Страница 29 из 105
— Мы не сдвинулись ни на шаг. Я думала, что смогу выяснить, как семья Бальтазар зарабатывает деньги, но я нигде не смогла найти информацию, откуда взялось их удивительное богатство.
— Ты знаешь, как бы мне хотелось дать тебе ответ на этот вопрос, — тихо сказала я. — Также пока не ясно, кто действительно в ответе за побег шёлковых пираний и землетрясение. Моя бабушка всё ещё пытается выяснить что-нибудь в Виннле.
— А вы не можете проникнуть в сны других людей и что-нибудь узнать? — спросила Ширли.
— Всё не так просто, — ответила я. — Мы лишь медленно приближаемся к тому моменту, когда вообще сможем войти в царство грёз.
— Да это займёт целую вечность! — воскликнула Ширли.
— Понадобятся годы, здесь моя бабушка не преувеличивала, — ответила я. — Кроме того, даже когда бодрствуешь проникнуть в разум другого человека не так просто, тем более в разум обученного мага. Это почти невозможно, и тем более во сне.
— Значит, нам придётся искать их обычными способами, — сказал Лоренц.
— Я уже много недель размышляю о том, где они могут быть. Это должно быть как-то связано с Морлемами и их появлением. Я сравниваю друг с другом подсказки с разных континентов, но в этом нет никакого смысла, — нетерпеливо сказала Лиана и вскочила на ноги. — Но я не могу просто пойти и наобум заглядывать в каждую мышиную дыру. Даже у Дульсы больше нет никаких идей.
В этот момент дверь открылась, и прозвучали тяжёлые шаги.
— Адам, — улыбнулась я.
— Привет, — ответил он, и его голос проникнув в меня, согрел.
Я повернулась в его сторону. Адам был сверху до низу покрыт мелкой жёлтой пылью. На нём были одеты джинсы и пуловер, но цвет его одежды больше нельзя было определить.
— Адам, я с радостью это делаю, — поприветствовал Лоренц, как и каждый вечер. — Тебе не нужно работать до смерти. Я всё равно искал уютное местечко для моего агентства, а Глиняный переулок как раз то, что нужно. Кроме того, Этьен тоже хочет внести свой вклад, но ты не даёшь ему даже прикоснуться к молотку.
— Я хочу сделать это для вас — это самое малое, — сказал Адам, и Лоренц пожал плечами. — Я ваш должник.
— Как хочешь, дорогой, — вздохнул он. — Тем быстрее мы сможем в него въехать.
— Внешний фасад сегодня доделали, да и работа над внутренней отделкой хорошо продвигается вперёд. Думаю, мы закончим все через неделю.
— Отлично! — сказал Лоренц. — Когда немагические работники наконец покинут дом, тогда мы сможем заняться темой оформления интерьера. У меня уже есть блестящая идея насчёт уютного освещения и подборки цветов.
— Звучит отлично. Пойду-ка я сначала приму душ, — Адам кивнул и исчез в ванной комнате.
— Он когда-нибудь прекратит это? — спросил Лоренц. — Я больше не могу выносить его самоистязание.
— Нет, — сказала я. — Перестройку он закончит. Он хотел сам спасти таинственный сад, и его терзает то, что он не смог это сделать. И я не смогу разубедить его.
Только когда дом будет готов, и ты вселишься, он расслабится, а потом его ещё какое-то время будут терзать угрызения совести, пока он наконец смирится, — оценила я ситуацию.
— Не нужно ему всё это. — сказал Лоренц. — Наш план сработал. Скара всё время в плохом настроение, а Ладислав Энде придерживается требований профессора Эспендорм и заказывает наши услуги только по вечерам в пятницу и в субботу.
— Ты же его знаешь, — сказала я. — Если он что-то вбил себе в голову, ты не сможешь отговорить его.
— Вот упрямец, — сказал Лоренц.
— Он такой, — ухмыльнулась я.
— Кстати, я очень благодарен тебе за твой совет с профессором Пошер. Когда вижу, как вы задыхаетесь от нагрузки, понимаю, что мы сделали хороший выбор, — Лоренц встал и прошёл к окну.
— Точно, — согласилась Ширли. — Профессор Пошер говорит, что достаточно, чтобы мы были внимательными на лекциях. Его не особо интересуют теоретические доклады и возвращение к прошлому. Самое важное, это семинары, и в упражнениях он по-прежнему бескомпромиссен, заставляет нас повторять их, пока у нас не получится всё правильно.
— Но в прошлом году всё выглядело иначе, — возразила я.
