поисках уборной зря. Совершенно сбитый с толку противоречивыми мыслями, Целтин попытался отыскать обратный путь, что было глупо и несуразно. В темноте нет ориентиров, а значит и обратного пути не существует.
«Потому и не возвращаются умершие; они, как и я сейчас, сбиты с толку, дезориентированы, возможно, и вовсе обездвижены неким гравитационным взаимодействием, дабы не сдвинуться, нарушив при этом логику и порядок реальности, которой они больше не принадлежат».
Целтин почувствовал озноб. Снова вспомнилась калитка, отделившая в душе действительность от потустороннего мрака. Собственно, и проснулся он поэтому – увидев во сне картинку, за которой по традиции ничего не было. Целтин не мог сказать, как давно это началось... С момента появления в его жизни Сони или и того раньше. Видел ли он сны, когда был ещё ребёнком или, может быть, его сознание ещё изначально было сотворено именно таким: способным отфильтровывать ненужную информацию, включая сны, которые, по своей природе, являлись ни чем иным, как отголосками безумия. С какой целью задумывался он сам, Целтин тоже не знал, но в случайности он не верил. Вселенная вовсе не продукт колоссального стечения непредвиденных обстоятельств. Всё было задумано так, как есть, а в колоссальном механизме важна роль каждой шестерёнки. Так, случайный укус мошки на лесной тропинке, в дальнейшем может вылиться в гибель индивида под колёсами несущегося по загородному шоссе автомобиля, с которым он бы даже не повстречался, не будь треклятого насекомого. Гибель индивида повлечёт за собой новые последствия и так, шаг за шагом, дойдём до адронного коллайдера, способного уничтожить не только всё живое, но и невидимое глазу, неосязаемое, фундаментальное, что испокон веков сдерживало наступление бездны.