Страница 153 из 573
- Нет, господин граф, это действительно парижский костюм.
- Да, я вижу. Но вернемся к делу. Итак, Маникан хочет назначения еще одной фрейлины?
- Вы прочли, что он вам пишет, господин граф.
- А первая кто?
Маликорн почувствовал, что краснеет.
- Очаровательная девушка, граф, - быстро ответил он. - Ора де Монтале.
- А! Вы ее знаете?
- Да, она моя невеста или почти...
- Тогда дело другого рода... Поздравляю, - усмехнулся де Гиш.
У него на языке вертелась шутка в стиле придворных, но слово "невеста" напомнило ему об уважении к женщинам.
- А для кого второй патент? - спросил де Гиш. - Не для невесты ли Маникана? В таком случае мне ее жаль, бедняжку. Плохой будет у нее муж.
- Нет, граф... Второй патент для мадемуазель де Л а Бом Леблан де Лавальер.
- Не знаю ее.
- Да, господин граф, ее мало знают в свете, - сказал Маликорн с улыбкой.
- Хорошо, я поговорю с принцем. Кстати, она дворянка?
- Да, из очень хорошего рода и фрейлина вдовствующей герцогини.
- Отлично. Не угодно ли проехать со мной к герцогу?
- Если вы мне окажете такую честь, охотно.
Смяв письмо Маникана, де Гиш сунул его в карман.
- Граф, - застенчиво сказал Маликорн, - мне кажется, вы прочли не все.
- Разве не все?
- Да, в конверте лежало два письма.
Граф снова открыл конверт.
- А, - протянул он, - верно.
И он развернул непрочитанную записку.
- Я так и думал! Еще просьба о месте при дворе герцога Орлеанского. Ах, этот Маникан ненасытен! Злодей, он, должно быть, торгует должностями?
- Нет, господин граф, он хочет сделать подарок.
- Кому?
- Мне, граф.
- Почему вы мне не сказали этого сразу, господин де Мовезкорн?
- Маликорн.
- Простите, меня вечно путает латынь: ужасная привычка к этимологии. И зачем, черт побери, заставляют дворян учиться латыни. Mala - mauvaise [16] - дурная. Маликорн и Мовезкорн - выходит одно и тоже. Вы извините меня, господин де Маликорн.
- Ваша доброта меня трогает, сударь, и в то же время дает повод сообщить об одном обстоятельстве.
- О каком же?
- Я не дворянин. У меня есть сердце, немного ума, но мое имя Маликорн, без частицы "де".
- О, - воскликнул де Гиш, глядя в лукавое лицо своего собеседника, вы, право, очень приятный человек. Ваше лицо мне нравится, господин Маликорн, и, вероятно, вы полны достоинств, раз этот эгоист Маникан полюбил вас. Скажите откровенно: вы не святой, спустившийся на землю?
- Почему?
- Черт побери! Потому что Маникан делает вам подарки. Вы ведь сказали, что он желает в виде дара доставить вам место при дворе принца?
- Извините, господин граф, если я получу место, то не Маникан достанет мне его, а вы.
- И потом, может быть, он не совсем даром согласился хлопотать за вас?
- Господин граф...
- Постойте, в Орлеане живет некий Маликорн, - ну да, конечно, который ссужает деньгами принца Конде.
- Насколько мне известно, это мой отец.
- Ага! У принца - отец, у ненасытного де Маникана - сын. Сударь, берегитесь, я его знаю: черт побери, он обглодает вас до костей.
- Только я даю взаймы без процентов, господин граф, - с улыбкой заметил Маликорн.
- Я же говорил, что вы святой или нечто в этом роде, господин Маликорн. Вы получите место, или я не де Гиш.
- О господин граф, как я вам благодарен! - в восторге воскликнул Маликорн.
- Едем к принцу, дорогой господин Маликорн, едем.
И де Гиш направился к выходу, знаком приглашая Маликорна следовать за ним.
У самых ворот с ними столкнулся молодой человек.
Это был дворянин лет двадцати пяти, бледный, с тонкими губами, блестящими глазами, с темными волосами и бровями.
- А, здравствуйте, - начал он, заставив де Гиша вернуться обратно во двор.
- Ах, это вы, де Вард! Вы в сапогах, при шпорах, с хлыстом в руках!
- Я в таком виде, какой подобает иметь человеку, уезжающему в Гавр. Завтра Париж совсем опустеет.
Затем пришедший церемонно приветствовал Маликорна, которому нарядный костюм придавал вид вельможи.
- Господин Маликорн, - сказал своему другу до Гиш. Де Вард поклонился.
- Виконт де Вард, - сказал де Гиш Маликорну.
Маликорн, в свою очередь, поклонился.
- Сообщите нам, де Вард, - продолжал де Гиш, - вы ведь знаете такие вещи: какие должности еще свободны при дворе или, вернее сказать, в доме принца?
- В доме принца? - повторил де Вард, стараясь вспомнить. - Погодите, кажется, обер-шталмейстера.
- О, - воскликнул Маликорн, - не будем говорить о таких вещах; мое честолюбие не заходит так далеко.
Де Вард был гораздо подозрительнее и проницательнее де Гиша: он тотчас же разгадал Маликорна.
- Дело в том, - произнес он, окидывая его взглядом с ног до головы, что занимать место обер-шталмейстера может только герцог и пэр.
- Я прошу лишь очень скромной должности, - проговорил Маликорн. - Я человек маленький и не такого высокого мнения о себе.
- Господин Маликорн, - повернулся граф к де Варду - очаровательный человек; одна беда - он не дворянин. Но ведь, вы знаете, я не особенно ценю человека, когда он только дворянин, и не больше.
- Верно, - согласился де Вард. - Но замечу вам, милый граф, что без титула нельзя надеяться поступить к герцогу.
- Правда, - вздохнул граф, - этикет весьма строг. Черт возьми, мы и не подумали об этом!
- Какое несчастье для меня, - слегка бледнея, заметил Маликорн.
- Надеюсь, горю можно помочь, - ответил де Гиш.
- Погодите, - воскликнул де Вард, - средство уже найдено! Вас сделают дворянином, дорогой господин Маликорн. Его святейшество кардинал Мазарини только и занимался этим с утра до вечера.
- Полно, полно, де Вард, - остановил друга граф, - бросьте неуместные шутки: мы не должны шутить на подобные темы. Правда, теперь можно купить патент на дворянство, но это несчастье, и мы, дворяне, не должны смеяться над этим даже в своем кругу.
- Ей богу, вы настоящий пуританин, как говорят англичане.
- Господин виконт де Бражелон, - доложил лакей, словно они находились не во дворе, а в гостиной.
- А, дорогой Рауль, иди скорей! Ты тоже в сапогах! При шпорах! Ты, значит, едешь?
Бражелон подошел к молодым людям и поздоровался с ними с той мягкой серьезностью, которая была его отличительной чертой. Его поклон главным образом относился к незнакомому ему де Варду, лицо которого приняло холодное выражение при виде Рауля.