Страница 13 из 19
Ты сволочью не будь, людям зла не причиняй, дело свое хорошо делай, детей людьми вырасти – и будет тебе счастье. А в храм шляться…
Говорят, на дальних островах дикари есть. Пляшут себе под бубен вокруг пальмы, а чего пляшут, зачем? Шаман умный, он знает. А я дикарь, я глупый, мне незачем.
Вот и Тиана так же. Обряды выполняет, а леса за деревьями и не видит. Сердца не вкладывает, сути не ощущает. Зато на первой скамье сидеть норовит, всех поучает…
– Пока, дорогой, я пошла…
Тиана выскользнула за дверь, оставив Ивара лежать на кровати и глядеть в окно.
Тоже, что ли, встать да прогуляться? Коли растолкали на рассвете, так на рыбалку пройтись не грех. Лещик сейчас хорошо клюет, глядишь, десяток и надергает к обеду.
И сидя с удочкой в камышах, Ивар подумал, что вот он – Бог!
Сияет солнце на речной глади, ласково кружат по небу пушистые облачка, игриво щекочет шею легкий ветерок, шумят роскошные ивы, склоняясь к воде, вот так брызнет в глаза солнечный лучик. И ты поймешь, что Бог – это не дурацкая глиняная статуя в храме.
Бог – это ты и мир вокруг тебя. И что-то надмирное, потрясающее, что не выразишь сразу словами, но оно иногда чувствуется. Коснется своим крылом и уходит, оставляя внутреннее ощущение правильности происходящего.
Бог – это любовь.
А храм… что ходи туда, что не ходи, а любить там не научат. Хотя… если бы Ивар увидел сейчас свою супругу, он бы сильно в этом засомневался.
В каждом храме есть маленькие комнатки с крепкими засовами. Там могут жить жрецы, там может лежать добро, там…
В этой комнатке стояла большая кровать, и на кровати сейчас сплетались в объятиях два разгоряченных тела. Менялись позы и ритм, раздавались вскрики и стоны, но ни один из любовников не произнес ни слова, пока не раздался последний удовлетворенный вздох и не разомкнулись объятия.
Тиана отбросила назад волосы, посмотрела на лежащего рядом мужчину.
– Дин, ты был великолепен!
– Милая леди, а вы выглядите просто очаровательно.
– Как бы я хотела остаться с тобой на весь день…
– Тиа, милая, нельзя. Твой муж…
– Да что может понять этот тюфяк?! Он никогда и не подумает, что мы встречаемся.
Жрец оглядел растерзанную кровать и следы от ногтей на своих плечах.
Встречаемся. Ага. А Мировой океан – это симпатичная маленькая лужица, дело житейское.
– Если бы не ты, я бы с ума сошла с этим хомяком! Ну почему мы не можем быть вместе?
Впрочем, спрашивала Тиа больше по привычке, понимая, что жрец не может жениться на разведенной женщине под угрозой немедленного отлучения от кормушки. На вдове – может, а на разведенной – нет! Так несправедливо!
Вот если бы Ивар…
Надоевший муж отличался завидным здоровьем, так что Тиа могла только ставить свечки в храме. За укрепление оного.
А как получился роман со жрецом?
Чисто случайно, как и все в нашей жизни. Просто однажды ярость и отчаяние Тианы перехлестнули все границы. Ну надо же! Муж зарабатывает медяки, а на ее возмущенные крики, что хочется-то особняков в столице, балов, бриллиантов и прочего, да и ребенка надо обучать в элитном заведении, равнодушно отвечает: «это мишура» или «выучится, куда он денется? Нашим поместьем управлять, элита не нужна». А хочется-то большего!
Вот Тиа и сбегала помолиться в храм.
И однажды молодой жрец по имени Дин, утешая женщину, погладил ее по плечу. Поглаживание по плечу перешло в поглаживание по груди, потом Тиана ответила жрецу той же любезностью – и обеты слетели вместе с одеждой.
Любовникам оказалось очень удобно встречаться – мало ли кто и когда бегает на исповедь?
А уж из исповедальни прямая дорожка в маленькую комнату. Храм запереть, засов опустить – и исповедуйся, чадо. До самых глубин души.
Выворачивай все нижнее белье на глазах у жреца.
Хотя последнее время Тиана вообще перестала его надевать в храм, белье-то. А зачем?
