Страница 42 из 124
Оскар II (тоже король Швеции, но в более поздние времена), Фридрих II (король Пруссии) в своих литературных исследованиях отзываются о Карле ХII, как о славном рыцаре и великолепном рубаке, воспитанным на примере Александра Македонского, поданном Квинтом Курцием. Фридрих, в частности замечает: "Хитрость побивает силу, а искусство храбрость. Голова полководца, в счастливых или несчастливых компаниях, имеет большее участие, нежели руки его воинов". Подражание Александру у Карла было, видимо, лишь внешним. Здесь не было соответствия силы Божьего проведения, - руководящего начала государственной воли, стратегической мудрости, - с исторической судьбой.
Русское войско в обычной свое манере драпало от шведов аж до Полтавы. Только упершись спиной в ее укрепления, 9 июля 1709 года русские солдаты дали решающее сражение. Карл в том бою практически не участвовал - накануне он был ранен пулей в пятку - вели сражение его штатные полководцы. Петр же принимал в сражении самое активное участие. По численности войска и количеству пушек у русских было явное преимущество - но не было опыта серьезных побед, железного умения стоять насмерть. Но воинское счастье, чудо в этот раз было на стороне Петра - шведы были разбиты наголову. Карл бежал в Турцию, где долечивал свои раны и душевную боль.
Божий лик отвернулся от короля - масштабность его дальнейших побед оставалась на уровне действий славного кавалерийского генерала. Оскар II пишет: "Величайшая слава Карла ХII заключается в том, что он исключительно для пользы страны, но отнюдь не для себя лично, пользовался своею властью".
Вечером 30 ноября 1718 года в траншеях во время штурма редута Гюльденлеве Карл Великий был убит шальной пулей в голову. Трагический выстрел под Фредериксгальдом был закономерным финалом военного крушения маленькой Швеции в борьбе с громадным русским медведем. Однако нельзя не заметить рокового действия исторической интриги, затеянной Карлом - королем маленькой и не очень богатой Швеции. Исходом было политическое безумие и крах военного и экономического благополучия. Оракул петербургский действовал в пользу Петра, но не Карла - русские, видимо, чем-то отмолили прощение у Бога.
Наибольшим трагизмом для памяти короля было, вероятно, то постыдное бегство войска, поспешный дележ полковых денежных касс воинскими начальниками, которое началось как только распространилась весть о смерти Карла ХII. Бесспорно, вся Швеция к тому времени была страшно утомлена и истощена. В грядущих столетиях эта нация прославится новыми уникальными качествами - умением подчинять жизнь государства интересам людей, а не глобальным авантюрам.
Огромное значение в подготовке решительной победы над шведами, завоевании "места под солнцем" принадлежит решению Петра Великого строить Санкт-Петербург, сперва, в качестве крупной крепости, затем, как столицы державы. 16 мая 1703 года в день Святой Троицы на Заячьем острове заложены первые крепостные укрепления. Так прорубалось "окно в Европу".
Было бы более точной оценкой иное - Петр I создавал персональный Оракул, открывающий путь претворению в жизнь политической мечты, экстраординарных планов. Оракул тот в скором времени будет наделен духовным, интеллектуальным и материальным ресурсом, позволившим вывести Россию в число передовых стран мира. Найди большевики силы унять страх и административный зуд, - не перенеси они поспешно столицу в древнюю азиатскую Москву, - все могло быть иначе. Кто знает, может быть научились бы они подпитывать партийный ум Оракулом петербургским. Тогда и Россия могла оставаться Великой державой.
Значение территорий, занимаемых ныне Санкт-Петербургом, хорошо понимали древние русичи. Позднее прихватили те земли новгородцы, создали здесь несколько поселений. Летописец Нестор говорит, что по Неве новгородские караваны ходили в Варяжское море, к Риму. Но в 1300 году на берега Невы приплыло большое шведское войско, возглавляемое маршалом Торкелем. По проекту итальянского архитектора была основана крепость Ландскрона (Венец-Края) на месте теперешней Александро-Невской лавры.
Новгородцы встревожились опасным соседством со шведами и призвали на помощь из Суздаля Великого князя, - шведское поселение было уничтожено. В 1348 году шведская флотилия под предводительством короля Магнуса нанесла ответный удар - разрушила русскую крепость Орешек. Остановившись на Березовом острове (Петербургская сторона), король послал гонцов в Новгород за "философами", дабы начать "препирательства о вере". Так началось длительное сосуществование шведских и русских поселений на берегах Невы, часто приводившее к военным столкновениям.
Петр, появившись в этих местах много позже, был очарован первозданной красотой: широченная Нева с отражением безупречно голубого неба, густой сосновый лес, обширное болото, яркая зелень в лучах весеннего и летнего солнца, свист соловьев, обилие лесной живности - все это создавало впечатление бескрайних просторов, суливших колоссальные перспективы. Петр, видимо, почувствовал свою причастность к возможному утверждению нового оракула - необычного, русского, контрастного тому горно-пещерному, греческому, вошедшему в его память по детским рассказам с загадочным именем - Дельфийский оракул.
Мистические символы встречались и здесь на каждом шагу: "вещая липа", под которой любил отдыхать молодой царь, наводила на плодотворные размышления; священные березовые рощи, в которых проводили местные крестьяне языческие таинства; дыхание болот; осенние разливы Невы и наводнения. Старожилы рассказывали, что в некоторых местах издавна существовали "скверные мольбища идольские", велось поклонение лесам, горам, рекам, приносились кровавые жертвы, совершались ритуальные убийства даже собственных детей.
Новгородский архиепископ Макарий прилагал большое старание, чтобы искоренить остатки язычества. Вот почему строительство Санкт-Петербурга начиналось с создания православных храмов.
Первые известия о строительстве Петербурга имеются в ведомостях 1703 года: "Его царское величество, по взятии Шлотбурга, в одной миле оттуда ближе к восточному морю, на острове новую и зело угодную крепость построить велел, в ней же есть шесть бастионов, где работали двадцать тысяч человек подкопщиков, и ту крепость на свое государское именование прозванием Петербургом обновити указал".