Страница 30 из 128
- Как глупо было с моей стороны рассчитывать на что-то другое, - с притворным сожалением парировал он.
С трудом отведя взгляд от Драгомира, я посмотрела на застывшую с тарелкой Аляну, и, чтобы избавиться от замешательства, с вызовом поинтересовалась:
- Вас не учили, что подкрадываться и подслушивать – нехорошо? – когда я закончила говорить, брови на лице подруги поползли вверх, а глаза стали похожи на два огромных блюдца.
— Не хочешь быть подслушанной– не говори то, о чем потом будешь сожалеть, – по лицу Кощея было видно, что раскаиваться он не собирался.
И этот невыносимый человек смел меня еще поучать!
— Вы должны были еще при первой нашей встрече представиться должным образом! — запротестовала я, заметив, что девушки бросают на меня убийственные взгляды.
— Для того, чтобы ты тут же открыла на меня охоту? Кажется, именно меня ты пророчила в мужья своей подруге? – сухо осведомился он и окинул меня оценивающим дерзким взглядом. – Не забывай: за тобой должок.
— С Вами забудешь… — процедила я, пылая праведным гневом. — И вообще, Вы нам не подходите.
Тарелка выпала из ослабевших рук Аляны и, громко ударившись об пол, разлетелась на несколько частей. Тарталетки и кусочки нарезки веером разлетелись по полу. Подруга жалобно посмотрела на меня.
- Не подходите, - повторила с нажимом и плечи лесной Ежки поникли.
Обманчиво небрежно Драгомир обвил руками мою талию и прижал к себе:
- Может ты меня себе присмотрела?
Взволнованная и разозленная подобной вольностью, я смерила его испепеляющим взглядом.
- Ваши намеки бессмысленны! У меня жених есть, – заявила уверенно.
Кощей не стал настаивать и на удивление быстро убрал руки, а затем, будто ничего не произошло, вежливо произнес:
- К сожалению, я должен откланяться – меня ждут обязанности хозяина.
- Не смею Вас дольше задерживать.
Его губы напоследок изогнулись в ослепительной улыбке, и Драгомир направился к группе девушек, стоявших неподалеку от нас.
Ежки при его приближении растеряли весь свой напускной лоск и стали нервно поправлять наряды, прическу, украшения.
— Что это на них нашло?— зло недоумевала я.
—Разве сама не понимаешь? —спросила Аляна, вставая рядом, —Они просто хотят ему понравиться.
Отдав предпочтение одной из девушек, Драгомир вывел ее в центр зала. Еле переставляя ноги, она с обожанием смотрела на него. Подбодрив девушку улыбкой, Кощей уверенно повел ее в танце.
Я как раз размышляла над тем, кого мы следующим выберем в женихи подруге, когда потерянный из вида за ненадобностью Валентин подошел к нам. Окинув меня оценивающим взглядом, Носатый, ухмыляясь, протянул:
- Прелестная юная дева, белый вам к лицу! Вы -как редкий ангельский цветок, окруженный сорняками.
Ангельский цветок?! Он серьезно? И этот туда же!
От такого витиеватого и сомнительного комплимента мне захотелось заскрежетать зубами. Зато кружащая возле стола с закусками девушка в костюме крылатой змеи сдерживаться не стала. Услышав это сравнение, она с шипением обнажила маленькие, вполне себе настоящие клыки. Тарелка в ее руках дрогнула, и по кровожадному взгляду девушку было ясно: она не прочь увидеть голову наглеца на ней.
Ничего не замечая, уверенный в своей неотразимости, Валентин был похож на раздутого от важности индюка. На Аляну мужчина тоже не произвел особого впечатления – с тоскливым выражением на лице она не сводила глаз с Драгомира и его спутницы.
Довольно прищурив глаза и выпятив грудь, мужчина терпеливо ждал моего ответа.
—За оригинальность маскарадного костюма отвечает мой сундук, — милостиво просветила его я, лениво наблюдая за скользящими в центре зала парами и, будто бы между прочим, призналась: — Ненавижу белый цвет.
Уточнять, что этот цвет впал в мою немилость с сего момента не стала.
— Чтобы поднять Вам настроение, я готов на все, в том числе и пригласить на танец, — преувеличенно торжественно предложил Носатый. Держался при этом он так, словно делал мне великое одолжение.
Увлекшись игнорированием Валентина, я не сразу поняла, что чересчур долго не свожу глаз с Драгомира. Как назло в это время он слегка наклонил свою даму в танце и наши глаза встретились. Его брови насмешливо изогнулись, а губы растянулись в дьявольской улыбке, и я поспешно перевела взгляд на Валентина.
Разозленная самоуверенностью этих мужчин, ответила резче, чем хотела:
— Танцы —последнее, о чем я сейчас думаю!
— Чего тогда желает такое очаровательное создание?— не сдавался мужчина.
Я чуть не ляпнула: «Чтобы он испарился», но вовремя прикусила язык. Неподалеку от нас стояла сама мадам сваха. Одетая в неизменно темное платье строгого покроя, она наблюдала за мной, не скрывая презрения, так что пришлось призвать всю свою выдержку и блеснуть манерами.