Страница 30 из 62
- Добро пожаловать! - защебетала дверь, которую я толкнул.
Я вошел и огляделся по сторонам. Было удивительно чисто и опрятно. Столики, накрытые клетчатыми скатертями, стены, почти полностью скрывающиеся под огромными связками каких-то трав и полками с неисчислимым множеством порошков и листиков. Из кухни доносился слабый, но чертовски аппетитный запах мяса. Я почувствовал, как мой рот наполнился слюной. Проглотив ее, я сел за столик возле окна и вздрогнул, услышав позади голос:
- Что желаете?
Рядом со мной стояла пышная блондинка с блокнотом в руке. У нее был слегка вздернутый нос и пухлые щеки. Следов косметики на ее лице я не заметил. Она мне сразу понравилась, и очень захотелось, чтобы это и была та Эдна Энсель, которую я искал.
- А что у вас есть?
- Вы пришли немного рано, большого выбора нет, но, например, из закусок: оливки по-сицилийски, пьемонтский салат; из горячих блюд: итальянский плов, римский шницель с сыром, - она перевернула страницу и пробежала ее взглядом, - равиоли...
- О! - Я поднял палец и кивнул. - Салат и равиоли. И какого-нибудь белого вина, хорошо?
- Конечно. Равиоли предпочитаете чуть более поджаристые?
- Средне, - улыбнулся я. - Не знаю, говорит ли это вам что-нибудь.
- Я тоже люблю средне, - серьезно сказала она и ушла.
Я выкурил треть сигареты, когда она вернулась с салатом. Я проглотил его молниеносно, хотя картошка была порезана чуть слишком толсто. Зато трюфели были свежие и ароматные. Едва я отставил тарелку, появилась гора равиоли, накрытых слоем расплавленного сыра. В первое мгновение мне показалось, что я смогу съесть самое большее треть порции, но по мере того, как я ел, планка поднималась все выше. В конце концов тарелка опустела. Я глубоко вздохнул и прополоскал рот вином.
- Можно вас? - позвал я.
Она вышла из-за стены и подошла ко мне со счетом в руке. Пять двадцать. Первое, что могло мне тут не понравиться.
- Я ищу Эдну Энсель, - сказал я, протягивая ей шесть долларов.
- Это я. - Она сунула купюры в карман и полезла в другой, за монетами. Я остановил ее руку.
- Вы не могли бы со мной немного поговорить? Ваш муж против этого не возражает.
- Можно. - Она села на стул рядом.
Она владела собой не хуже, чем ее муж. Видимо, они были идеальной парой.
- Речь идет об Алексе Робинсе. Ваш муж сказал, что вы были его девушкой.
- Была. Он приходил сюда одно время, заказывал самые дешевые блюда и смотрел на меня. Шеф говорил, что раз Алекс пожирает меня взглядом, то нужно ему это прибавлять к счету. Это не самое дешевое заведение, мне стало его жаль, и как-то так... в общем, однажды я с ним заговорила. Потом мы встречались, даже несколько раз переспали, собственно, это я ему предложила. Он был такой... неловкий, все время стеснялся. По нам было не так уж плохо. Потом... - она вздохнула, но как-то легко, без сожаления, - у него появилась идея провести отпуск в Швеции. Он уговаривал меня, но отпуска мне не дали. Тогда он поехал один, а вернулся совсем другим. Между нами все изменилось, а через два месяца он зашел забрать какие-то свои вещи. Прямо с порога он заявил, будто я ему навязывала свое общество и чего-то от него хотела, и вообще вел себя очень неприятно. Боб едва его не побил, я уже тогда была с ним, - без малейшего смущения добавила она. - Ну и, собственно, все. Боб попросил коллег на работе, чтобы они не говорили журналистам обо мне и Алексе, так что никто ко мне не цеплялся.
Я представил себе "Космонавта", просящего коллег не болтать лишнего, и невольно улыбнулся. Быстро стерев улыбку с лица, я спросил:
- Это точно был Алекс Робинс?
Впервые на ее лице появилось нечто вроде удивления. Она на мгновение задумалась.
- Пожалуй, да. Внешне... точно да. Он изменился психически. Даже в постели он вел себя иначе, а меня это как раз не устраивало.
Я потер нос, почесал под глазом и едва подавил желание поскрести живот, попросту не зная, куда девать руки.
- А! - вспомнил я, закуривая. - Где он был в Швеции? Может, писал что-нибудь?
- Да, прислал открытку. Две! - сразу же поправилась она. - Одну из Стокгольма, прямо из аэропорта, а вторую послал, кажется, дня через три. Сейчас я ее вам покажу. - Она встала и вышла из зала. Вернувшись через минуту, она протянула мне обычную цветную фотографию. Берег какого-то озера, а по углам виды маленьких зданий, видимо, отелей. Я перевернул открытку и посмотрел на Эдну.
- Можно прочитать?
Она кивнула.
Дорогая! Я на берегу озера Веттерн в маленьком поселке Хаммар. Пока еще особо не рыбачил, идет дождь, так что лежу в кровати. Отель хоть и маленький, но очень хороший. Иногда только еда попадается странная (например, сладкая колбаса, представляешь?). Жаль, что тебя здесь нет. Целую, Алекс.
Я вернул ей открытку, она взяла ее и положила на столик.
- Вы сохранили ее на память?
- С чего бы это? - Она пожала плечами. - Вы понять не можете, что нас с Алексом никогда не связывали глубокие чувства, да и вообще чувств, честно говоря, никаких не было. Мне просто было его жаль, я была одна, так что как-то так... А когда он выбился в люди, я ему не завидовала и ни о чем не жалела. Он был мне чужим. Это все шеф. - Она кивнула головой куда-то назад. - Иногда он показывает гостям, что знаменитый Алекс Робинс заходил сюда поесть. Естественно, он не говорит, что ел он чаще всего овощной салат с хлебом.
Несколько секунд мы сидели молча. Потом двери что-то приятно прощебетали, и вошел какой-то парень, оглядывая зал. Эдна встала.
- Если вы хотите еще что-то узнать, то я сейчас вернусь. У меня клиент.
- Нет, спасибо, это все, что я хотел знать. До свидания.
Она кивнула и отошла. Я проводил взглядом самую нелюбопытную женщину в мире - она даже не спросила, почему я интересуюсь Алексом. Скала, гранит. Я встал и вышел. Дверь попыталась испортить мне настроение, щебеча: "Приходите еще. Другие блюда еще лучше!"
Застонав, я сел в машину, устроился поудобнее и подождал, пока набитый желудок примирится с неудобной позицией. Доехав до площади Линкольна, я свернул налево и нашел тихую улочку с маленькими домиками; нашел и дом номер пятнадцать. Выбравшись из машины - честно говоря, с некоторым трудом - я нажал стертую клавишу на столбике у калитки. Подождав немного, я нажал еще раз.