Страница 76 из 91
— Вам нужна будет защита, и я постараюсь её обеспечить. А в ответ вы можете мне рассказать, что это за растение?
— Про растение я вам и сейчас вам всё расскажу. Это аконит, он растёт в Сиродиле, особенно много его в Великом Лесу и Хартленде, чуть меньше — в Нибенейском бассейне.
Странно, что Альдегунд решила использовать сиродильское растение для своей грязной работы, а не взяла что-нибудь вроде ядовитого колокольчика или паслёна, которого в Скайриме хватает!
— Что обычно с ним делают в Сиродиле?
— В зависимости от фантазии, — Аркадия качнула плечами и состроила забавную гримасу. — Кто-то из его корневой мякоти варит зелье, чтобы стать сильнее и выносливее, кто-то соседских собак травит, кто-то стрелы его экстрактом обрабатывает и затем на волков и пум охотиться идёт, некоторые в очень малых дозах при сердечных болезнях принимают. Даже спрашивать не буду, где вы нашли эту веточку.
— А почему эти инструменты пришлось так изогнуть?
Аркадия задумалась.
— С аконитом можно работать только одними инструментами — настолько он пропитывает всё, с чем прикасается.
Наверное, на моём лице проступила испуганная гримаса.
— Не переживайте: от простого прикосновения к этому растению ещё никто не умирал. А вот мешочек, боюсь, вам придётся выбросить. Если позволите, я постараюсь доказать, что именно с помощью этих инструментов делался экстракт.
Я протянул испорченные инструменты поперёк прилавка, имперка тут же спрятала их.
— И, пока я не забыл: Лидия действительно просила меня кое-что купить для неё, — я выложил на стол список покупок и горсть монет, которой должно было хватить для оплаты.
Аркадия развернула лист бумаги, и я, наконец, смог разглядеть, что хотела купить Предвестница: собачий корень, шишки хмеля, пустырник… Насколько я знаю, все эти травы действуют на разум успокаивающе, а хмель — это компонент, который определяет, насколько пиво или медовуха будут крепкими. Никогда бы не подумал, что Лидия нуждается в чём-то подобном, с другой стороны — я её понимаю. Управление оравой сорвиголов, которых нужно хорошо кормить и поить, и которым нужно подыскивать интересную работёнку, отнимает много сил.
— Вот, пожалуйста, — имперка протянула мне несколько тряпичных мешочков, набитых чем-то пахучим. — Денег хватает.
Вообще она должна была дать мне немного сдачи, но буду считать, что эти деньги пошли в оплату всего, что рассказала мне эта женщина, и что она собирается сделать с инструментами.
— Спасибо, — я изобразил дружелюбную улыбку и покинул лавку.
Пожалуй, теперь стоит сходить в Йоррваскр, рассказать всё Лидии и попросить у неё пару человек для защиты Аркадии: всё же эта имперка теперь — свидетель, которому могут навредить. Я быстро миновал рынок, поднялся в Ветреный район, пересёк площадь и поднялся по ступенькам, ведущим в Йоррваскр. Лидия вместе с Эйлой и нордами-близнецами разбирали споры воинов друг с другом, мне пришлось подождать некоторое время. Да, не все Соратники представляют собой идеалы храбрости и мужества, они так же способны проявлять трусость либо же чрезмерную жестокость, порой крадут друг у друга… Но за это они несут наказание: деньгами или изгнанием. Когда всё закончилось, Предвестница подозвала меня к себе.
— Это — для тебя. Аркадия оставила сдачу себе, — я протянул покупки нордке.
Лидия едко подняла уголок рта, словно ничего другого от имперки не ожидала.
— Люсия узнала что-нибудь ещё интересное?
— Думаю, тебе лучше услышать это от неё самой. Она сейчас на кухне, решила помочь женщинам помыть посуду. Знаешь, кажется, она здорово напугана.
Девочку действительно удалось найти на кухне: тарелки она мыла с таким самозабвением, словно процесс помогал ей отрешиться от всех проблем этого мира.
— Люси, — добро позвала Лидия, присев перед ребёнком на корточки. — Расскажи нам ещё раз, что с тобой произошло вчера вечером.
Люсия дрожащими руками поставила отмытую тарелку на стол, крепко сжала губку, опустила взгляд на грязную воду, на поверхности которой плескались остатки мыльной пены.
