Страница 315 из 573
- Как вы можете доказать, что эти люди пришли после поединка?
- Совершенно неопровержимо: во время поединка дождь перестал, но земля не успела высохнуть, и следы ног ясно отпечатывались на влажной почве. Но после дуэли, когда господин де Гиш лежал без чувств, подсохло, и следы отпечатывались не так отчетливо.
От восхищения Людовик всплеснул руками.
- Господин даАртаньян, - сказал он, - вы поистине самый ловкий человек в королевстве.
- То же самое думал Ришелье и говорил Мазарини, государь.
- Теперь остается только проверить вашу проницательность.
- О государь, человеку свойственно ошибаться, - философски произнес мушкетер.
- В таком случае вы не человек, господин д'Артаньян, потому что, мне кажется, вы никогда не ошибаетесь.
- Ваше величество сказали, что мы это проверим.
- Да.
- Каким же образом?
- Я послал за господином де Маниканом, и господин де Маникан сейчас придет.
- Разве господин де Маникан знает тайну?
- У де Гиша нет тайн от господина де Маникана.
ДаАртаньян покачал головой.
- Повторяю, никто не присутствовал на поединке, и если только де Маникан не является одним из тех людей, которые вели графа...
- Тес! - прошептал король. - Вот он идет. Останьтесь здесь и слушайте.
- Хорошо, государь, - отвечал мушкетер.
В ту же минуту на пороге показались Маникан и де Сент-Эньян.
XXIV
ЗАСАДА
Король сделал знак мушкетеру, а затем де Сент-Эньяну.
Знак был повелительный, и смысл его был:
- Молчите, если дорожите жизнью.
ДаАртаньян, как солдат, отошел в угол. Де Сент-Эньян, как фаворит, прислонился к спинке королевского кресла.
Маникан, выставив вперед правую ногу, приятно улыбнувшись и грациозно протянув белую руку, сделал реверанс. Король ответил ему кивком.
- Добрый вечер, господин де Маникан, - сказал он.
- Ваше величество оказали мне честь, пригласив к себе, - поклонился Маникан.
- Да, чтобы узнать от вас все подробности несчастного случая с графом де Гишем.
- О государь, это очень печально!
- Вы были с ним?
- Не совсем, государь.
- Но вы явились на место происшествия через несколько минут после того, как оно случилось?
- Да, государь, приблизительно через полчаса.
- Где же это несчастье произошло?
- Кажется, государь, это место называется поляной в роще Рошен.
- Да, сборный пункт охотников.
- Совершенно верно, государь.
- Расскажите мне все известные вам подробности несчастного случая, господин де Маникан.
- Может быть, ваше величество уже получили сведения? Я боюсь утомить вас повторением.
- Ничего, не бойтесь.
Маникан осмотрелся кругом. Он увидел только д'Артаньяна, прислонившегося к стене, спокойного, благодушного, доброжелательного, и де Сент-Эньяна, с которым он пришел и который по-прежнему стоял у королевского кресла тоже с очень любезным выражением лица. Поэтому Маникан набрался мужества и проговорил:
- Вашему величеству небезызвестно, что на охоте часто бывают несчастные случаи.
- На охоте?
- Да, государь. Я хочу сказать, когда устраивается засада.
- Вот как! - воскликнул король. - Значит, несчастный случай произошел во время засады?
- Да, государь, - подтвердил Маникан, - разве ваше величество этого не знает?
- Только в самых общих чертах, - скороговоркой сказал король, которому всегда было противно лгать. - Итак, по вашим словам, несчастье произошло во время засады?
- Увы, да, государь!
Король помолчал.
- На какого же зверя была устроена засада? - спросил он.
- На кабана, государь.
- Что это де Гишу вздумалось пойти совершенно одному в засаду на кабана? Ведь это мужицкое занятие и годится самое большее для того, у кого нет, как у маршала де Граммона, собак и доезжачих для приличной охоты.
Маникан пожал плечами.
- Молодость безрассудна, - произнес он наставительно.
- Продолжайте, - приказал король.
- Словом, - повиновался Маникан, еле решаясь говорить и медленно произнося одно слово за другим, как переставляет свои ноги человек, идущий по болоту, - словом, государь, бедный де Гиш пошел в засаду совершенно один.
- Один! Вот так охотник! Разве господин де Гиш не знает, что кабан бросается на охотника?
- Как раз это и случилось, государь.
- А он знал, с кем ему придется иметь дело?
- Да, государь, крестьяне видели зверя на картофельных полях.
- Что же это был за зверь?
- Двухгодовалый кабан.
- В таком случае следовало меня предупредить, сударь, что де Гиш хочет совершить самоубийство. Ведь я видел его на охоте и знаю его искусство. Когда он стреляет в кабана, загнанного собаками, он принимает все предосторожности и стреляет из карабина, а на этот раз он отправился на кабана с простыми пистолетами.
Маникан вздрогнул.
- С пистолетами, прекрасно годящимися для дуэли, но не для охоты на кабана!
- Государь, бывают вещи необъяснимые.
- Вы правы, и происшествие, которое нас интересует, принадлежит к их числу. Продолжайте.
Во время этого рассказа де Сент-Эньян, который, может быть, сделал бы Маникану знак не очень увлекаться, должен был хранить полное бесстрастие под пристальным взглядом короля. Таким образом, он совершенно не мог перемигнуться с Маниканом. Что же касается даАртаньяна, то статуя Молчания в Афинах была более выразительной и шумной, чем он. Маникан, продолжая идти по избранной дороге, все больше запутывался в сетях.
- Государь, - сказал он, - вероятно, дело было так.
Де Гиш подстерегал кабана.
- Верхом на коне? - спросил король.
- Верхом. Он выстрелил в зверя и промахнулся.
- Какой же он неловкий!
- Зверь бросился на него.
- И убил лошадь?
- Ах, ваше величество знает об этом?
- Мне сказали, что в роще Рошен, на перекрестке, найдена мертвая лошадь, у меня возникло предположение, что это конь де Гиша.
- Так оно и есть, государь.
- Хорошо, значит, лошадь погибла; что же случилось с де Гишем?
- Де Гиш упал на землю, подвергся нападению кабана и был ранен в руку и в грудь.
- Ужасный случай! Но нужно сознаться, что виноват сам де Гиш. Как можно идти в засаду на такого зверя с одними пистолетами! Он, верно, забыл повесть об Адонисе?
Маникан почесал затылок.