Страница 10 из 98
— Если это случится, то обезопасить один маленький город будет недостаточно, — сказал Джаха, расхаживая по кабинету.
— Все, что мы людям расскажем здесь, подхватят везде, — Кейн поднялся и стал водить пальцем по карте Нью-Джерси, — в Милвилле и Вайнленде, да запросто, нас послушают. Потом Атлантик Сити, может… может даже Филадельфия.
— И даже этого будет мало, Маркус, — слегка повысив голос, возразил Джаха, — пока этот кошмар не захлестнул восточное побережье, нужно как-то суметь передать послание по всем городам.
— Мы не сможем, сенатор. Это уже выше наших возможностей, — запротестовал Кейн, — Вы просили спасти город, хорошо, это нам под силу. Но что вы предлагаете?
— Мы найдем толкового инженера, который смыслит в радиотехнике, найдем способ послать сигнал достаточно сильный, чтобы его было слышно на любом радио по всему побережью и расскажем всей стране, что происходит. Одновременно передадим все наши материалы в каждое свободное издание, какое только успеем. Когда АНБ за нами придет, все будет уже сделано.
— Но как же город, Телониус? Без нас они не справятся, — все еще шокированный заявлением Джахи произнес Кейн.
— Без меня, — улыбнувшись, сказал сенатор, — я постараюсь сделать так, чтобы к вам ничего не привело. И все получится. Но кроме этих доказательств нам не хватает одной важной вещи…
— Источника эпидемии, — закончил за него Кейн, — без этого не получится дать инструкцию по профилактике. Моя подруга работает в городской больнице, нужно связаться с ней.
Маркус достал телефон и открыл список контактов, когда тот зазвонил. Он с удивлением посмотрел на высветившийся номер.
— Эбби? — приложив телефон к уху спросил Кейн, — я как раз собирался…
— Приезжай в больницу, Маркус, — послышался голос из телефона, — и Джаху бери с собой. Не знаю, чем вы там с ним занимаетесь, но вам надо это увидеть.
***
— Доктор Гриффин, прошу вас, я не опасен, — вновь начал умолять Джим.
— Мы этого не знаем, Джим, прости, — уже безучастно сказала Эбби.
Поначалу ей было очень жаль охранника, из-за того, в какое положение тот попал, но теперь, когда он почти сутки твердил одно и то же, это скорее раздражало. Эбби понимала, что Джиму конец — у него появились и быстро начали развиваться такие же симптомы, как и у Майка Салливана, и они не знали, как с ними бороться, и ей было стыдно за такую реакцию. Она ведь даже не объяснила ему, насколько все плохо.
— Вы думаете, я наброшусь на вас, как тот парень из морга? — спросил Джим, — посмотрите, уже почти сутки прошли, я в порядке, у меня просто жар и нога болит, как проклятая, а вы пускаете ко мне людей в химзащите, как будто у меня сибирская язва!
— Прошу тебя, Джим, — Эбби подняла руку, — пока не выясним, что произошло нельзя ни в чем быть уверенным. Ты сам сказал, что с тобой все в порядке. Значит и беспокоиться не о чем. Полежишь так еще сутки, попьешь таблетки и все.
— Нет, хрень это все, — он развернулся и пошел вглубь герметичной палаты, в которой был заперт, — все-то вы знаете, просто пытаетесь меня наебать. Думаете, я это не понимаю, а?!
— Что ты хочешь услышать от меня, Джим? — устало спросила Эбби, потирая ладонью веки.
— Я просто… — он запнулся и на его глазах выступили слезы, — хочу понять, что происходит.
— Мы все хотим. И скоро во всем разберемся. Просто успокойся и отдыхай, большего я не прошу.
— Ну ладно, доктор, — хрипло произнес Джим, — сыграем пока по-вашему. Но как только я отсюда выйду, то жду от вас всей правды.
— Конечно, — кивнула Эбби и поспешила уйти в другое помещение. Она не могла сказать ему, что из этой палаты он никогда не выйдет, что он там умрет. Это было слишком.
В соседней палате, такой же герметичной, как и у Джима, на больничной койке лежало тело Мэй. Рядом, на столе, лежало то, что осталось от Майка Салливана. Пули, выпущенные по нему из пистолета, снесли часть черепа, понаделали дыр в туловище, из-за них развязались швы и его внутренности вывалились наружу, когда тот упал еще в морге. Заново зашивать его не стали, просто собрали все по мешкам и положили рядом. Эбби очень не хотелось допускать подобную дикость, но в то же время нужно было как можно скорее их изолировать.
