Троянская война

Прежде всего, нужно было заставить врагов сойтись в большом открытом сражении, а в последнее время ахейцы предпочитали вести осаду, не устраивая кровопролитных штурмов. Ведь утомились воины за долгие годы и уже не горели желанием рисковать своими жизнями.

Поэтому послал Зевс Агамемнону лживый Сон-Гипнос, внушая, что теперь падет Троя, так как все олимпийские боги сошлись на этом мнении.

Поверивший видению-обману, был твердо уверен ванакт, что наконец-то завоюет Трою. Ранним утром, облачившись в парадные одежды и взяв в руки царский скипетр, пошел Атрид по лагерю, поднимая бойцов и вождей.

Созвав достойнейших на совет, объявил Агамемнон о бывшем у него ночью вещем сне и повелел строить войска для битвы. Зная, что войско устало, решил Агамемнон взбодрить воинов. Притворно предложил он всем плюнуть на перенесенные страдания и возвращаться домой, надеясь, что из гордости и алчности откажутся от такого предложения воины.

- Да, будет стыдно нам бежать, когда на каждого троянца приходится по десятку ахейцев, но зато все целыми и невредимыми вернутся к женам и детям. Пусть поколения греков стыдятся бесполезного похода своих предков, но вы сможете увидеть родные дома, - говорил он.

Думал ванакт, что возмутятся этим трусливым предложением ахейцы и потребуют вести войну до победы. Однако произошло все наоборот. Радостно кинулись к кораблям воины, стремясь поскорее отправиться на родину. Так бы и закончилась война, но слетела Афина в лагерь, нашла Одиссея, и вдохновленный богиней царь Итаки стал останавливать бегущих воинов.

Встретив у кораблей царя или знатного воина, говорил Одиссей:

- Что с тобой приключилось? Разве ты трус, чтобы бежать с войны? Вернись в лагерь и успокой своих воинов. Мы же не знаем, что на уме у Атрида. Скорее всего, он просто испытывает нас. Выявив трусов, ванакт с ними жестоко расправится для примера другим.

Но не только словами возвращал Одиссей на совет воинов. Некоторым наиболее стремящимся уплыть ахейцам досталось царским жезлом по голове и спине.

Тем же, кто громче всех кричал и звал войско домой, резко и грубо закрывал он рты.

- Кто ты такой, чтоб кричать и командовать! Иди на свое место и слушай, что решат те, кто получше тебя! Ты ни в бою, ни на совете никогда не играл никакой роли, так что молчи! Не тебе принимать решения! Есть у нас царь, и он один имеет право повелевать! - прокричал Одиссей в лицо одному. Обозвал трусом другого, и постепенно стали успокаиваться воины.

Присоединились к Одиссею другие вожди, и сообща смогли они вернуть разбежавшихся ахейцев на место общего собрания. Приняла Афина образ вестника и стала рядом с Одиссеем, а он взял слово.

Все свое красноречие проявил сын Лаэрта, убеждая слушателей в том, что нельзя возвращаться в Элладу без победы. Приводил он разные аргументы, возбуждая алчность и честолюбие, гордость и благородство и, в конце концов, добился своего.

Разгорелась в ахейцах воинственный пыл, и громогласно стали они требовать вести их на бой. Чтобы еще больше поднять дух воинов, предложил Нестор построить войско не как обычно по видам вооружения (когда лучник стоит рядом с лучником, а щитоносец с щитоносцем), а по родам и племенам, чтобы каждый бился на глазах у своих родных.

- Агамемнон, повели поступить так, и ты узнаешь, какой из вождей и какой из народов храбр, а какой труслив. Заодно и узнаешь, по воле ль богов ты не смог взять крепость или из-за трусости наших войск и незнанья военного дела, - предложил он ванакту.

Послушал его Агамемнон и повелел после обеда выступать, построившись по родам.

- Забудьте обо всем и бейтесь, герои Эллады, - кричал Агамемнон. - Не будет отдыха и передышки в кровавом празднике мечей, пока не возьмем мы город Приама! Если же кто испугается и попытается улизнуть, спрятавшись возле кораблей, то я сам такого труса казню на месте!

Затем принесли воины жертвы богам, заколов немало быков, овец и коз, мясо которых пожарили на вертелах и съели. Насытившись, облачились воины в доспехи и двинулись к Трое. Сама Афина незримо была с ними, возбуждая в сердцах отвагу. Казалась попавшим под влияние богини ахейцам битва намного приятнее, чем возвращение домой.

