Страница 13 из 48
Снова хочет разозлить меня, заставить совершить глупый поступок. Зачем он это делает?
— Но довольно болтовни, — норд развернулся ко мне спиной и направился к своему дракону. — Пусть подождёт моего возвращения вместе с остальными жителями Солстхейма.
— Ты не ответил на мои вопросы, норд!
Мирак делал вид, что не слышит меня, оседлал дракона и улетел прочь, а надо мной склонились двое существ с щупальцами и принялись бить меня заклинаниями, причиняя невероятную боль, пока перед глазами всё не расплылось.
— Что с тобой произошло? — испуганный голос Фреи неожиданно успокоил и ободрил меня; что же, по крайней мере, эти твари не убили меня, хотя на какое мгновение я был уверен в обратном. — Книга у тебя в руках, а потом вдруг… тебя как будто бы здесь не было, ты был где-то там, далеко.
— Я не знаю, — признался я. — Эта книга перенесла меня куда-то, где я увидел Мирака.
— Всё опять сходится, — вздохнула скаалка. — По легенде, Херма-Мора куда-то унёс Предателя в самый последний момент перед его смертью. И значит, всё это время Мирак был жив и лишь копил силы для нового удара. Пошли, мы должны рассказать всё моему отцу! Книгу не забудь!
Пришлось взять тяжеленный фолиант в охапку и, перехватывая его, бежать вслед за воительницей. Женщина вновь открыла какой-то потайной ход — на сей раз ведущий наружу. Холодный свежий воздух ударил прямо в легкие.
— Вон, посмотри на то зелёное свечение. Это осквернённый камень Ветра, там мой народ работает против своей воли. А там, — Фрея махнула рукой в сторону пика Фрукт, — Застава Сиринга. Мы с тобой отправимся туда завтра утром.
Кажется, я понимал, о каком месте говорила воительница — я уже был там, видел такую же Стену, как и в храме Мирака. Возможно ли, что GOL взялось в моей голове оттуда?
— Ты говоришь о древних руинах со стеной, на которой высечены непонятные символы?
— Да. Ты уже был там?
— Был. Я не знаю, как это объяснить тебе, но там меня впервые посетило видение, о котором я говорил тебе. Стена говорила со мной, а когда я убил дракона, в моей голове зазвучало слово.
Я намеренно не стал ничего утаивать от скаалки: всё равно она единственная, кто хоть как-то воспринимает мои рассказы всерьёз, и кто не спешит объявлять меня сумасшедшим. Хотя бы это успокаивало меня — и неважно, насколько низко я пал, раз готов делиться такими вещами с дикаркой. Я — не сумасшедший. И приятно, что хоть кто-то считает так же.
— Значит, ты уже начал овладевать той силой, какая есть у Мирака, — ободрила она. — Пожалуйста, попробуй с её помощью освободить мой народ. Прошу тебя, просто попробуй. Я не могу больше смотреть, как они страдают.
Как бы женщина не пыталась строить жалобливый взгляд, как бы не старалась умолять меня, я буду равнодушен. Множество раз я видел этот взгляд, слышал такие интонации у тех, кого мне предстояло допрашивать или убить.
— Мне плевать на твой народ. И ты это понимаешь.
— На твоих воинов тебе тоже плевать? Хочешь узнать наверняка, сможешь ли ты им помочь, или им суждено однажды упасть замертво от усталости?
На сей раз Фрея была спокойной, в её взгляде и голосе не было слышно ни единой злобной или истеричной нотки, она просто искала, на что надавить, за что задеть. И она нашла.
— Хорошо. Я попробую.
***
— Тогда ты Крикнул в первый раз? — Арнгейр позволил себе перебить меня.
— Да.
Это был очень странный опыт, Мастер. Я даже не догадывался, что означало это слово, не понимал, что я вообще делаю, на какое мгновение мне хотелось рассмеяться над собой же. Я — офицер армии Альдмерского Доминиона, достигший хороших результатов в изучении заклинаний нескольких школ, моя раса живёт и дышит магией, даже у полукровок сохраняются задатки к её изучению, но я абсолютно не представлял, как должно сработать это странное заклинание, что мне вообще нужно с ним делать! Но в тот день я впервые осознал, что именно значит быть Драконорождённым, какие именно силы мне даровал Ауриэль или кто-либо ещё. Ты говоришь, что у обычных смертных уходят десятилетия, чтобы их дыхание стало огнём или ледяной бурей, а мне для этого достаточно убить одного дракона или же немного помедитировать. Мизерная цена для такой силы. Да, ты прав — я не знаю, как моё руководство отнесётся к моему дару. Скорее всего, меня просто будут использовать и в конечном итоге от меня избавятся. Возможно, меня сочтут опасным и сразу попытаются убить.
