Страница 30 из 63
- Сены хотят что-то спросить?
- Мы видим нависшую над нами опасность, - сказал Сатас. - Об этом мы и хотим предупредить тебя, госпожа.
- Да.
- Это тебя не волнует?
- Волнует. Хотела бы я, чтобы это было не так. Но выбирать не нам. Это и есть ваш вопрос?
- Госпожа знает наши вопросы. Они касаются ци'мри.
- У нас есть выбор, сен'ейны, и принес его нам кел Дункан.
- Ты посылала его за этим?
Она взглянула в глаза Сатаса, где таился тщательно скрываемый вызов и слегка улыбнулась, подняв руку ладонью вверх.
- Он пошел сам. Но я позволила ему идти.
Глаза сверкнули затаенной страстью.
- Ты серьезно рассматриваешь их предложение?
- Мы рассмотрим его... и отберем нужное нам. Но о присутствии Дункана здесь можешь не думать. Он принес нам возможность выбора и понимание того, что висит над нашими головами. Он служит Народу. Его жизнь нужна нам. Ты меня понимаешь?
- Понимаю.
- Но тебе это не подходит?
- Мы всего лишь твое оружие, госпожа. А ты - наше оружие. Ты свернула в сторону?
- От нашего курса? Нет. Нет, поверьте мне, сен'ейны. Я ПОКА ЕЩЕ НЕ СВЕРНУЛА.
Все молчали. В глазах светилось ожидание. "Верь мне", - так говорила Интель, прежняя госпожа, которая могла убедить Совет во всем, в чем только хотела, опутывая членов Совета словами, мягкими, как шелковые нити, но крепкими, как канаты. Мелеин училась у госпожи этому, и, судя по всему, постигла немало.
Может, все Матери знают это и обладают этим даром. Мелеин не знала. Ведь Матери никогда не встречаются, только в тот момент, когда старая госпожа умирает, а на ее место становится молодая.
Интель и в самом деле умела сдерживать своих детей, когда те пытались бунтовать, она умела переубеждать старейшин, которые и сами обладали немалой властью в племени. В ее глазах светилась такая сила, которая вызывала мурашки на теле, заставляя непокорных отводить глаза... а потом они следовали за ней... и сила эта была такова, что даже в ее отсутствие никто не мог найти аргументов, которые смогли бы поставить под сомнение правильность ее решения.
Интель все еще властвовала над Мелеин, а Мелеин... властвовала над племенем.
10
Шеф Службы безопасности вернулся снова, чтобы нарушить покой в лаборатории. Эверсон со страхом воззрился на него: этот человек всегда так настойчив и придирчив. Он взглянул на бумаги, лежащие перед ним и инстинктивно прикрыл их рукой, когда Дегас взял одну из них и стал читать.
- Есть какие-нибудь успехи в расшифровке передач регулов? - спросил Дегас. - Это срочно.
Эверсон протянул руку за бумагой и получил ее обратно. Дегас сардонически усмехнулся, глядя, как Эверсон прячет ее.
- Это не шифровка, - сказал Эверсон. - Это идиомы. Их можно понять, если знать язык Нурага.
- Нурага?
- Это планета регулов, где говорят на этом языке, - ответил сухо Эверсон и ощутил дискомфорт, когда Дегас присел на край маленького столика перед ним. Дегас положил перед ним одну за другой несколько кассет, вынув их из кармана.
- Все остается по-прежнему, доктор Эверсон. Мы теряем время. Наши люди на планете решили сделать вылазку. Есть шанс, что они что-нибудь найдут. Но, возможно, все закончится для них плохо. Только что мы получили официальную просьбу от регулов: они хотят посадить свой челнок рядом с "Флауэром".
Эверсон закусил губу.
- Решение принимает контр-адмирал, - сказал Дегас.
Возможно, Дегас ждал, что Эверсон сделает какие-либо замечания по этому поводу. Эверсону не нравилось соседство с регулами, но он не знал, что тут можно было бы предпринять.
- Из ваших сообщений, - сказал Дегас, - контр-адмирал понял, что регулы могут совершить посадку и без нашего разрешения.
- Могут, - согласился Эверсон. - Они знают, что мы не станем ничего предпринимать, чтобы остановить их.
Дегас перегнулся через стол к Эверсону. Шеф Службы безопасности носил темную одежду, и знаки отличия на нем сверкали, как и оружие; впрочем, манеры его были довольно вульгарны. Как у кел'ейнов, - подумал Эверсон.
- Доктор Эверсон, вы нас парализовали своими "да" и "нет". Вы не говорите ничего, кроме того, что нельзя предпринимать никаких действий. Вы все время уговариваете нас ждать. А как вы относитесь к регулам?
- Я уже ничего не могу сказать с полной уверенностью.
- Но предположения?
- Без достаточной информации...
- Предположения, доктор. Часто они более ценны, чем тщательно обдуманное и взвешенное мнение.
- Нет, - возразил Эверсон. - Это опасно.
- Выскажитесь.
- Я считаю, что возможно... возможно у регулов не один взрослый. Один из них останется на корабле, второй спустится на челноке.
Дегас с шумом выдохнул сквозь зубы.
- Голова гидры, - сказал Эверсон. Дегас с недоумением взглянул на него. - Старая легенда, - пояснил Эверсон. - Очень старая. Отруби гидре голову и на ее месте вырастут две. Убей взрослого регула, и в результате метаморфозы появятся двое. Шок... некий биологический триггер...
Дегас нахмурился.
- Меня беспокоит одно, - проговорил Эверсон. - Как они учатся?
- Это уже вопрос ученого, - сказал Дегас, поднимаясь. - Решите это в свободное время. Как насчет остальных материалов, которые вы получили?
- Нет, - заговорил Эверсон. - Выслушайте меня, это очень важно. Ведь они ничего не записывают.
Дегас пожал плечами.
- Я уверен, что вы решите эту проблему.
- Нет! _Н_е_т_! Слушайте! Они _п_о_м_н_я_т_... они помнят. Эйдетическая память. То, что умерло с бай Шарн, умерло для них. Перевоплотившиеся регулы стали взрослыми без всякого влияния извне, без информации от взрослых.
- Тем легче общаться с ними. По-моему, для паники нет причин.
Эверсон в отчаянии покачал головой:
- Совсем не обязательно. Вы требовали предположений, милый полковник Дегас. Я их высказал. Сейчас перед нами регулы, у которых нет связи с домом, нет прошлого, которые не могут представить себе своей миссии, которые могут действовать совсем не так, как регулы, и это опасно. На Кесрит регулы _н_а_п_а_д_а_л_и_, и эти регулы могли _н_а_у_ч_и_т_ь_с_я нападать. - Докажите это.
Эверсон махнул рукой; он не понимал поведения этого человека, его упрямства. Он понимал регулов, но не мог понять землянина, и внезапно начал сомневаться во всем, даже в том, что знал наверняка.