Лежа со львами

Эта мысль будет придавать ей силы во время трудного перехода. Джейн смутно помнила, что условия жизни в отеле "Динс" в Пешаваре показались ей невероятно примитивными, но теперь трудно было понять, что именно казалось ей таким плохим. Неужели она и впрямь могла жаловаться, что кондиционер работает слишком шумно? Но ведь там, подумать только, был настоящий душ!

- Цивилизация, - произнесла она вслух, и Фара вопросительно взглянула на нее. Джейн, улыбнувшись, объяснила на дари:

- Я счастлива, что возвращаюсь в большой город.

- Мне нравится большой город, - ответила Фара. - Я однажды побывала в Рохе. - Она продолжала мести пол. - Мой брат уехал в Джелалабад, - добавила она с оттенком зависти.

- Когда он вернется? - спросила Джейн, но Фара вдруг будто оглохла и пришла в замешательство, и через мгновение Джейн поняла, почему: со двора донеслось посвистывание и мужские шаги, затем стук в дверь, и голос Эллиса произнес: "Есть кто-нибудь дома?"

- Входи! - крикнула Джейн, и он вошел, хромая. Утратив к нему былой романтический интерес, она беспокоилась о его ране. Он оставался в Астане до полного выздоровления. Наверно, он вернулся сегодня.

- Как ты себя чувствуешь? - спросила она.

- Как дурак, - ответил он с грустноватой усмешкой. - Это не очень достойное место для огнестрельной раны.

- Если тебя беспокоит лишь отсутствие достоинства, значит, дело идет на поправку.

Он кивнул.

- Доктор дома?

- Он ушел в Скабун, - ответила Джейн. - Там был налет и сильная бомбежка, и его вызвали. Я могу чем-нибудь помочь?

- Я просто хотел сообщить, что период выздоровления у меня закончился. - Он вернется сегодня вечером или завтра утром. - Джейн приглядывалась к внешности Эллиса, с гривой белокурых волос и курчавой золотистой бородой он походил на льва. - Почему ты не подстрижешь волосы?

- Партизаны велели мне отращивать волосы и не бриться.

- Они всем это говорят. Чтобы европейцы не так выделялись. В твоем случае эффект прямо противоположный.

- Я буду выделяться в этой стране независимо от того, какая у меня прическа.

- Это верно. - Джейн вдруг подумала, что впервые говорит с Эллисом в отсутствие Жан-Пьера. Они быстро возобновили прежний, привычный им стиль разговора. Теперь было трудно вспомнить, как ужасно она на него злилась.

Он с любопытством посмотрел, как она укладывала вещи.

- А это зачем?

- Мы отправляемся домой.

- Каким способом?

- Пойдем с колонной - так же, как и пришли сюда.

- Русские за прошедшие несколько дней захватили большую территорию, сказал Эллис. - Разве ты не знаешь?

Джейн похолодела.

- О чем ты?

- Русские начали обычное летнее наступление и продвинулись вперед, захватив большие участки территории, по которым идут колонны.

- Ты хочешь сказать, что дорога в Пакистан закрыта?

- Обычная дорога закрыта. Отсюда больше нельзя дойти до Хайберского перевала. Но могут быть и другие пути.

Джейн почувствовала, как ее надежды на возвращение домой ослабевают.

- Но никто мне этого не говорил! - сердито заметила она. - Наверное, Жан-Пьер и сам этого не знал. Я почти все время был с Масудом и знаю все последние новости.

- Да, - согласилась Джейн, не глядя на него. Возможно, Жан-Пьер действительно не знает. Или, может, знает, но не сообщает ей, потому что все равно не собирается возвращаться в Европу. Как бы то ни было, она не собирается смириться с этим. Во-первых, она проверит, прав ли Эллис. Затем постарается найти какой-нибудь выход.

Она подошла к сундуку Жан-Пьера и вытащила оттуда карты Афганистана, изданные в Америке. Карты были свернуты в рулон и скреплены резинкой. В нетерпении Джейн разорвала резинку и бросила карты на пол. И тут же подумала: это, наверное, единственная резинка в радиусе сотни миль отсюда.

- Спокойно, - приказала она себе.

Опустившись на колени, Джейн начала перебирать карты. Это были крупномасштабные карты, поэтому, чтобы увидеть всю территорию, лежащую между долиной и Хайберским перевалом, ей пришлось соединить несколько карт. Эллис взглянул ей через плечо:

- Какие хорошие карты! - сказал он. - Где ты их взяла?

- Жан-Пьер привез их из Парижа.

- Они лучше, чем у Масуда.

- Я знаю. Мохаммед всегда пользуется этими картами, намечая маршрут для колонн. Ну, хорошо, покажи мне, как далеко продвинулись русские.

Эллис, опустившись на ковер рядом с ней, пальцем обозначил на карте линию фронта.

Джейн почувствовала, как надежда вновь возвращается к ней.

- Но ведь непохоже, чтобы Хайберский перевал был совсем отрезан, сказала она. - Почему нельзя пройти вот здесь? - она провела воображаемую линию по карте чуть севернее линии фронта русских. - Я не знаю, есть ли там вообще дорога, - ответил Эллис. - Может, местность там вообще непроходимая надо выяснить у партизан. Но дело еще вот в чем - данные Масуда всегда получаются с опозданием на один-два дня, а русские не остановили своего продвижения вперед. Какая-нибудь долина или перевал сегодня еще свободны, а завтра могут быть закрыты.

- Проклятие! - Но она не собиралась сдаваться. Наклонившись над картой, она стала разглядывать пограничную зону. - Посмотри, ведь Хайберский перевал - не единственный путь на ту сторону.

- Вдоль всей линии границы протекает река по середине долины, причем горы - на афганской стороне. Возможно, к другим перевалам можно приблизиться только с юга, то есть с территории, занятой русскими.

- Нет смысла строить пустые предположения, - сказала Джейн. Собрав карты, она снова свернула их в трубку. - Кто-то ведь должен знать это в точности.

- Да, наверное.

Она поднялась с колен.

- Наверняка из этой проклятой страны есть и другие пути, - сказала она и, зажав карты под мышкой, вышла из дома, оставив Эллиса сидящим на ковре.

Женщины и дети вернулись из пещер, и деревня ожила. Над дворами потянулись дымки от костров, на которых готовили пищу. Перед мечетью пятеро детей сидели в кружок, играя в игру, называемую почему-то "дыня". Это была игра в истории, где рассказчик останавливался, не закончив повествования, а следующий должен был продолжать прерванную историю. Джейн узнала в кружке Мусу, сына Мохаммеда. На поясе у него висел довольно зловещий нож, подаренный ему отцом после того случая с миной. Муса был рассказчиком. Джейн услыхала: