Недопёсок (с иллюстрациями)


Юрий Коваль

Недопесок

Посвящается Белле Ахмадулиной

ЮРИЙ КОВАЛЬ

Говорят, что Юрий Коваль — писатель открытого сердца. Родился ли он с таким сердцем, или раскрыл его по ходу дела — неизвестно. Только для многих людей, которые повстречали и встретят его ещё, Юрий Коваль — это, конечно, подарок.

Чтобы понять, дорог ли нам писатель, или не очень, — надо представить, чтобы было, если б его не было. Много чего не было бы, в том числе — моих любимых книжек: «Пять похищенных монахов», «Пограничный пёс Алый», «Чистый Дор», «Листобой», «Кепка с карасями», «Самая лёгкая лодка в мире», «Приключения Васи Куролесова»… Покорный судьбе недопёсок весь недопёсий век с потухшим взором просидел бы в клетке. И ничего с ним не случилось бы. И напрасно близкие хриплые голоса — абсолютно неизвестно чьи — звали бы и кричали из-за угла: «Юра, Юра, про нас напиши!»

Плохо нам без него бы пришлось. И как всё-таки здорово, что на свете есть писатель Юрий Коваль!

…Когда-то …

Приключения Васи Куролесова (с илл.)


Юрий Коваль

Приключения Васи Куролесова

Что мне нравится в чёрных лебедях, так это их красный нос.

Впрочем, к нашему рассказу это не имеет никакого отношения. Хотя в тот вечер я сидел на лавочке у Чистых прудов и смотрел как раз на чёрных лебедей.

Солнце укатилось за почтамт.

В кинотеатре «Колизей» грянул весёлый марш и тут же сменился пулемётной очередью.

Из стеклянного кафе вышел молодой человек и, распугивая с асфальта сизарей, направился прямо к моей скамейке. Усевшись рядом, он достал из кармана часы-луковицу, больше похожие на репу, щёлкнул крышкой, и в тот же миг раздалась мелодия:

Я люблю тебя, жизнь, И надеюсь, что это взаимно…

Скосив глаза, я глянул на часы и увидел надпись, искусно вырезанную на крышке:

ЗА ХРАБРОСТЬ.

Под надписью был нацарапан маленький поросёнок. Между тем неизвестный захлопнул крышку часов и сказал себе под нос:

— Без двадцати девятнадцать.

— Сколько?

— …

Приключения Васи Куролесова (с иллюстрациями)


Юрий Коваль

Приключения Васи Куролесова

Слово мастеру

С тех пор как я родился у меня спрашивают: «Чижик-пыжик, где ты был?» Отвечаю: «В детском саду был, в школе был, в Полиграфическом институте был, в „Крокодиле“ был, в „Мурзилке“ был, в „Вокруг света“ был, в „Весёлых картинках“ был, в „Детгизе“ был, в „Малыше“ был».

В «Мурзилке» я как раз познакомился с Юрием Ковалём. Свободный он человек. Так же свободна проза Коваля, его песни, его живопись, графика, скульптура. Он может многое, многое и делает. И всё талантливо, с этаким шиком, со вкусом.

Когда я читаю его прозу, испытываю вполне материальное удовольствие от точно найденного слова, от потрясающего чувства юмора, от его безграничной фантазии.

Так сложилось, что «Приключения Васи Куролесова» — это первая наша книжка с Ковалём. Книга-детектив, но детектив, в основе которого жизненная правда.

Вот что однажды рассказал Юра:

«„Вася Куролесов“ — это рассказы моего отца, а он был нач…

Воробьиное озеро (авторский сборник)


Юрий Коваль

ВОРОБЬИНОЕ ОЗЕРО

Воробьиное озеро

Давным-давно слыхивал я рассказы про Воробьиное озеро.

Говорили, что там ловятся огромные лещи, которые не влезают в таз, окуни, которые не влезают в ведро, чудовищные щуки, которые вообще ни во что не влезают.

Удивительно было, что щуки да окуни такие огромные, а озеро — Воробьиное.

— Ты уж сходи на Воробьиное-то озеро. Найдёшь его там, в лесах.

Я искал и добрался однажды до Воробьиного озера. Не слишком большое, но и не маленькое, лежало оно среди еловых лесов, а прямо посередине рассекали его воды три острова. Острова эти были похожи на узконосые корабли, которые плывут друг за другом, а парусами у кораблей — берёзы.

Не было никакой лодки, и я не смог добраться до островов, стал ловить рыбу.

Повидал и щуку, и чёрного окуня, и золотого леща. Правда, все они были не слишком велики, уместились в одном ведре, ещё и место осталось.

Полынные сказки (с илл.)


Юрий Коваль

Полынные сказки

Повесть о давних временах

Это было…

Давно это было.

Это было, когда я ещё любил болеть. Но только не сильно болеть. Не так болеть, чтоб тебя везли в больницу и вкалывали десять уколов, а тихо болеть, по-домашнему, когда ты лежишь в постели, а тебе чай с лимоном несут.

Вечером мама с работы прибегает:

— Боже мой! Что случилось?!

— Да так, ничего… Всё в порядке.

— Чаю надо! Крепкого чаю! — волнуется мама.

— Не надо ничего… оставьте меня.

