Римский медальон

Эдвард между тем принялся внимательно осматривать каменное основание статуи.

- Думаю, достаточно поискать на постаменте возле ног ангела, - негромко заметил Пауэл.

Эдвард не ответил. Пауэл включил свой фонарик и осветил руки Эдварда.

- Тут нужен какой-нибудь инструмент, - сказал Эдвард, - кирка или что-нибудь в этом роде.

- К несчастью, я не владею никакими инструментами. - Пауэл был неисправим.

Эдвард вздрогнул:

- Пауэл! Посветите сюда! Вот этот камень сдвинулся.

Пауэл поднес фонарь еще ближе к рукам Эдварда:

- Вы уверены?

- Да, он двигается, двигается...

Небольшая плита сместилась и подалась наружу. Эдвард осторожно положил ее на землю. Под плитой оказалось углубление.

Встав на колени, Эдвард пошарил под постаментом. Потом Пауэл посветил фонариком. Внутри было пусто.

- Ничего нет, - констатировал Пауэл, осветив углубление еще раз.

- Ровным счетом ничего. - В голосе Эдварда звучало почти отчаяние. Столько усилий... Риск, в конце концов. И вот... Мы опоздали. Кто-то уже побывал здесь.

Пауэл опять уселся на скамью.

- Но не сегодня вечером, Форстер. Ибо этот кто-то мог побывать здесь только после вашей лекции. Скорее всего мы просто опоздали на столетие, если, конечно, тут действительно было что-то спрятано.

- Нет, - мрачно возразил Эдвард, качая головой. - Тальяферри умер именно потому, что не умел найти этот знак.

- Полноте, профессор, не станете же вы уверять меня, будто и в самом деле надеялись отыскать некий знак повеления.

- Можете смеяться надо мной, но пару дней назад я и в самом деле поверил в это.

- Понимаю ваше разочарование. В сущности, вы полностью выполнили предначертанное вам. Не ваша вина, если каменный посланец оказался плохим сторожем... - Пауэл осветил лицо ангела, и тут вдруг ему пришла в голову новая мысль. - Послушайте, Форстер...

Эдвард устало поднял голову.

- Может быть, это идиотизм, - продолжал Пауэл, - но напомните, как точно звучали слова из той книги анонимного автора?

- Что-то в этом роде: посланец должен сторожить это тайное наследие... Ну и что?

Пауэл посмотрел на Эдварда:

- Не понимаете? Сторожить... Не спускать глаз... Он велел не спускать глаз. - Эдвард все еще не понимал того, о чем догадался Пауэл. - Вдумайтесь, Форстер! Каменный посланец должен не столько сторожить, сколько веками не спускать глаз... Иными словами, искать надо там, куда смотрит ангел... Ну да, идите сюда! - Они встали рядом со статуей. - Куда, по-вашему, смотрит ангел?

- Я бы сказал, вниз... Вон на ту ограду... Но в такой темноте не очень-то разберешь...

Пауэл бросился к ограде и принялся разгребать кучу мусора возле нее.

- Но ведь мы уже нашли один тайник. Бросьте, Пауэл...

Пауэл ничего не ответил. Он очищал от мусора и земли чугунную крышку люка. Эдвард подошел ближе и, словно зачарованный, смотрел, как Пауэл пытается поднять эту крышку.

- Давайте, помогите мне!

Вдвоем они открыли люк.

Фонарь осветил подземный ход. Понять, насколько он глубок и куда ведет, было невозможно. Эдвард не колеблясь начал спускаться. Пауэл с волнением смотрел, как последовательно исчезают сначала ноги, потом туловище и голова Эдварда. Вот остались только руки, ухватившиеся за край люка.

- Осторожней, Форстер!

Эдвард спрыгнул вниз.

- Ну как? Что там? - с нетерпением спросил Пауэл.

Эдвард не спешил с ответом. Его внимание привлек непрестанный шум, глухой и далекий.

- Спускайтесь сюда. Тут невысоко.

Пауэл повторил путь Эдварда. Осветив ручеек у них под ногами, Пауэл поморщился:

- Какая сырость. Мы в самом чреве Рима. Будем надеяться, что оно не поглотит нас... Куда пойдем?

Эдвард уже двинулся по подземному ходу. Пауэл не без опаски последовал за ним.

Пригнувшись и держась на некотором расстоянии друг от друга, они шли довольно долго. Узкий подземный ход привел их к тоннелю, тоже довольно узкому. Шум многократно усилился.

Эдвард и Пауэл переглянулись.

- Лучше не терять времени. - Пауэл улыбнулся. - До полуночи осталось всего две минуты.

Согнувшись в три погибели, они двинулись дальше. Внезапно яркий свет заставил их зажмуриться, и тут же их оглушил поистине адский грохот.

Они стояли в тоннеле, освещенном десятками мощных прожекторов. Несколько рабочих долбили отбойными молотками стены тоннеля, а рядом огромный экскаватор поднимал ковш, наполненный породой.

Грязные и помятые, они стояли и ошеломленно смотрели на эту фантасмагорическую картину.

Пауэл громко крикнул, так, чтобы Эдвард услышал его:

- Строительство метро!

Эдвард кивнул. Никто не обращал на них внимания. Бригадир, сидевший в конторке, посмотрел на часы.

Внезапно огромная стальная пасть ковша возникла над грудой породы рядом с Эдвардом. Пауэл отчаянно замахал, чтобы тот посторонился. Но Эдвард споткнулся о камень и упал, потом попытался встать. Однако ноги его скользили, а пасть экскаватора между тем угрожающе нависла над ним своими раскрытыми челюстями.

Пауэл похолодел от ужаса.

Бригадир проходчиков опять взглянул на часы и нажал на кнопку. Взвыла сирена, и почти тотчас умолк двигатель экскаватора.

Пауэл перевел дыхание и бросился к Эдварду, помогая подняться.

Машинист экскаватора выбрался из кабины и присоединился к другим проходчикам. Смена закончилась. Переговариваясь, рабочие направились к клетке лифта. Тем временем новая бригада уже готова была приступить к работе.

Эдвард вытер пот со лба.

- Ох, Пауэл, вы со своим вольным толкованием старых текстов чуть не загнали меня в могилу. Или вы это нарочно?

- Кстати, уже тридцать первое марта, - проговорил, отряхиваясь, Пауэл. - С днем рождения, Форстер!

За грохотом экскаватора нельзя было разобрать ответ Эдварда.

* * *

Комиссар Бонсанти удобно расположился в кресле в холле гостиницы "Гальба". Он спокойно курил сигарету и наблюдал, как нервно ходит из угла в угол Барбара.

Девушка была сильно встревожена.

- Синьорина, ну почему бы вам не присесть? У меня уже голова кругом идет от вашего хождения.

- Я обратилась к вам за помощью. А вынуждена любоваться, как вы засыпаете в кресле.

- У меня был весьма трудный день, а завтра мне рано вставать, невозмутимо ответил Бонсанти. - Ваши россказни про потусторонний мир подействовали на меня, как сказка на ночь. Но повторяю, не волнуйтесь... Ведь с профессором его чичероне, Пауэл. А он хорошо знает свое дело, поверьте мне.