Страница 45 из 89
Красный Ручей
12 июня 2017 г., утро
Черный автомобиль остановился напротив «Золотой Подковы». Из салона вышла Соня Карамзина – медсестра больницы «Скорой помощи» города Благодатска.
– Можете заглушить мотор, – сказала она таксисту, с которым успела по дороге разговориться. – Хочу помянуть девушку со остальными.
Тот понимающе кивнул, и Соня вышла. Моросил мелкий неприятный дождь, а тёплый ветер, насвистывая, гулял по открытому пространству.
За домами на холме Соня увидела многочисленную толпу в чёрном одеянии. Пока медсестра поднималась к ним, они стояли молча, опустив глаза на угли догорающего костра. Они выглядели недвижимыми истуканами с острова Пасхи: те же каменные лица и сокрушенный вид. Столь масштабные поминки они проводили лишь единожды, когда поселок лишился чудесной половины населения из-за гриппа.
Первой нарушила молчание Роза Митчелл.
– Николь была такой душкой… Она дала бесценный совет, как превратить мои плюшки в райское объедение. Бедняжка, так страдала… мучилась у нас на глаза, – Роза расплакалась, поправляя черную шляпку, – а мы упустили её! Не сумели позаботиться о ней, как это сделала она, заботясь о нас. Отныне нет нам оправдания. Как дальше жить, когда на сердце неподъемный груз вины?
У Мучи подкашивались ноги. Она была крайне разбита. Непоправимая трагедия забрала себе молодость её души. Этим утром она почувствовала себя на свои прожитые восемьдесят девять лет. Чтобы не упасть, она подхватила за руку высокого грузного мужчину, с виду лет тридцати двух. Он имел грубые черты лица, узкие чёрные глаза и крупный, слегка кривой нос.
– Доченька моя… единственная, кто поверил, что мой Касим вернётся. Все вы попросту считали меня деревенской сумасшедшей. А ведь он вернулся! Моя родная дочка, я обрела и снова потеряла…
Горькие слезы брызнули из глаз Мучи. Участливый горю Касим в знак поддержки похлопал мать по руке. Она достала смятый носовой платок из кармана и закрыла им заплаканное лицо.
Каждый из присутствующих на холме припас доброе слово о луноликой девушке, не знающей пощады для себя.
– Она вдохновила меня следить за своей внешностью… – тихо сказал Мексиканец, опустив глаза. – Стал бы я выряжаться в рубашку или цеплять злосчастную удушку на шею? Ни за что! Николь, будто первый лучик солнца, осветила нашу мрачную поляну.
Данко зашмыгал носом.
– Друзья навеки, Николь… Мы друзья навеки…
– Она говорила, что моё барбекю в пору подавать королям! – улыбнулся Щавель.
Алан Джекинс лицезрел за всем происходящим с водопада. Он сидел на скале, с которой ещё недавно безумные влюбленные, держась за руки, спрыгнули вниз. В его душе поселились снедающая пустота и мрак. Ему оказалось теперь, он окончательно потерял себя, загубил свою неистлевающую энергию. Он возвёл печальные глаза к небу, и горькая слеза, какая бывает во время чистосердечия, сорвалась с длинных ресниц и покатилась по щеке.
– Прости, родная, – шепнул он, – я вёл себя, как набитый дурак! Ты таяла на моих глазах, как свеча, а я не видел. Проявлял напыщенную гордость, думал только о себе. Хотел причинить тебе ответную боль, равную той, что испытал я, когда ты оставила меня здесь одного совершать ошибку за ошибкой. Я бы сейчас отдал всё, чтобы спасти тебя… Вернуть… Чтобы сейчас ты бы сидела со мной…
Слезы потопом хлынули из глаз, и Алан уронил голову на колени. Мгновение, и он утер соленую влагу, снова поглядев на небо.
– Я бы хотел всё изменить, чтобы не было нелепых ссор и обид… Ты ведь так хотела этого! Хотела жить в согласии… Я всегда был скуп на тёплые слова и сердечные признания. Но ты и без них знала, как я сильно люблю тебя! Какой же я был идиот…
Он встал на ноги и закричал так громко, как только мог. Отчаянный крик исходил из глубин рыдающей души. Он спрыгнул вниз, в прохладу Бездонного залива. Теперь ничто не сумеет заглушить нестерпимую боль потери; никто не избавит от чувства вины и вопля раскаяния внутри… Всё напрасно.
Тем временем медсестра поднялась на холм и, откашливаясь, спросила:
– Как мне найти Мексиканца?
Стоящие в тесном кругу люди обернулись. Миниатюрная девушка вызвала интерес. С грозным видом из толпы вышел хозяин кабачка.
– Ну я Мексиканец. Что нужно?
– Николь Вернер просила передавать вам это.
Она протянула Мексиканцу запечатанный конверт. Все застыли в ожидании. Мексиканец пристрастно повертел его. На лицевой стороне отсутствовали подписи и адреса. Его сердце ёкнуло: Николь оставила ему послание! Нетерпеливо вскрыв конверт, он быстро пробежался глазами по строчкам письма. Ближе к концу содержания его сверкающие глаза наполнились слезами, и он протянул письмо сыну Мучи.
– Касим, прочти вслух.
Касим с выражением зачитал.
«Дорогие мои и любимые освободители Красного Ручья!
Спешу поздравить вас с победой, которую мы одержали благодаря вашему трепетному отношению к природе и к человечеству. Вы способны внести в мир склочных людей новый источник света и тепла. Так продолжайте в том же духе! В каждом из вас есть нечто уникальное; что-то такое, что сумеет превратить нашу обособленную планету в одну большую и крепкую семью. Я посчитала вас сумасшедшими, но на самом деле сумасшедшей оказалась я. Простите меня за эту ошибку. Я буду вечно приглядывать за вами одним глазком. А если разрешат, то сразу двумя! Так что советую не печалиться и насладиться Днем Освобождения. Ведь я обрела душевный покой и необъятное счастье.
P.s.: оставляю вам свой личный дневник, фотографии на водопаде и свою душу.
Навеки ваша, Николь Вернер.»
Люди растрогались. Спустя минуту Самуил Петрович сказал:
– Она была чистокровной венгеркой, но с великой русской душой!
Андерсен возвел глаза к небу. Его голос звучал трепетно.
– Это было откровение… Откровение Луны.
Настали минуты молчания. Дождь закончился, и проглянуло солнышко. Дуновение теплого ветра принесло облегчение в души измученных горожан. Казалось, Николь Вернер была с ними даже в эту нелегкую минуту прощания.
Автор: Елена Валентиновна Малахова
[1] Город, упомянутый автором в книге «Семь кругов адского рая».
[2] Главный персонаж книги автора «Семь кругов адского рая».
[3] Сумасшедший дом существовал с 1867 - 1998 гг., прославился ужасающими методами лечения, за 130 лет там погибло около 13 000 человек. На сегодняшний день имеет новое название, привлекает туристов в виду появления призраков в здании.
[4] Томас Майн Рид – автор романа «Всадник без головы», 1865 г.