Страница 17 из 58
– Перейдем к делу, – я предпочел сменить тему. – Вы же не просто так меня ждали?
Князь вмиг посерьезнел, убрав улыбку с лица. Его бесцветные глаза смотрели изучающе и настороженно.
«Тут! Аккуратнее с ним. Этот тип мне не нравится», – буркнул в голове Хану.
Думаешь, мне нравится? Да, непростой и, видимо, очень опасный хмырь. Но у нас ничего нет. Так что ему от меня нужно?
«Думаю, твое имя. Видел его бравое воинство? Если эта территория действительно занята кланом Вертлявого, то «Нью-Лайф» здесь бессилен. Но удержать ее очень непросто».
– Вам удалось обмануть смерть и получить новое тело. Я слышал, что это очень дорого. Позвольте спросить: что вы ждете от новой жизни? – вкрадчиво спросил князь.
Интересно, кто он по классу? Прекрасно развитый плечевой пояс, характерный для милишника набор мозолей и ссадин на обеих руках. Скорее всего, мечник с парным оружием – маневренный и очень подвижный. Убойное комбо из вихря-вертушки и вампиризма позволит даже в толпе не терять жизненной силы. Не танк, конечно, но какое-то время продержится даже против рейд-босса.
Внешне Вертлявый выглядел совершенно спокойным, но наметанный глаз увидел бы в показной расслабленности энергию туго сжатой пружины. Его колени чуть согнуты, а ладони не покидают края стола, чтобы мгновенно перевернуть его, превратив в щит. В умелых руках оружием станет и ложка.
Опасается атаки собственных подданных? У босса всегда есть враги, но убивать его бессмысленно. Он реснется на кладбище и прибежит обратно. Придется штурмовать замок, чтобы отобрать его территорию. А для этого нужна целая гильдия. Тогда почему он так боится за свою жизнь?
– Ну так что? – поторопили меня, не дав развить быстро вспыхнувшую в уме мысль.
– Чего хочу? Того же, что и все. Видимо, счастья, – после длинной паузы ответил я.
– Это понятно. Но что вы считаете счастьем? Известность, власть, богатство? Спокойную и долгую жизнь? Валгаллу? Любовь? Духовный поиск? Просветление? Кем вы видите себя в Сансаре?
А почему, собственно, я должен раскрывать ему душу? Чтобы на поучительную лекцию о «смыслах» нарваться? У меня самого такого ментального хлама навалом. На всех хватит.
– Это сложно сформулировать внятно, – дипломатично ответил я, сдержавшись, чтобы не нахамить. – Наверное, и сам толком не знаю. Люблю удовольствия, не люблю боль, не люблю страх. Впрочем, как и все.
– Принято. Тогда я сделаю вам интересное предложение, – торжественно объявил Вертлявый с видом, намекающим на постижение сокровенного смысла вселенского бытия.
– Дайте угадаю. От которого нельзя отказаться? – проницательно предположил я.
– Нет, что вы… Можно. Но трудно и, главное, больно… – зловещая улыбка на его лице подчеркнула весомость угрозы. – Да не переживайте вы так. Предложение царское!
– Сомневаюсь. И угрожать мне не надо. Думаете, так охотнее соглашусь? – холодно осведомился я, с трудом сдерживая неожиданный для себя гнев.
Возможно, раньше я бы вел себя по-другому, но теперь всё изменилось. Внутри меня сидел целый лорд. Причем не самого кроткого нрава. Это же не моя, а его ярость. Или уже нет? Черт теперь разберет…
– Простите, привычка, – смеясь, развел руками Вертлявый. – Я предлагаю абсолютную власть, богатство, признание. Правда, в пределах этой локации. Ведь всегда есть какой-то предел, верно? Любое достижение требует оценки и существует только в сравнении. К сожалению, всегда находится то, что его превосходит. Ненасытность – полезное качество, но умение вовремя остановиться поистине драгоценно.
– Собрались на пенсию? – недоверчиво хмыкнул я, подозревая подвох.
– Пройдемте. Хочу кое-что показать, – Вертлявый встал и кивнул, пропуская меня вперед. Свою спину он мне показывать не хотел.
Часовой, расслабленно подпирающий дверь будки, вытянулся, расправил плечи и поднял подбородок, имитируя служебное рвение и строевую выправку. Вышло удручающе жалко. Лучше бы доспехи почистил, пока их не дожрала ржавчина.
