Страница 2 из 41
После такого забавного рассказа все громко расхохотались. Гостья ещё поведала, что по её заводу ходят слухи, что будет меняться на предприятии технология. Спирт будет в замкнутых трубах, не почерпнёшь и не нальёшь его ни во что.
- Не волнуйся, ваши находчивые умельцы у труб проковыряют дырки и сделают отводы на улицу, - пошутил дядя Витя.
В понедельник Тинке предстояло давать взятку – вручить начальнику жилищно-коммунального отдела пятьсот граммов спирта. Его перелили в красивую бутылку из-под коньяка. С паспортисткой тётя Лиза обо всём уже договорилась, ей была подарена коробка конфет.
Фактически, она и с начальником ЖКО всё согласовала, пообещала отблагодарить настоящим спиртом. Он дал добро на прописку, но нужно было его отблагодарить, а чтобы соблюсти все формальности, Тинке и требовалось зайти в его кабинет и преподнести дефицитный спирт в качестве лекарства.
- Сделай это ты, тётя, или пусть дядя отдаст ему бутылку, - стала она просить тётушку, но та была неумолима.
- Только не вздумай говорить ему, что взятку даёшь, давать взятку запрещено, скажи просто: «Это маленький презент в благодарность за содействие».
И Тинке пришлось идти с бутылкой.
Начальник ЖКО оказался интеллигентного вида человек, был при галстуке, ничего в нём не напоминало пьяницу. Такому как-то неловко вручать алкоголь, подумалось девочке. Оторвавшись от бумаг, разложенных на столе, он ответил на её быстрое «здрасте» и вопросительно посмотрел на неё.
Лихорадочно повторяя про себя тётину фразу о «содействии», Тинка достала из сумки бутылку и поставила перед мужчиной. Всю её трясло от страха, зуб на зуб не попадал, словно на дворе начался не тёплый август, а морозный январь.
- Э-э-то вам! – произнесла, заикаясь, и вдруг заветная фраза начисто вылетела у неё из головы.
Мужчина молчал и ждал, что дальше скажет Тинка. А ей ничего не приходило на ум, кроме слов «взятка» и «спирт».
- Не подумайте, это не взятка, - быстро забормотала неожиданно для себя, - и не коньяк вовсе, там обычный спирт… Хотя не совсем обычный, а настоящий, чистейший, тётина подруга, тётя Наташа, его со спиртового завода через проходную на своей груди вытащила по каплям… Вы можете пить как лекарство…
«О мамочка, чего это я несу! – окончательно сконфузилась Тинка. – Как же там маленький… Ну, никак не всплывает в мозгу! Со страху совсем стала косноязычной. Во, вспомнила - презент!»
- Это вам в благодарность маленький презент, чтобы вы не подумали, что взятка, - выпалила одним духом и стремительно выбежала за дверь.
Позже, когда она в красках расписывала Вадиму эту нелепую сцену, они от души смеялись.
Глава II
Каждому человеку отмерены судьбой определённые испытания, только по-разному мы их выдерживаем: одни падают духом, другие переносят с достоинством – не раз это слышала Тинка от мудрой слепой старушки Софьи, проживающей в её родном селе Караяр, которой Тинка помогала в уборке квартиры. Теперь этим занимается её младшая сестрёнка Ритка.
Хочешь не хочешь, а преграды преодолевать приходится, не в правилах Тинки отчаиваться при невезении. А оно в последнее время её прямо донимает своим настойчивым вниманием. Мало того, что не поступила в вуз, так ещё и с работой не повезло. Тётя Лиза намерена была пристроить её в бухгалтерию к себе в коммунальную контору, сначала кассиром, потом после бухгалтерских курсов – бухгалтером, а впоследствии, глядишь, племянница и институт заочно окончит.
Однако место кассира освободится лишь через месяц. На это время тётя доверила Тинке самой что-нибудь подыскать по объявлениям, развешанным всюду на щитах с заголовком «Требуются». Племянница взялась за дело рьяно.
Вопреки её ожиданию, куда бы она ни обращалась, получала отказ: или нужен был специалист, или работа была постоянной. Наконец, подвернулось объявление: требовалась продавщица на время отпуска основного работника.
