Клеа


Лоренс Даррел

Клеа

Моему отцу

Первичное и прекраснейшее из свойств Природы есть движение, только оно одно и поддерживало в ней жизнь во все времена; но поскольку это движение само по себе есть всего лишь непрерывная череда преступлений, следовательно, и сама Природа преступна и на преступлении зиждется.

Д. А. Ф. де Сад

ЗАМЕЧАНИЕ АВТОРА

Перед вами четвертая книга из цикла, задуманного как единое произведение. Она продолжение «Жюстин», «Бальтазара» и «Маунтолива». Все четыре романа составляют «Александрийский квартет», с подзаголовком – «словесный континуум», – если озаботиться вдруг чисто описательным подзаголовком. Свои намерения в отношении романной формы я уже изложил в предуведомлении к «Бальтазару».

В разделе «Рабочие заметки», помещенном в конце книги, я набросал несколько возможных линий развития персонажей и ситуаций в дальнейших книгах цикла – только лишь с целью предположить: если бы даже цикл мог разрастаться бесконечно, текст в результат…

Бунт Афродиты. Tunc


Лоренс Даррел

Бунт Афродиты. Tunc

Посвящается Клод-Мари Винсендон

…дважды два четыре — это стена.

Достоевский. Записки из подполья

1

Из троицы за столиком, все в чёрных деловых костюмах, двое точно уже были хороши. Не Нэш, позорник, конечно, нет. А Вайбарт, издатель (этот закладывает за воротник слишком часто), да ещё ваш покорный слуга, Чарлок, мыслящий тростник: опять гонит без остановки. Феликс Чарлок, к вашим услугам. Ваш покорный, мадам.

Фазан как бы с каштанами, дешёвое пойло, которое берёшь среди декоративных бочек в лондонском погребке «У Поджо», куда народ собирается, чтобы пялиться друг на друга. Я пытался объяснить, как работает Авель, — нет, в компьютере не может быть никаких хрустальных шаров, но иллюзия, что он обладает интуицией, почти полная. Это как чёртова астрология, только все более реально, более конкретно; лучше, чем магический кристалл или волшебная палочка.

— Мы тут рассказываем сказочки о своём детстве (…

Бальтазар


Лоренс ДАРРЕЛЛ

БАЛЬТАЗАР

Своей МАМЕ посвящает автор эту летопись незабытого Города

Зеркало видит человека прекрасным, зеркало любит человека; другое зеркало видит человека безобразным и ненавидит его; но оба впечатления вызваны одним и тем же лицом.

Д. А. Ф. де Сад. «Жюстин»

Да, мы настаиваем на этих подробностях, вместо того чтобы прятать их, подобно вам, под флером благопристойности, убивая их жуткую пряность; они будут в помощь каждому, кто хочет познакомиться с человеком накоротке; вы представить себе не можете, сколь полезны подобные яркие сцены для развития человеческого духа; быть может, мы и пребываем в сей области знания во мраке невежества только лишь из-за глупой осторожности тех, кто берется об этом писать. Одержимые нелепыми страхами, они способны лишь обсасывать банальности, известные каждому дураку, им просто не хватает смелости, протянув дерзновенную руку к человеческому сердцу, обнажить перед нами его гигантские идиосинкразии.

Д. А. Ф. де С…

Воинствующая Андромеда


Кларк Дарлтон

Воинствующая Андромеда

Глава 1

Когда «Звездный луч» материализовался на окраине туманности Андромеды, то ближайшая солнечная система была удалена на двадцать световых лет.

Это был неповторимый, фантастический момент, когда отливающий матовым блеском космический корабль выходил из тьмы парапространства, возвращаясь в реальную Вселенную.

По земному счислению телепортация продолжалась не дольше секунды, хотя при этом преодолевалось расстояние более чем в полтора миллиона световых лет. В первый раз на космическом корабле ученые применили телепортирующее устройство.

Еще секунду назад «Звездный луч» находился в звездном море Млечного Пути, удаленном от солнечной системы на несколько световых лет. Но потом свет исчез и наступила кромешная тьма, которая наводила ужас. Время остановилось.

В абсолютно пустом пространстве находился только один корабль с людьми на борту, совершавший мощнейший прыжок на полтора миллиона лет в прошлое. Объяс…

Планета Леркс-3


Кларк Дарлтон

Планета Леркс-3

Глава 1

Каль Ментор, великий ученый и философ, задумчиво смотрел в окуляр огромного телескопа, недавно пущенного в эксплуатацию. Правда, его мысли были заняты совсем другим, он не открыл сегодня ничего особенного. Ученый размышлял над проблемами своего бытия, никогда не оставлявшими его в покое.

В центре поля окуляра находилась белая звезда. Это был Леркс — маленькое солнце, вокруг которого, судя по гравитационным приборам, вращалось несколько планет. Ментор часто отвлекался, но потом вновь брался за работу. Он занимался регистрацией тех звезд, у которых вероятность существования планет была очень высока. Звезда Леркс как раз относилась к их числу.

Удаление Леркса от мира Ментора составило 5, 46 световых лет. Таким образом, это была одна из ближайших звезд. Конечно, другие располагались еще ближе, но они не имели планет. Посещение таких звезд не представляло интереса, поскольку вероятность развития там жизни равнялась нулю….

