Страница 77 из 91
Дальнейший наш разговор прервался некими людьми, желавшими видеть Предвестницу.
— Ярл желает видеть тебя, — произнёс один из посыльных. — Как можно скорее.
— Ярл знает, что у меня много дел. Он не сказал, зачем я ему? — парировала нордка.
Эти люди и их приглашение к ярлу насторожило меня: зачем Балгруфу понадобилась Лидия? Может, произошло что-то важное? Или ему донесли о нашем расследовании?
— Нет. Лишь велел тебе придти к нему сразу, как только сможешь.
Мы переглянулись: что же, у меня есть повод пойти в Драконий Предел, расспросить служанок и попытаться припугнуть Провентуса… только вот чем я его пугать буду? Бумаги он ведёт исправно. В воровстве из казны не замечен, иначе его дочери не пришлось бы целыми днями торчать в кузне, а её мужу — за прилавком. Обвинить Ульфберта в поклонении Талосу? Нет. Об этом и речи быть не может — в этом случае Балгруф точно уничтожит меня, и Лидия не станет ему препятствовать, а у меня только жизнь налаживаться начала. Ладно, разговор с управителем придётся перенести на более поздний срок… а, может, он и вовсе не понадобится. Предвестница кивнула мне и направилась за посыльными, я немного подождал в Йоррваскре и затем отправился за ней. Лидия уже поднималась по ступенькам Драконьего Предела, стражники чинно салютовали ей, она жестами приветствовала их. Я предпочёл ускориться, и вскоре оказался от неё на расстоянии чуть больше десяти шагов.
Балгруф ждал её в комнате для совещаний, где обычно происходили рабочие разговоры; я затаился и приготовился подслушивать.
— Я слышал, что тебя интересует смерть Вигнара, — напомнил ярл.
— Это так, — призналась Лидия.
Я недовольно зажмурился: всё-таки Балгруф узнал о нашем расследовании. Только вот зачем Лидия так честно признаётся в этом? Впрочем, её никто не бил отравленным и зачарованным кинжалом, ей в ужин не подсыпали яд, у неё нет причин не доверять своему ярлу.
— Зачем тебе это? От его смерти ведь все выиграли. Посмотри на Йона и Ольфину: они наконец-то получили возможность быть вместе, Йорлунд и Олфрид готовы прилюдно пожать друг другу руки в знак заключения мира… В конце концов, твой новый брат по оружию может больше не бояться за свою жизнь. Разве это плохо?
Эти слова едва заставили меня сдерживать негодование: неужто Балгруф сам не хотел избавиться от меня? Или в его понимании подсыпанная в ужин гадость или отравленный кинжал в живот — это простые дружеские шутки?
— Вигнар был Соратником, героем Войны, в конце концов, он был здоров, как бык…
Ярл позволил себе смешок.
— Вигнар был стар, и я давно не видел его с мечом в руках. Говорят, даже если самый здоровый человек начнёт много злиться, мало упражняться, но много пить и есть жирного и жареного, то он быстро умрёт. Вигнару даже… повезло, что он прожил так долго.
Лидия держалась спокойно, единственное, что выдавало её волнение — это поглаживание ножен меча.
— Возможно, вы и правы, мой ярл, но что если Вигнар и правда был убит? Например, отравлен?
Балгруф с грустным лицом развёл руками.
— В любом случае, он умер не от оружия — а значит, Шор не призвал его. Скажи, Лидия, неужели тебе хочется тратить свои время и силы на расследование смерти ворчливого старика, когда вокруг столько всего происходит? Серебряная Кровь угрожает нам с запада, Мавен — с востока, где-то на севере прячется недобитый Галмар… Твоя сила и знания твоего друга понадобятся нам здесь, чтобы справиться с этими угрозами.
— У вас есть какое-то дело для Соратников, мой ярл?
— Нет. Пока что. Но кто знает?
— Тогда простите. У меня в Йоррваскре ещё есть дела.
========== 36 ==========
Лидия покинула Драконий Предел — наверняка она вернулась в Йоррваскр. Мне пока что следует расспросить служанок, которых Альдегунд нашла легкомысленными. Может, они заодно и проболтаются, чем можно припугнуть Провентуса.
Седую моложавую бретонку с шрамами удалось найти возле самого выхода за уборкой.