— Милый мой, милый… — шепчет мама, обнимает меня, целует, а я постанываю. Замечательные были времена.

Потом мама садилась рядом со мной на кровать и начинала мне что-нибудь рассказывать или рисовала на листочке бумаги домик и корову. Это всё, что она умела нарисовать, — домик и корову, но я никогда в жизни не видел, чтоб кто-нибудь так хорошо рисовал домик и корову.

Я лежал и стонал и просил:

— Ещё один домик, ещё одну корову!

И м…

Капитан Клюквин (с илл.)


Юрий Коваль

Капитан Клюквин

На Птичьем рынке за три рубля купил я себе клеста. Это был клёст-сосновик, с перьями кирпичного и клюквенного цвета, с клювом, скрещённым, как два кривых костяных ножа.

Лапы у него были белые, — значит, сидел он в клетке давно. Таких птиц называют «сиделый».

— Сиделый, сиделый, — уверял меня продавец. — С весны сидит.

А сейчас была уже холодная осень. Над Птичьим рынком стелился морозный пар и пахло керосином. Это продавцы тропических рыбок обогревали аквариумы и банки керосиновыми лампами.

Дома я поставил клетку на окно, чтоб клёст мог поглядеть на улицу, на мокрые крыши сокольнических домов и серые стены мельничного комбината.

Клёст сидел на своей жёрдочке торжественно и гордо, как командир на коне.

Я бросил в клетку семечко подсолнуха.

Командир соскочил с жёрдочки, взмахнул клювом, и трах! — семечко разлетелось на две половинки, а клест снова взлетел на своего деревянного коня, пришпорил и замер…

Сиротская зима (с илл.)


Коваль Юрий Иосифович

Сиротская зима

Посвящается М. К.

Был серый, тусклый, был пасмурный, был вялый день. С утра шел снег. Он ложился на землю и лежал кое-как, с трудом сдерживаясь, чтоб не растаять.

Еловые ветки были для него слишком живыми и теплыми. На них снег таял, падал на землю мутными хвойными каплями. Скоро после обеда снег перестал, и я подумал, что пора возвращаться домой. Огляделся — и не узнал леса, окружавшего меня. Всегда узнавал, а тут растерялся. Забрел, видно, далеко, в чужие места.

Передо мной была заснеженная поляна, которая подымалась пригорком или, вернее, гривкой. Я решил взойти на нее, еще раз оглядеться и, если не узнаю леса, — возвращаться к дому по собственным следам.

Перейдя поляну, я поднялся на гривку, огляделся. Нет, никогда я не видел этих елок и вывернутых пней, этой травы с пышными седыми метелками.

— Белоус, — вспомнил я. Так называется трава… А местечко-то гиблое. Не хочется лезть в чащу, в эти перепу…

Белозубка (с илл.)


Коваль Юрий Иосифович

Белозубка

В первый раз она появилась вечером. Подбежала чуть ли не самому костру, схватила хариусовый хвостик, который валялся на земле, и утащила под гнилое бревно.

Я сразу понял, что это не простая мышь. Куда меньше полевки. Темней. И главное — нос! Лопаточкой, как у крота.

Скоро она вернулась, стала шмыгать у меня под ногами, собирать рыбьи косточки и, только когда я сердито топнул, спряталась.

«Хоть и не простая, а все-таки мышь, — думал я. — Пусть знает свое место».

А место ее было под гнилым кедровым бревном. Туда тащила она добычу, оттуда вылезла и на другой день.

Да, это была не простая мышь! И главное — нос! Лопаточкой! Таким носом только землю рыть.

А землероек, слыхал я, знатоки различают по зубам. У одних землероек зубы бурые, у других — белые. Так их и называют: бурозубки и белозубки. Кем была эта мышка, я не знал, а заглядывать ей в рот не торопился. Но почему-то хотелось, чтобы она была белозубко…

Пионерский характер


Станислав Фурин, Владислав Крапивин, Александр Жилин, Юрий Коваль, Ольга Романченко, Юрий Чернов, Станислав Романовский, Ирина Стрелкова, Людмила Матвеева, Юрий Шевченко, Юрий Ермолаев, Сергей Иванов, Сергей Каменев, Ада Безбородова, Тамара Чесняк, Валентина Голанд, Вячеслав Морозов

Пионерский характер

«БЫТЬ ПИОНЕРОМ — ЭТО ЗНАЧИТ НЕ ТОЛЬКО НОСИТЬ КРАСНЫ ГАЛСТУК. БЫТЬ ПИОНЕРОМ — ЗНАЧИТ ПРИНИМАТЬ УЧАСТИЕ В УЛУЧШЕНИИ ОКРУЖАЮЩЕЙ ЖИЗНИ, ДУМАТЬ НАД ТЕМ, КАК ЭТО СДЕЛАТЬ».

Н. К. Крупская.

Дорогой юный читатель!

Перед тобой книга «Пионерский характер» — рассказы, заметки и очерки о замечательных делах и поступках пионеров, юных граждан нашей великой Родины.

Пионерский характер! Наверняка и ты знаешь и можешь рассказать немало значительного — о себе и своих товарищах, о ребятах, чьи поступки тебе запомнились, чей характер вызвал твоё уважение. Поэтому мы надеемся, что наши юные читатели продолжат эту книгу. Книгу о пионерских …