Оружие забвения


Кларк Дарлтон, К. Е. Шеер

Оружие забвения

Вступление

Когда первая, запущенная американцами из Невады-Филдс ракета под командованием Перри Родана опустилась на поверхность Луны, то космонавты обнаружили там останки странного космолета. Это был, как выяснилось, разведывательный крейсер арконидов, направленный на поиски таинственной планеты, жители которой, как считалось, располагали секретом вечной молодости.

Родан сумел наладить дружеские отношения со звездным народом. Благодаря их высокоэффективной технической и военной помощи он создал на Земле автономное государство, так называемую Третью Силу, оказавшуюся способной вынудить оба соперничавших блока — Восточный и Западный — не только установить между собой прочный мир, но и создать Конфедерацию. Таким образом, Соединенные Штаты Земли перестали быть утопией.

Однако чуть ранее этот потерпевший катастрофу крейсер успел подать сигнал бедствия, и его перехватили разумные, но в корне отличные от человеческой…

Таинственная смерть брата Педро


Рубен Дарио

Таинственная смерть брата Педро

* * *

Не так давно, будучи в одном из испанских городишек, мне случилось посетить монастырь. Приветливый священник, мой провожатый, показал мне все местные достопримечательности, а после повел на кладбище, где у могильной плиты, на которой было начертано: «Hie jacet frater Petrus»[1], произнес:

— Дьявол искушал его и погубил!

— Так уж и дьявол! Куда ему искушать на старости лет! — пошутил я и услыхал в ответ:

— Ошибаетесь! Именно дьявол, и новейшего образца — Демон Знания.

И священнослужитель рассказал мне историю брата Педро.

* * *

Злой дух, разжигавший жажду знания, терзал брата Педро. Худой — кожа да кости, измученный, бледный, он проводил дни и ночи в молитвах и ученых изысканиях (полагая, что таковые могут принести пользу монастырю, ему дозволили даже оборудовать лабораторию). Еще в ранней юности брат Педро занялся оккультными науками. Когда в разговоре ему случалось помянуть имена Параце…

Рождение капусты


Рубен Дарио

Рождение капусты

* * *

Это произошло в садах земных наслаждений — задолго до искушения, которого не выдержала Ева. Лучезарным утром Господь создал цветы. И вот прекраснейшей из новосотворенных роз — как раз тогда ее губы, алеющие чистотой, впервые потянулись к солнечной ласке — явился злой дух.

— Ты прекрасна.

— Да! — ответила роза.

— Прекраснейшая и счастливейшая, — продолжал дьявол. — Какое изящество, цвет, аромат! Только…

— Что — только?

— Никакой пользы! Посмотри сюда — ветви дерева унизаны желудями. Не стану спорить, густая крона дубов прекрасна, но этого мало. Не только приют предоставляют сотням живых существ эти деревья, но и пищу. Да, роза, красота — это еще не все…

И роза испытала искушение — а женщине еще предстояло его испытать — и возжелала пользы, да так сильно, что даже побледнела.

На другой день вышел Господь в сад.

— Отец, — обратилась к нему королева цветов, трепещущая и прекрасная, — я х…

Покрывало королевы Мэб


Рубен Дарио

Покрывало королевы Мэб

* * *

Однажды колесница королевы Мэб[1], выточенная из цельной жемчужины, влекомая по солнечному лучу четверкой жуков с агатовыми крыльями и золотым панцирем, скользнула в окошко мансарды. Там четверо тощих бородачей с отчаянием во взоре и вызовом в голосе проклинали судьбу.

К тому времени феи уже роздали свои дары смертным. Одним достались волшебные палочки: коснешься сейфа — и он уже полон; другим — чудесные колосья, чтобы лущить из них бриллианты; третьим — волшебные стекла, сквозь которые видны в недрах матери-земли золото и самоцветы, иных феи одарили густой шевелюрой, иных — голиафовой силой, кому достался молот — плющить раскаленное железо, кому — резвые ноги и крепкие пятки для бешеной скачки, когда вьются конские гривы и Бетер сечет лицо.

Эти четверо проклинали судьбу. Одному на роду была написана глина, другому — палитра, третьему — мелодия, четвертому — лазурь[2].

Королева Мэб прислушалась. Заговорил п…

Глухой сатир


Рубен Дарио

Глухой сатир

Греческая сказка

* * *

Жил невдалеке от Олимпа сатир — издавна царствовал он в этих лесах. Боги повелели ему: «Наслаждайся, живи весело и праздно — леса твои. Играй на флейте сколько душе угодно, гоняйся за нимфами». И сатир наслаждался жизнью.

Однажды, когда рука Аполлона, бога муз, касалась струн лиры, нашему сатиру случилось покинуть свои владения — он взобрался на священную гору и осмелился потревожить златокудрого бога. И Аполлон покарал его — с тех пор сатир глух как пень. Напрасно щебечут в лесах птицы, напрасно воркуют голуби — сатир не слышит. Над всклокоченной головой, увенчанной виноградными лозами, рассыпает трели Филомела[1] — и, завороженные, замирают ручьи, и заливаются румянцем белые лепестки, но сатир и ухом не ведет. Только когда мелькнет за ветвями крутой изгиб бедра, обласканного рыжим солнцем, лес оглашает дикий хохот — одним прыжком, ликующий и распаленный, сатир настигает нимфу. Все покорно ему: лес…