Страница 60 из 92
- Я сказал вам, что это будет странно.
- Давайте.
- Прежде всего, я могу читать в вашем мозгу. Среди лесного народа много телепатов, у них постоянная ментальная сеть, которая тянется через весь Торомон. Хотя я могу читать мысли, я отключен от этой сети. Полагаю, это потому, что я в некотором роде отступник, у меня другие интересы, а это не всем нравится. Эта часть информации, как я думаю, относится к войне, и, может быть, в самой важной степени, возможно, тайна ее окончания, победы или поражения. Первое, что скрывается в большинстве мозгов - невероятный слой вины. Я должен был бы пробиться сквозь него, но не могу, он под защитой телепатической сети, о которой я говорил. Я пытался получить какое-то объяснение от своего народа в лесу, но, хотя мне не мешали искать моими средствами, ключа я не получил. Вы единственная особа, у кого я могу определить эту информацию, и она не защищена сетью. Эту информацию вы вычислили сами в то время, как другие получили ее от другого и имели с ней дело, можно сказать, на официальном уровне, и поэтому в вас чувство вины даже более сильно, но то, чего я хочу, пылает под поверхностью вашего мозга. Особа, которой мы недавно пытались объяснить кое-что из этого, уверяла, что это болезненная фантазия, но согласилась нам помочь, как в гипотетической проблеме.
Они шли по холлу.
- Если я не защищена, - сказала Кли, - почему вы до сих нор не выкопали это из моего мозга?
- Вы работаете над объединенной теорией поля, и считаете, что это может оказаться великим открытием, я имею большое уважение к вашим мнениям, доктор Кошер. Если бы я стал копать, ваш мозг мог бы получить страшное потрясение, и могли бы пострадать некоторые ваши теоретические способности. Вы должны сами выудить это с моей небольшой помощью.
- Гипотетическая проблема, - улыбнулась Кли. - Я не знаю, реальна она или нет, но я вхожу в игру.
- Прекрасно. Только не пугайтесь. С час назад вы разорвали кусок бумаги и со злостью выбросили его. Почему?
- Откуда вы... Я ничего не рвала... - она была удивлена и растеряна. Ах, вы имеете в виду... Ну, это был дурацкий военный плакат, и я полагаю... (почему я так расстроилась?) - Почему вы так расстроились?
- Я не.., я хочу сказать, я просто удивилась, откуда вы знаете, что я разорвала этот плакат. Я была в своей квартире, дверь была заперта...
- Вас расстроило не это. Зачем вы принесли плакат домой?
- Потому что.., потому что мне не нравилась вся эта военная работа с самого начала. Мне не нравилась мысль, что наши люди умирают за барьером из-за... - она замолчала.
- Нет причины?
- Нет. Из-за моего открытия.
- Понятно. И поэтому вы бросили свою работу?
- Я.., да. Я чувствовала себя ответственной...
- Тогда зачем вы принесли к себе в дом этот плакат? Почему ждали все это время до тех пор, пока не решили оставить этот дом, и только тогда разорвали?
- Не знаю. Я было...
- Смущены, да? Что вас смутило?
- Я была смущена, потому что чувствовала свою вину. Я чувствовала себя ответственной за...
Откуда-то нахлынула злость. Какое у него право...
- ..за войну? Но у нас враг за барьером, доктор Кошер. Вы хотите сказать, что вы лично ответственны за весь правительственный и экономический поток, вызвавший войну? Вы должны знать, что здесь работает куда больше факторов, нежели одно ваше открытие.
- По личным причинам!
- Вы имеете в виду смерть вашего жениха, майора Тумара?
- Я имею в виду его смерть на войне.
- Я верю вам, - помолчав, сказал Эркор.
- Это ваше право.
- Сказать вам, почему?
- Вряд ли я захочу это слышать.
- Когда погиб майор Тумар?
- Мне не хочется говорить об этом.
- Он погиб весной, три года назад, при выполнении поручения уничтожить радиационный генератор за Тилфаром. Вы сделали свое открытие обратных субтригонометрических функций и их применение в случайных пространственных координатах три месяца спустя после смерти майора Тумара. Он погиб не за барьером, но на военной службе здесь, в Торомоне. Какое отношение имело ваше открытие к его смерти?
- Но я работала для правительства...
- Доктор Кошер, будь вы другим человеком, вы могли бы впасть в такого рода сентиментальность, но у вас крепкий, эластичный, в высшей степени логический разум. Вы знаете, что не поэтому чувствуете себя виноватой...
- Тогда я не знаю, почему я чувствую себя виноватой!
- Тогда ответьте: зачем вы принесли плакат домой, если бы вы не хотели воспоминаний о войне? И если вы были в ярости, если вы не были согласны со "своей этой военной работой", зачем вы содрали с забора тщательно приклеенный плакат? Почему он лежал скомканный полтора года у вас на столе? Не пытались ли вы себе напомнить о чем-то, что вы открыли, но во что не могли, не хотели верить? О чем-то, как вы сегодня подумали, вам больше не нужно напоминать, разорвать, выбросить в корзину, выкинуть из мозга...
- Но ведь больше никакой войны не будет, - перебила она. - Теперь у нас новый король. Будет объявлен мир, все вернутся обратно и не будет никакой... - ^ она говорила быстро и громко. Они почти дошли до тронного зала. В холле не было ни души. Кли выглядела потрясенной. Что-то лезло в ее мозг, она сопротивлялась, выталкивала это. Но как только давление на мозг прекратилось, он расслабился. И это произошло. Это хлынуло со дна ее мозга, как прибой, как гейзер, вошло в ее сознание и воспарило. Она прислонилась к стене и прошептала:
- Война...
Но Эркор сделал шаг вперед. ЭТО ударило его мозг почти так же жестоко, как и ее. Он пытался отползти от этого.
- Но мы выиграем войну! У нас враг за барьером, но мы можем... - он растерянно оглядывался по сторонам. - Какая война! - выкрикнула Кли. - Ох, вы не понимаете! КАКАЯ ВОЙНА!
Глава 12
Илло воткнул указатель в грязь. Кто-то спросил:
- Откуда ты знаешь, что он указывает правильно?
- А какая разница! - Илло пожал плечами.
Тил стоял рядом с Торном. Хижины на краю нового лагеря едва виднелись сквозь туман.
- Хорошо снова быть в лагере, - сказал Торн.
- Угу. Чувствуешь, что вроде как снова стоишь на земле. Знаешь, я тут долго думал насчет Разведчика.
- Не ты один, - сказал Торн, показывая на группу солдат вокруг грузовика. - Какова же твоя личная мысль?