— Можно говорить с тобой? — позвал я. — Обещаю, надолго не отвлеку.
Фианна кивнула мне и позволила отвести себя в сторонку.
— Скажи, ты знаешь, кому леди Альдегунд заказывает себе разные алхимические принадлежности и ингредиенты?
— Конечно. Управителю, — бретонка качнула плечами, словно говорила совсем уж очевидные вещи.
— И Провентус сам лично выполняет её просьбу?
Бретонка начала мяться, словно не хотела разговаривать со мной, и пришлось подбодрить её золотой монеткой.
— Нет. Он перепоручает это своим помощникам.
Конечно, этого и следовало ожидать. Помощники наверняка верны Альдегунд, и купить их будет так же сложно. Может, эта служанка слышала, когда, например, ярлова невеста заказала себе новые инструменты.
— А ты слышала, может, леди недавно заказывала что-нибудь для себя?
Служанка снова замялась, я снова подбодрил её монетой, однако этого будто оказалось недостаточно. Потратить больше денег я не мог себе позволить.
— Пожалуйста, постарайся вспомнить, — попросил я.
— Кажется, дней пять назад пришла какая-то посылка для леди. Больше я ничего не знаю, клянусь вам, — Фианна боязливо оглядывалась по сторонам, словно боялась, что нас с ней увидят, и что за этот разговор она понесёт наказание.
Дней пять назад. Совпадает по срокам — с учётом того, что по крайней мере день Альдегунд наверняка готовилась.
— А ты не знаешь, попадалось ли в мусоре, который приказала вынести леди, что-нибудь странное?
— Нет, господин. Не замечала. Простите, мне надо работать.
Эта женщина определённо запугана — не исключено, что Альдегунд предугадала этот мой шаг и велела своим людям поговорить с наименее надёжными служанками. Но раз Альдегунд заказывает свои принадлежности Провентусу, то наверняка этот имперец делает в своих конторских книгах какие-то отметки — поэтому стоит во время обеда проникнуть в его кабинет и порыться в его документах.
— Конечно. Извини за беспокойство.
Фианна поспешно вернулась к работе, делала вид, что усердно подметает пол, а мне пришлось вернуться в Йоррваскр — будет смотреться слишком подозрительно, если я останусь во дворце сейчас. Лидия с Эйлой расположились где обычно; Охотнице доверяю и я, и Предвестница, потому можно поговорить в её присутствии.
— Хорошо, что ты подошёл, — обрадовалась Лидия.
Я присел за стол, где обычно мы занимались бумажными делами.
— Лидия мне рассказала, что вы тут затеяли, — Эйла одарила нас недовольным взглядом. — Не знаю даже, что и думать… с одной стороны, Вигнара совсем не жаль, если честно, с другой…
Охотница грустно вздохнула.
— Если бы дело происходило где-нибудь в Солитьюде или, на худой конец, в Маркарте, я бы поверила, что от Вигнара решили избавиться, но что всё это Балгруф если не провернул, то приказал провернуть… Я никогда не думала, что он… такой.
— Он уже много лет у власти, должен уметь играть в грязные игры, — заметил я.
— Да, конечно. Но… знаете, если это правда, то не стоит вам дальше всем этим заниматься. Альдегунд он всё равно не бросит, у него на этих двоих, кажется, с самого начала знакомства большие планы.
Лидия усмехнулась.
— Всем казалось, что у него и на Блёнвенн были большие планы, — заметила Предвестница. — Титул тана чуть ли не в первый день знакомства, дом за символическую цену, помощь в поимке Одавинга, закрытие глаз на кое-какие её… проступки. Только всё не так обернулось, как он хотел.
Эйла подняла бровь.
— Ты уверена? Если ты сейчас про Винтерхолд, то, может, это был очередной его «хитрый план» — посмотреть, что всё же твоя Блёнвенн из себя на самом деле представляет, проверка на вшивость, так сказать. Она не предала своего Корира, помогла ему остаться на троне из-за своих личных чувств, но Винтерхолд при этом на сторону Империи перешёл… Думаю, наш ярл узнал всё, что хотел.
В словах Охотницы был здравый смысл. Но я присутствовал при том разговоре, и он больше напоминал разговор с провинившимся агентом, чем успешную «проверку на вшивость».