Страница 22 из 106
— Блёнвенн, с тобой всё нормально? — в голосе норда зазвучало беспокойство.
— Да, — девушка приятно улыбнулась. — Эти доспехи мне одна сволочь испортила. Но без этого я бы Соловьиными доспехами не обзавелась. И вон тем мечом и луком, — архимаг ткнула в подаренное Карлией оружие.
— А этот лук?
Улыбка с лица Довакина испарилась: лук Ауриэля был, бесспорно, прекрасен, сослужил во благо, но вот ради его получения пришлось столкнуться с не слишком приятными личностями: Гелебор представился бесхребетным трусом, будто бы не желавшим помогать ни родному брату, ни служившим под его началом прелатам, а Виртур был просто обидевшимся на мир фанатиком, и потому возвращать лук снежным эльфам не хотелось из вредности. Таким же фанатиком, только ещё более сумасшедшим, был и сам лорд Харкон — и уж он точно заслужил своей участи. А Серана… архимагу иногда казалось, что вампирша преследовала более приземленные цели, чем попытка остановить свихнувшегося отца: свою мать она так и не удосужилась вытащить из Каирна Душ, в Коллегию вступать не захотела, да и исцеляться от вампиризма не торопилась. И Стражей Рассвета такое соседство словно начинало устраивать, раз Серана до сих пор не сбежала от них в Винтерхолд, предпочитая затапливать новую смертную подругу потоками нытья в письменной форме.
— А этот как раз наоборот — аэдрический, — поправила Драконорожденная. — Лук Ауриэля. Забрала у парочки ненормальных эльфов, чтобы убить им одного ненормального вампира, и теперь из вредности не возвращаю.
Правитель Винтерхолда позволил себе довольный смешок.
— Правильно. И не возвращай.
Довольные смешки подхватила и архимаг.
— Кстати, издалека и в полутьме тебя вполне с Брином можно спутать.
— Вот именно, что издалека и в полутьме.
— Ну, если ещё немного с гримом поколдовать — вполне можно и людям вместо тебя показать.
— Блёнвенн, я понимаю — ты за меня по-дружески переживаешь, но не надо мне такого двойника. Дерьмового, к тому же.
— Так я и не предлагаю. Насчет дерьмовости… говорят, у самого императора толпа паршивых двойников.
— Ну, так то — император. А я всё-таки норд, не учили меня так от смерти прятаться. Всё же когда стражники или хускарл защитит — это одно, а когда ты вместо себя другого на убой отдаешь, а сам прячешься где-нибудь… не знаю, не по мне это.
— Вот поэтому я для тебя кое-что приготовила, — Довакин взяла со столика пентаграммы душ зачарованный амулет. — Надевай.
Подавляя недоверчивость, Корир повесил на шею выглядевший старинным амулет; девушка неожиданно для него самого взяла в руки кинжал, молниеносно схватила его руку и нанесла столь же молниеносный удар. От неожиданности мужчина застонал и выругался — но заметив, что клинок не оставил на коже ни царапины, засветился счастьем, граничащим с недоумением.
— Как…
— Можешь не спрашивать, ответ один будет, — пояснила девушка. — Кинжал остановит, немного смягчит удар мечом или топором, насчёт стрел, болтов, молотов или булав — не знаю. Если у тебя есть какое-нибудь ожерелье — могу его так же для Тейны зачаровать. На всякий случай.
— Ты так за нас переживаешь, — благодарно произнес норд. — Спасибо тебе.
— Случится с тобой чего — и кто меня выпивкой угощать будет? — с улыбкой ответила бретонка. — Онмунд у меня непьющий!
Мужчина рассмеялся.
— Приводи его к нам — исправим.
— Легат как-нибудь думает Галмара с Каем искать?
— Выслал разведчиков прочесывать местность и решил высылать по дорогам патрули. Нам с тобой остается только ждать.
— Если успехов не будет — передай ему, что я готова в любой момент помочь. Хоть на драконе владение облечу!
— Думаю, он это сам понимает.
Архимаг и ярл довольно расположились за столом — как раз напротив развешенной на стене коллекции оружия.
— Ашур письмо сегодня прислал, — похвастался Корир.
— И как ему Солитьюд?
— Большой.