— GOL, значит, — многозначительно повторил Седобородый. — И ты до сих пор не знаешь, что означает это слово?
Отрицательно завертел головой.
— «Земля». Оно означает «земля». Твой Крик воззвал к ней и помог скинуть проклятие. Хотя, возможно, я ошибаюсь. И что случилось после того, как ты Крикнул?
***
Постройки, сделанные руками пленных скаалов, покрылись трещинами — такими же рыжими, ржавыми, как и слово. Люди будто воспрянули от долгого сна, но когда постройка разлетелась по сторонам и изниоткуда появилась ещё одна тварь из моих снов, никто не понимал, как лучше поступить. Часть из них пыталась напасть на чудовище, другая убегала и пряталась.
— Фанари, уводи людей!
Фрея, укрепив своё тело заклинанием, набросилась на чудовище, пытаясь перерубить ему ноги. Её соплеменница тем временем приказала своим людям уходить, уводила всех куда-то. Тем лучше: не будут мешаться.
Тварь пыталась уворачиваться от ударов, норовила пинком отбросить воительницу на камни, тем самым серьёзно ранив её. Я принялся отвлекать чудовище молниями, оно мерзко пищало, пыталось дотянуться до меня своими длинными уродливыми руками-щупальцами. Скаалка, наконец, ухитрилась перерезать твари сухожилия на ногах, чудовище плюхнулось на землю, поднимая в воздух снежную пыль.
— Подожги её!
В очередной раз женщина подкинула мне хорошую идею — мощный огненный шар поджёг склизкую кожу, заставлял противно сморщиваться, тварь пищала от боли, вертелась, пока не превратилась в угольки.
— Не ранена?
Я не знаю, отчего мне стало интересно состояние моей союзницы — она ведь всего лишь человек, всего лишь дикарка, с которой я, к тому же, знаком лишь несколько часов. Тут же одёрнул себя — Фрея сейчас важна для меня, она может стать ключом к открытию секрета обработки сталгрима, моим билетом с этого острова.
— Нет. Всё хорошо, — женщина подняла глаза. — Спасибо.
— Да не за что, — изобразил простодушную улыбку. — Знаешь, из нас, кажется, получилась неплохая команда.
Скаалка рассмеялась.
— Странно слышать это от тебя. Но приятно.
========== Равновесие ==========
Седобородые вновь решили, что на сегодня они выслушали достаточно моей истории, и Арнгейр попросил продолжить рассказ завтра. Так лучше и мне — мой язык не будет заплетаться, я смогу яснее выражать свои мысли, и у меня есть возможность лучше обдумать все свои слова. Нет, я ничего не собирался утаивать от стариков: наш разговор всё равно останется в этих стенах, а моё начальство узнает только то, что нужно. Если, конечно, драконы не сожгли наше посольство и не убили всех его обитателей. Нет. Эленвен никогда не была дурой, она должна хоть как-то организовать оборону, а в случае чего — запросить из Алинора разрешение на эвакуацию. С другой стороны, она — следователь, дипломат, разведчица, а не военный стратег, Рулиндил также не отличился воинскими подвигами, и единственный, кто в состоянии в такой ситуации принять на себя командование нашими силами, это Ондолемар — но он, как я знаю, был командирован в Маркарт. Да и дожидаться разрешения на эвакуацию, возможно, придётся ждать слишком долго. Что мне делать в случае, если всё будет совсем плохо? Вернуться на Солстхейм? Остаться у Седобородых?
После того, как в столовой было убрано, я решил сразу же начать готовить для нас и завтрак: маленькая полевая хитрость, которой меня научили скаалы, требующая малых затрат, но позволяющая после пробуждения не думать о том, что приготовить на завтрак. Стоит лишь обмазать выпотрошенную и набитую специями и снежными ягодами тушку глиной и поместить её в горячие угли. Арнгейр смотрел на меня с нескрываемым удивлением.