Под длинным платьем не видно, а время на раздевание надо экономить. И так возбуждает…
– Тиа, милая, у вас сын.
– Он уже взрослый, скоро своих детей наплодит.
– Это не убедит настоятелей…
Тиана скуксилась, хотя другого ответа она и не ждала. Могут расторгнуть бесплодный брак – мол, нет благословения свыше. Ведь что такое благословение?
Это ребенок.
И чем больше детей, тем благословенней брак. Есть сын или дочь?
Брак-то расторгнуть можно, но намаешься…
В карих глазах вспыхнули похотливые искры.
– Дин, милый, но ведь у нас еще есть время?
Дин посмотрел еще раз на женщину.
Симпатичная, неглупая… но липучка! Ему скоро бы и жениться надо, но разве ж эта пакость даст?
Какую же ошибку он совершил, связавшись с этой девкой! А как ошибся ее муж!
Мысли эти никак не отразились на лице жреца, когда он завалил бабенку на кровать.
Женитьба будет еще не скоро, да и не на ком пока, так что ж и не попарить морковку? Сие дело богоугодное! Вот!
Аликс тряслась в дилижансе. Ей было очень-очень страшно.
Если муж ее найдет, ей не жить. Ее просто убьют. Медленно, жестоко, и даже Джин тут не поможет. Единственная надежда была на то, что сначала муж бросится к ее матери. Куда еще могла помчаться такая домашняя клушка, как она?
Только к родителям!
А ведь говорила Джин! Предупреждала!
Аликс еще фыркала, а теперь… Пришла беда, пришлось проситься в гости.
Итак!
Что она сделает, оказавшись у Джин?
Аликс в сотый раз проигрывала все свои действия.
Первое – подаст на развод. Продемонстрировать побои не выйдет, но жить с мужем она не будет. Развод и только развод. Это первое.
Второе – найти себе работу. Аликс отлично шила, вышивала, вязала. Может быть, она сможет этим зарабатывать? Наберет заказов, снимет квартиру, родит ребенка…
А Сэндер так и будет на это смотреть издали?
Аликс положила руку на живот, словно защищая его.
Нет. Никак не будет.
Если она хоть немного знает своего супруга, а она его знает, можете не сомневаться, ребра до сих пор пинки помнят, спокойно жить ей Сэндер не даст. Тем более с его ребенком. Будет мучить, сколько сможет, ему так даже приятнее будет. Будет требовать себе сына, и ведь… суд отдаст ребенка ему. Кто он – и кто она?
Аристократ, с деньгами, связями, знакомствами – и разведенная женщина, которая подрабатывает шитьем.
Хм-м…
А что ей тогда делать?
Только одно. Срочно выйти замуж и убедить всех, что ребенок от второго мужа. Но где найти мужа, и как всех убедить, если сейчас уже точно второй месяц. Скоро третий пойдет…
Очень захотелось застонать, но в дилижансе было слишком много народа.
Ничего, вот она доберется до Джин, и подруга обязательно что-нибудь придумает. Джинджер умненькая, она поможет, она обязательно найдет выход!
– Лесс, милый, позволь представить тебе мою компаньонку. Леди Нэйра Лидс.
Лесли Кон’Ронг покорно склонился к ручке компаньонки, при этом одаряя восторженным взглядом саму Джинджер. И было отчего.
Темно-зеленое платье благородного травянистого оттенка, которое надела в дорогу Джин, подчеркнуло прозрачность ее кожи, заставило зазеленеть глаза, а фигура у нее и так была выше всяких похвал. Лесс уже предвкушал, как познакомит эту очаровательную девушку с матерью.
Джин накинула на плечи шаль и надела шляпку.
– Леди Лидс…
– Лорд Кон’Ронг, рада нашему знакомству. Вы с Джинджер удивительно красивая пара.
Лесс расплылся в улыбке.
– Леди Лидс, вы позволите?
Небольшой саквояж перекочевал в его руки.
– Да, разумеется. Лесс, вы же поможете нам, правда?
Погружение в карету происходило на рассвете – так меньше соседей наблюдают за происходящим. Слуг Джинджер предусмотрительно отпустила, но вот снести багаж из своей комнаты не удосужилась. Лесс кивнул и отправился совершать подвиги во имя прекрасной дамы. Таскать, грузить и вдохновляться.