Комментарий к Паранойя
LaaS - первое слово ту’ума “Шепот ауры”
========== Неверие ==========
Драконорожденная не могла найти себе места: хотелось уже, наконец, выяснить, где прячется Галмар, кто в городе с ним заодно. И если владение она могла облетать сама, днем, и практически без риска для себя, то первое представлялось сложной задачей. Может, кого-нибудь отправить в таверну — отсеивать кандидатов, а уж затем работать подробнее? Вариант хороший, но кого попросить заняться этим? Энтир? Босмер не выглядел хорошим вариантом — если норды заметят рядом с тобой эльфа, даже скрывающего лицо капюшоном, они будут более бдительными, а то и вовсе предпочтут сторониться, да и не совсем архимаг этому торгашу доверяла. Остальные и вовсе не обладали достаточными навыками. Самой всё делать? Это может занять много времени, к тому же, Дагур, Харан или Эйрид с большой долей вероятности узнают её и провалят весь план. А если нет — у людей возникнет вопрос, почему архимаг в таверну не заходит. Впрочем, если разрабатывать только того подозрительного помощника кузнеца — Онмунд вполне справится. Особенно если попросить его предпочесть магической робе обычную одежду. А Энтира, Брелину и Дж’Зарго — которые уж точно не желают ей смерти — пока что просить следить за другими учениками, теми, что покажутся им подозрительными. Только как им объяснить, что они должны понимать под «подозрительными»? Будут задавать странные вопросы? Да. Интересоваться расписанием дня архимага? Да. Возможно, они не будут проявлять должного усердия к знаниям? Не показатель — усердие можно легко подделать. Будут часто бродить в одиночестве или просто разглядывать здание Коллегии? Коллегия Винтерхолда — величественное древнее строение, сама архимаг, когда прибыла в город впервые, была заворожена её видом. Чтобы вызвать подозрения, разглядывать надо тёмные углы и скользкие перила, места, откуда проще можно сбросить, или где проще нанести предательский удар в спину.
Бретонка вновь повернула голову на стойки с оружием. Вновь нахлынули воспоминания о былом, когда она ещё только исполняла предназначение Драконорожденной, вспомнились те, кто пытался (или искренне считал, что пытается) помочь ей и защитить. Клинки. Бывшие телохранители императора, воины с превосходной подготовкой и первоклассные шпионы. Последнее бы сейчас очень пригодилось архимагу. Но связываться с истеричной бретонкой, чудаковатым нордом-стариком и деревней Изгоев, с которыми те невесть как подружились, не хотелось. Клинки опять начнут требовать смерти Партурнакса, Дельфина устроит очередную истерику, начнет приписывать себе заслуги, которых она не совершала… Как можно защищать, посылая в самое пекло, а самой отсиживаться в безопасности? Как можно направлять, заставляя идти на почти самоубийство? Может, Клинки вообще заслужили всё то, что с ними произошло?
Блёнвенн вышла из своих покоев. В Зале Стихий обнаружился Дж’Зарго, практиковавшийся в меткости на безвинных стенах. Кот бросил на архимага приветливый взгляд, в котором всё так же читались нотки зависти.
— Госпожа архимаг, — промурлыкал он.
— Идем в Зал Достижений, — негромко попросила бретонка. — Позовешь Онмунда с Брелиной, а я схожу за Энтиром.
— Но зачем? — в глазах хаджита заиграло недоумение.
— Надо поговорить.
Чувства Дж’Зарго разделили и Брелина с Энтиром — Онмунд же догадывался, зачем архимаг решила поговорить с ними четырьмя наедине. Молодые волшебники, однако, молча следовали за бретонкой в её покои.
— Итак, мы здесь, — вздохнул босмер. — Можешь, наконец, объяснить, зачем ты привела нас в свои покои?
— Привела я вас сюда потому, что только вам четверым я могу доверять.
Хаджит и лесной эльф с ухмылками переглянулись. Их расам доверять вообще не принято, а Энтир так вообще часто получал от бретонки нагоняи за то, что не выполнял её поручения в установленные сроки. Босмер затем едко поднял бровь, будто бы начал о чем-то догадываться. Дж’Зарго растерянно посмотрел на старшего товарища, а затем боязливо перевел взгляд на Драконорожденную.
— У меня есть подозрения, что в Коллегию может проникнуть агент под прикрытием. От Талмора или Братьев Бури.