Я очень хорошо помнила, сколько он наваливал на нас работы.
— Нас там всего несколько человек, — сказал Лоренц, глядя в темноту. — Он может позаботится о каждом отдельно. А возможно также понял, что не так популярен из-за своего строгого стиля. В конце концов, в свою специализацию он заполучил всего восемь студентов. Видимо, это открыло ему глаза, и он работает над своим уровнем популярности.
— Звучит не плохо, — вздохнула я. — На водной специализации нас двадцать, а на огненной семнадцать студентов. Я слышала только у Нёлля почти никого нет.
— Может быть поэтому он всё такой же невыносимый, — сказал Лоренц. — Но это, видимо, не помешало ему динамично продвигаться вперёд. Дульса тоже изрядно стонет из-за большого количества работы.
— Да у него всегда плохое настроение, — ответила я.
В этот момент Адам открыл дверь ванной комнаты. Его волосы были ещё мокрыми, и он одел свежую одежду. Но это я заметила лишь мельком, потому что он смотрел на меня горящим взглядом. Ему не нужно было ничего говорить. Я встала, кивнула Лоренцу и последовала за Адамом в его комнату.
— Ты в порядке? — осторожно спросила я, кода Адам лёг рядом со мной на кровать.
— Да, — спокойно ответил он. — Я доволен продвижением работы.
— В Глиняном переулке?
— Именно, — улыбнулся он. — Извини, я устал и, вероятно, не очень хороший собеседник сегодня вечером. Кроме того, в моей голове крутиться всё вокруг Глиняного переулка и таинственного сада. С юридической стороны всё прошло гладко и быстро. Лоренц теперь официальный владелец, а бургомистр Нойфрид абсолютно доволен городским ландшафтом, — он обнял меня рукой и потянул за собой на кровать. — Думаю, я наконец достиг цели, и скоро у меня будет на одну заботу меньше.
Крепко обнявшись, мы лежали бок о бок и один бесконечный момент смотрели друг другу глубоко в глаза. В животе запорхали бабочки, и чем дольше я смотрела на Адама, тем сильнее и горячее ощущала счастье. Мы всегда думали, что наша любовь не сможет длиться вечно, и слишком часто ожидали, что всё закончится. И всё же, мы лежали здесь, и я чувствовала тёплое тело Адама рядом с моим.
— О чём ты думаешь? — спросил он, проведя пальцем вдоль моей щеки.
Его тёмные глаза бодро блестели, в них читалось любопытство, хотя его тело было таким тяжёлым и усталым, как можно было ожидать после целого дня тяжёлой физической работы.
— Я думаю о том, насколько я счастлива, что мы всё ещё здесь. Мы оба, — улыбнулась я, прижимаясь к нему крепче.
— Это верно, — серьёзно ответил Адам. — И каждый день, что проходит, даёт мне надежду, что мы ещё чуть-чуть приблизились к нашей цели «Навсегда». Последние недели у меня было слишком мало времени для тебя.
Он нежно поцеловал меня.
— И у меня тоже было слишком мало времени для тебя, — с сожалением ответила я.
— Как только строительные работы в Глиняном переулке 13 будут завершены, и строители больше не помешают нам зайти в таинственный сад, мы найдём друг для друга время, гораздо больше времени. Клянусь жизнью, — Адам тожественно поднял руку и ухмыльнулся.
— Не шути с этим, — испуганно ответила я.
— А я и не шутил, — он посмотрел мне в глаза. — Я сказал это совершенно серьёзно.
— Хорошо, Адам, — вздохнула я. — Я напомню тебе о твоём обещании, когда адмирал после выборов объявит о новой учебной кампании.
— Думаю, сначала нас оставят в покое. Пока Ладислав Энде вникнет во все государственные дела, несомненно, пройдёт несколько месяцев, — он от души зевнул.
— Надеюсь, и тогда у нас, наконец, снова появится больше время, чтобы позаботится о своих делах. Я хотела рассказать тебе ещё кое-что важное.
— С радостью послушаю, — в голосе Адама слышалась усталость.
— Пока я составляла списки для выборов, у меня появилась идея, где я могла бы начать поиск брата и сестры, — сказала я. — Если я найду более подробную информацию об этом самолёте, то, несомненно, также найду след, ведущий к брату и сестре. В конце концов, они, якобы, сидели в нём. Они и двое других непричастных к делу людей, как писала в то время «Хроника короны». Теперь, когда мы точно знаем, что в Антарктику прибыли только мать и отец, мои брат и сестра, несомненно, будут у этих неизвестных.