Огромная армия покинула лагерь и вышла в долину Скамандра. Гудела земля, когда шли блиставшие медью доспехов латники, был подобен лавине грохот боевых колесниц. Все города и племена Эллады шли в этот день в сражение, и казалось, что никто не сможет остановить ахейское войско. Один лишь Ахилл со своими мирмидонцами остался на месте, втайне желая поражения своим вчерашним товарищам.

Узнав о наступлении ахейцев, быстро вооружились троянцы и, раскрыв ворота города, смело пошли навстречу врагу, ведомые Гектором. Шли троянцы, которых возглавляли сыновья Приама, за ними выступили дарданцы во главе с Энеем. Вел в бой своих прославленных лучников Пандар. Вместе с ними шли на поле брани и многочисленные троянские союзники, пришедшие со всех земель Малой Азии. Были тут пеласги и фракийцы, киконы и пэоны, пафлагонцы и фригийцы... Говорившие на разных языках, управляемые разными царями, прибыли они на зов Приама, чтобы сбросить в море чужеземных захватчиков.

Вот сошлись лоб в лоб две армии, и начался бой. Быстро смешались отряды, и началась резня. Сломав копья, воины рубились мечами и топорами, резались ножами, обрушивали дубинки на головы врагов, а то и вовсе душили противников голыми руками или рвали зубами, дотянувшись до чужого горла. Страшная это была бойня, в которой никто не думал о защите, но каждый стремился убивать. Упавших на землю раненых в свалке затаптывали насмерть, буквально вбивая ногами в кровавую грязь.

Стал этот день звездным часом для Аякса Теламонида. Из славного рода происходил он, но витало над этой семьей проклятье вечно быть вторыми. Теламон некогда был сильнейшим из живущих, уступая в мощи одному лишь Гераклу. Немало подвигов совершил он, но только по всей Греции помнят и чтят победителя Геракла, а того, кто лишь чуть уступал герою в львиной шкуре, уже давно забыли. Обидно это было. Вот и Аякса наделили боги небывалой силой. В самых опасных местах на поле боя высился его гигантский щит, и никто из врагов не мог с ним справиться. Но Ахилл затмевал его. Так что подобно отцу был Аякс вечно вторым.

В этот же день не участвовал Пелид в сражении, и пусть и на время, но стал Аякс лучшим. Сумел он прорвать строй троянских щитоносцев, в единоборстве раскроил голову рослому фракийцу Акаманту, а после неудержимо рвался вперед, увлекая за собой ахейцев. Под этим натиском дрогнули троянцы, и начало отступать их войско.

Видя, что еще чуть-чуть - и обратятся его земляки в бегство, спрыгнул со своей колесницы Гектор и стал обходить ряды, успокаивая робких и вдохновляя уставших. Видя рядом с собой любимого вождя, воспрянули троянцы духом и сами двинулись в атаку. С новой силой начался бой, и теперь уже не выдержали ахейцы. Стремительным натиском отбросил Гектор врагов и снова выстроил по всем правилам военного искусства троянские отряды. И только убедившись, что теперь его армии разгром не угрожает, а отступившие ахейцы некоторое время не смогут атаковать, ушел из первых рядов Гектор и отправился в крепость, чтобы доложить отцу и старейшинам о ходе боя.

Наступило затишье, воспользовавшись которым воины спешили перевязать раны, напиться или просто посидеть на земле, давая отдых уставшим мышцам.

Лишь немногие, самые неугомонные бойцы из двух армий, не желали отдыха и хотели биться дальше. Они выходили на свободное пространство, образовавшееся между двумя войсками, и вызывали из вражеских рядов соперников для поединка. Одним из таких героев с ахейской стороны был любимец Афины Диомед Тидид, который, дерясь на глазах всего войска и неизменно побеждая, добивался таким образом большего уважения и славы. Выехав на колеснице вперед, вызывал он на бой любого, желающего померяться с ним силами. Сила и опыт Тидида были хорошо известны всем, так что мало кто решался сразиться с ним. Однако выехала из троянских рядов колесница с молодым воином в роскошных доспехах, покрытых чистым золотом. Рост и мышцы выдавали в бойце немалую силу, но его лицо было незнакомо Диомеду.