— Вчера поздним вечером я задержалась возле дворца — думала, может, узнаю что-нибудь интересное, или расскажу Альдегунд что-нибудь о… том, что вы разрешили.
Что мы разрешили? Не помню, чтобы я разрешал этой девочке рассказывать что-нибудь ярловой невесте. Неужели Лидия с Эйлой ведут какую-то свою игру в тайне от меня? Пока что я сделал вид, будто не обратил на эти слова особого внимания — надеюсь, успешно.
— Я прошла к чёрному ходу — служанки, которым она доверяет больше всего, заходят туда, чтобы выслушать нас. Обычно они так и делают — выслушивают нас, затем передают наши слова леди Альдегунд, а она уже решает, кого из нас ей выслушать получше, и стоит ли нам заплатить больше. Но вчера там стояла лишь одна девочка — я никогда её прежде не видела.
Руки Люсии задрожали сильнее.
— На ней был кожаный плащ с капюшоном, она постоянно прятала под него своё лицо, мне только удалось понять, что у неё короткие тёмные волосы, и роста она невысокого… наверное, бретонка.
Темноволосая бретонка — пока ничего такого, что может насторожить. Вайтран — холд, где проживают представители практически всех рас. А что девочка лицо под капюшоном скрывает… Я изо всех сил пытался найти этому объяснение, и в голову приходило лишь обычное стеснение своей внешности.
— И что было дальше?
— К нам подошла женщина — на вид обычная служанка, волосы под платком скрыты, в скромном платье, но она слишком долго уж беседовала с этой девочкой. Я позволила себе затаиться в тени, пыталась понять, почему же они так долго разговаривают. И тут я поняла: к этой девочке вышла сама леди! Она… она никогда не переодевалась в прислугу, чтобы встретиться с нами, приходила в своих обычных нарядах, служанки только сопровождали её. Они о чём-то говорили, о чём именно — я не расслышала, что-то про встречу в пещере и Данстар, а затем девочка повернула в мою сторону голову… У неё глаза светились, клянусь вам!
Девочка со светящимися глазами? Надо же, в подчинении леди Альдегунд вампирша состоит. Интересно только, сколько этой «девочке» на самом деле лет и что удерживает её от того, чтобы выпить у невесты вайтранского ярла кровь или просто превратить в своего трэла?
— А ты можешь рассказать нам, кого из служанок нам не стоит опасаться? — я решил сменить тему.
— Фианна, бретонка — вы легко отличите её от других, она молодо выглядит, но волосы у неё уже седые, и три шрама на щеке, словно зверь какой подрал. Леди считает, что она слишком легкомысленна, чтобы… помогать ей.
Остальные служанки, которых Альдегунд не успела завербовать, так же были либо чрезмерно болтливыми, либо легкомыслены. И, соответственно, вряд ли подойдут в качестве информаторов и нам. С другой стороны, мне ничего не помешает просто опросить легкомысленных, возможно даже, немного припугнув их.
— Ты молодец, Люси, — похвалила Предвестница. — Как вымоешь посуду — отдохни. Я думаю, Рия с удовольствием угостит тебя какими-нибудь сладостями.
Надеюсь, Лидия некоторое время прикажет девочке не высовываться из Йоррваскра: вампирша наверняка заметила её, наверняка рассказала своей смертной подруге о своём наблюдении… И, возможно, Альдегунд уже обдумывает, что делать с Люсией.
— Узнал что-нибудь у Аркадии? — спросила Предвестница, когда мы вышли в общий зал.
— Это аконит. Растёт в Сиродиле. Ещё он пропитывает всё так, что с ними можно работать только одними инструментами. И ещё…
Я намеренно отвёл Лидию в сторону.
— Кажется, Альдегунд знает о том, что мы копаем под неё, и мой поход к Аркадии уже предугадала. Когда я зашёл в лавку, там были ещё два типа — явно не простых покупателя.
— Ты хочешь, чтобы я отправила кого-нибудь из своих приглядеть за Аркадией? — догадалась Предвестница; в ответ я кивнул. — Хорошо. Пока что отправлю двоих, а вечером напишу Блёнвенн и попрошу выделить ещё кого-нибудь из своих, кто алхимию любит.