— Эбби?
Она обернулась и увидела подошедших к ней Маркуса Кейна и Телониуса Джаху. Вид у обоих был усталый и встревоженный.
— Случайно услышала о вашем приезде от Уэллса, сенатор, — обратилась она к Джахе, — Ваш сын сказал, что вы пропадаете из дома, что-то пытаетесь выяснить.
— Доктор Гриффин, — начал Телониус, — мы бы не хотели…
Эбби, не дослушав, подхватила Кейна за руку и поманила за собой Джаху, подведя их прямо к огораживающей пленке. Они оба охнули, увидев представшую перед ними картину. К чести обоих, никого из них не замутило.
— Вы случайно не это расследуете? — Эбби постучала по пленке пальцем и скрестила руки на груди, — Потому что иначе вы заняты чем-то не тем.
Она проследила за реакцией Кейна и Джахи, и с тревогой отметила, что увиденное, даже без каких-либо пояснений, хоть и потрясло их, но совсем не удивило. Когда Эбби рассказала, как все было, то убедилась в этом окончательно. Теперь она ждала ответов, но оба они — сенатор и советник, продолжали смотреть на тела, что-то обдумывая.
— То есть Салливан умер, ты уверена? — подал голос Кейн.
— А сам как думаешь, Маркус? — возмутилась Эбби, — Конечно. Он был мертвее мертвых. Не могу поверить, что говорю это, но что-то его реанимировало.
— Это происходит повсюду, — тяжело произнес Джаха, — все стараются держать в тайне, но эпидемия разрослась до таких масштабов, что с каждым днем это все сложнее. Пять дней назад меня чуть не убили за то, что я пытался вести расследование, но теперь… мы с Маркусом хотим как-то обезопасить людей.
По телу Эбби пробежал холодок. Она представила, насколько спонтанно и быстро такая болезнь может распространяться. Представила, что на ее дочь в любой момент может напасть случайный прохожий, заразить ее, и она не сможет ей помочь. Ее сердце стремительно забилось, а дыхание перехватило.
— Эбби, нам нужно знать твое мнение о том, как вирус передается, — сказал Кейн.
— Либо через кровь, либо через слюну. Они… они кусают, — Эбби тряхнула головой, чтобы отогнать беспокойные мысли, — Сомневаюсь, что еще как-то, иначе симптомы проявились бы у других, но на всякий случай я изолировала и тела и, отдельно, охранника. Сюда бы вызвать людей из ЦКЗ.
— Думаю, они этим и так уже занимаются, — угрюмо заметил Джаха, — если только не разгребают собственное дерьмо.
— Мы не можем знать, Телониус, — сказал Кейн, — Их работа — оберегать людей от подобного, а не превращать в монстров.
— Маркус, вы слишком высокого о них мнения, — ответил ему сенатор, — Возможно, вы слишком высокого мнения о всем человечестве.
— Тогда что вы сами собрались делать? — спросила Эбби, — У вас есть какой-то план, вы же не просто так играли в детективов?
— Постараемся передать предупреждение, куда только дотянемся, — сказал Кейн и грустно посмотрел на нее, — А сами изолируем Бриджтон.
— Устроите карантин на весь город? — с сомнением произнесла Эбби.
— На весь штат, если получится, — сказал Джаха, — И начнем прямо отсюда.
По коридору послышался стук шагов: к ним кто-то бежал. В палату влетел Джексон, бегло осмотрел прибывших гостей, но не стал задавать лишних вопросов.
— Джим начал бредить, а потом отключился, — сказал он, тяжело дыша.
— Так скоро? — охнула Эбби, — У Майка эти симптомы проявились только через двое суток. Господи, нужно привязать его и еще раз сравнить их анамнез.
Она пошла навстречу Джексону, но тут тишину герметичной палаты нарушил сиплый, протяжный вздох. Все четверо обернулись и подошли к пленке вплотную. Они увидели, что Мэй, чье горло было разорвано, и она была мертвой со вчерашней ночи, открыла глаза и приподняла голову. Ее сузившиеся до крохотных точек зрачки лишь несколько секунд метались туда-сюда, после чего взгляд остановился на Эбби. Та от испуга отшатнулась и прижала ладонь ко рту. Она поняла, что у нее дрожат руки.