Я обернулся, поймав говорящий взгляд Вертлявого. Он словно извинялся: «Смотри, с кем приходится иметь дело…».
Да, его дружина выглядела, как потешное войско. Много ли чести командовать стадом? А что еще можно собрать из нубов? Для небольшой стартовой локации вполне нормально, но богатства и славы тут не обрящешь, хотя с ордами новичков псевдо-армия князя легко справится. Главное, контролировать ситуацию и не допустить укрепления конкурента. Не давать сепаратистам качаться, монополизировать торговлю, добычу ресурсов и крафт. Помощи извне не будет. В локации ограничение по уровню, и в этом механизме есть своя логика. Для Сансары очень важно не разрушить баланс.
Человеческое тщеславие безгранично. Всегда найдутся «переростки», желающие развлечь себя безнаказанным ПВП*. Заповедник непуганых нубов нужен для адаптации и комфортного знакомства с игрой. Но зайцы-вампиры и сумеречные ежи никак не вписывались в ортодоксальные правила. Здесь явно что-то сломалось.
Дверь жалобно скрипнула и открылась, выпустив сухой и неожиданно горячий воздух наружу. Печки здесь не было. В углу на куче тряпья сидел полуголый и наголо остриженный человек. Несмотря на инфернальную жару, он даже не вспотел. Похоже, аномальное тепло выделялось прямо из его тела, но меня взволновало даже не это. Над головой мужчины жутковато пульсировал зловещий багрянец.
«Поцелуй Смерти»!
Эта метка означала, что следующая смерть игрока станет уже настоящей. «Предложение дьявола» – резкое увеличение сил, скорости и реакции. Выставлена максимальная синхронизация мозга с Сансарой, но лицо человека выглядело невозмутимым. Он был словно вырублен из твердого и невероятно тяжелого камня. У меня возникло сверхъестественное ощущение, что центр массы локации находится в этом небольшом по объему теле, и мы все вращаемся вокруг него по своим орбитам.
Да, в этом парне виделось нечто мистическое и неземное. Открытые глаза смотрели сквозь нас безучастно и не мигали. Возможно, поэтому он походил на мудрого и древнего, как сама вселенная, ящера.
– Почему он не отключит «синхру»? – невольно я перешел на шепот, показавшийся сейчас громче крика. – Ему наплевать на себя?
– Щульц не может или не хочет этого сделать, – так же тихо ответил Вертлявый. – Он «перенесенный». Такой же, как я или ты. Рано или поздно это произойдет и с нами. Сейчас мы смотрим на наше будущее.
На свою смерть? Опешив, я не мог отвести взгляд от существа, в котором так проступало то, чем всё закончится. Значит, вот как мы умираем…
От страшной догадки кожа покрылась мурашками. В висках застучало, а сердце забилось неровно и сильно. Игровой движок тщательно имитировал реакцию обычного живого организма.
– Зергель, вы в порядке? – в голосе Вертлявого угадывались нотки иронии.
– Надеюсь, – сухо ответил я. – Так он в сознании? Может нас слышать? Разговаривать?
– Думаю, да. Но со мной говорить не хочет, – криво усмехнулся он. – Приходится держать лучшего бойца на привязи. Для его же блага.
Только сейчас я заметил цепи на запястьях и лодыжках мужчины. Тело покрывали шрамы, а некоторые из ран до сих пор не зажили. Это означало, что Шульц давно не ресался на кладбище.
– Вы держите его взаперти? – удивился я, заметив кольцо с ключом на гвозде, прибитом к двери.
– Надеюсь, временно. Он почему-то жаждет умереть и ведет себя безрассудно. Отпущу, как только выздоровеет, – нарочито громко заявил князь, предпочитая оставаться на безопасной дистанции. – Ты ведь когда-нибудь выбьешь эту дурь из головы, правда, Шульц?
Из будки я вышел потрясенный. Мир дарит надежду, чтобы причинить больше боли! Конечно, я предполагал, что новая жизнь не бесконечна, но втайне надеялся на бессмертие. Ведь увядающей органики физического тела больше нет, а цифровой разум лишь сложный набор алгоритмов! Так почему нельзя поддерживать их вечно?
Как скупа и самоубийственно коварна Сансара даже к себе! Если искусственный интеллект проявляется через своих виртуальных существ, то зачем заставлять их страдать от ожидания неминуемой смерти?