Не посоветавшись с тётей, сразу же устроилась и на следующий день вышла на работу. А та для неё оказалась сущим адом. Торговать пришлось пирожками и беляшами на многолюдном перекрёстке возле рынка.
Целый день на ногах, на ветру или того хуже – под моросящим дождём. К тому же надо было быстро считать, чтобы отдать правильно сдачу. А это трудно делать, когда торопят из обступившей тебя очереди. Вдобавок только успеешь всё распродать, как тут же подъезжает машина со следующей порцией выпечки. Хорошо ещё, что не нужно пересчитывать пирожки при приёме, а то бы век копалась.
Словом, вертелась как белка в колесе, приходила домой без задних ног, не до прогулок было по вечерам с Вадимом. И выходные у них не совпадали: Тинка отдыхала по понедельникам и вторникам. Сначала Вадковский терпеливо сносил её «не могу», «давай завтра» или «отложим на потом», но постепенно стал сердиться.
- Ты сама виновата, что сильно убиваешься на работе, трудись в меру, тогда не будешь уставать! – как-то раз выговорил он ей.
Тинке стало обидно – Вадим не понимал, что от неё ничего не зависело. Торгуя выпечкой, она чувствовала себя как на своеобразном конвейере: чуть замешкаешься – и весь поток застопорится. И тотчас поднимется крик, посыплются угрозы жаждущих горячих пирожков покупателей. Не стала ему ничего объяснять – как-нибудь всё перемелется.
Однажды на её перекрёстке появился Вадим с двумя парнями и красивой рыжеволосой девушкой. Тинка их заметила, когда они подошли совсем близко, чтобы купить пирожки. Вадковский смущённо поздоровался.
В больших тёмно-шоколадных глазах мелькнула растерянность, наполовину с досадой, как показалось Тинке. Она тоже смешалась, подумав, в каком невзрачном виде предстала перед своим парнем и его друзьями: из-под белого халата с короткими рукавами виднеется старый, изрядно изношенный тёти Лизин лыжный костюм, делающий её пончиком, на разлохмаченной голове – кокошник как у морского повара, а щёки, наверное, краснее флажков на параде.
- Я тебе позвоню вечером, - поспешно пробормотал Вадим после того, как рассчитался за пирожки.
- Кто это? – требовательно спросила рыжая девушка. Что ответил Вадковский, Тинка уже не слышала – перед ней стоял следующий покупатель.
Вечером Вадим не стал звонить, а приехал сам. Они бродили по освещённым улицам недалеко от дома тёти Риты. Не дожидаясь вопросов, он пояснил, что был с однокурсниками. С одним из парней, Артёмом Шестовым из Хабаровска, тот, что пониже ростом, хотел бы подружиться поближе.
- Очень талантливый парень, мастерски изобразить может кого угодно: от Ленина до Брежнева. Любого актёра скопирует, при этом сам скромный и сдержанный. А девушка – Полина Ардова, мы с ней до поступления в институт в одной театральной студии занимались.
- И что ты ей ответил на вопрос, кто я, - не удержалась Тинка от вопроса.
- Правду, - спокойно ответил Вадим, - что ты моя девушка. - Повернувшись к ней и взяв её за плечи, серьёзно посмотрел в глаза. – Глупенькая, неужели ты подумала, что я откажусь от тебя?
- А что бы я могла подумать, если эта девица собственнически с тобой держалась, как будто ты ей обещал любовь до гроба? – обиженно воскликнула девушка, секунду помолчав, добавила: - И незаметно к тому же было, что вы между собой чужие.
- Я знаю её вечность…по крайней мере больше года, в институте мы в одной группе. Она со всеми так себя ведёт, любит главенствовать во всём. Поверь, Русалочка, Полинка ничего для меня не значит. Напрасно ты ревнуешь, ведь люблю я только тебя.
Вопрос, казалось, был исчерпан. Во всяком случае, для Тинки. Но не для Вадима. Поскольку Полинка Ардова по отношению к нему вела себя в последнее время невообразимо захватнически. В десятом классе, обучаясь в студии, она увлечена была другим парнем, на Вадковского не обращала внимания, а в институте ни с того ни с сего положила глаз. Звонила раз пять на дню, оказывалась с ним в паре, когда разыгрывали этюды в вузе, беззастенчиво навязывалась в попутчики после занятий или приходила в гости без предупреждения.