Страница 27 из 57
Я только собиралась ответить, но пьяная Сашка, совершенно забывшая, что пару секунд назад сама запрещала мне все рассказывать, решила поделиться радостным событием, притянув меня к себе и восторженно проорав в трубку:
— Мы едем в кутузку-у-у-у-у!
Я заржала, пытаясь отпихнуть Сашку, заунывно просившую нас пока не забирать. Трубка ошарашенно молчала. Но не долго.
— Где едете? — очень спокойно спросил Антон, значительно охладив мое веселье.
— Я не знаю… — растерянно ответила я, оглядывая улицу мелькающую за окном. Но тут же на себя разозлилась за то, что мне обламывают такое веселое приключение, пьяно гаркнув, что мы еще не доехали, и когда доедем, тогда и позвоним.
— Что вы натворили? — не обратив на мой взбрык ровным счетом никакого внимания, ледяным тоном спросил Антон.
— Да перечислять заебешься, — задумалась я, и не найдя достойной причины, недоуменно посмотрела на окосевшую Сашку, почти уговорившую ментов свернуть к магазинчику на остановке. — А вообще, правда, что мы натворили?
Водитель кинув на меня веселый взгляд начал перечислять какие-то статьи. Я, за каким-то хреном, дублировала это все в мрачную тишину телефона.
Антон ровным голосом спросил в какой отдел нас везут. Я, не сообразив, уточнила у водителя и пересказала ответ Антону. Тот отключился, а я загрустила. Потому что Сашка пошла с напарником водителя в магазин за сигаретами, а мне без нее было скучно. Недолго, правда. Потом мы с ментами покурили у УАЗика, поржали почти без причины, и поехали дальше в отдел.
— Вы такие хорошие люди! — умильно сказала Сашка, вцепляясь в решетку пальцами и придвигаясь к середине сидения, спихнув к двери меня, потягивающую любимый томатный купленный по моей наглой просьбе кем-то из стражей порядка.
Я разочарованно простонала, оглядывая большое пятно на белом шелковом топе и вытирая испачканный подбородок тыльной стороной ладони. Сашка заунывно извинялась, склоняя меня своим тоном ко сну, и я из-за этого не заметила ни пропущенный от Антона ни сам момент, когда мы подъехали к отделу и начали парковаться у белой БМВ прямо напротив входа.
Как можно было догадаться, нас там уже ждали. Антон и Зимин.
Он со Славкой, с мрачным выражением лиц курили на крыльце дежурки, негромко разговаривая с парой полицейских. Зимин, злобно зыркнул карими глазами на паркующийся УАЗик с опечалившимися нами, почуявшим облом продолжения банкета, и первый начал спускаться со ступеней, заставив Сашку грустно вздохнуть. За ее мужем следовал немолодой усатый дядька, усмехнувшийся отчего-то затосковавшему водителю. Его напарник вышел из машины и распахнул дверь с Сашкиной стороны, выпуская нас из автомобиля.
Антон, доставая на ходу портмоне, собирался последовать за вторым полицейским, вошедшим в здание, но встал как вкопанный, пристально вглядываясь в меня.
- Это че за нахуй?.. Мусора, да вы охуели что ли?! — рыкнул он, ринувшись к выходящему из машины водителю.
Я растерянно опустила взгляд и заметила красное пятно на своей груди, а лицо у меня перепачкано, не сложно догадаться, какие я вызываю ассоциации.
— Антон! Это сок, блядь! Томатный сок! Не бей их! Пожалуйста! — испуганно проорала я, кинувшись ему наперерез.
На бегу я запуталась в своих ногах, но благо Антон был совсем рядом и успел подхватить мое матерящееся тело, несущееся на встречу растрескавшемуся асфальту. Придав мне более-менее устойчивое положение, непререкаемым тоном скомандовал сесть в машину. Я, храбрясь, хотела было возразить, но выражение его глаз предостерегло. Стараясь держаться гордо, я развернулась на каблуках и стараясь не особо шататься, пошла к БМВ, возле которой стояла Сашка, стараясь выглядеть виноватой, пока ей что-то негромко выговаривал Слава. Ее взгляд зацепился за мой, и она, шкодно улыбнувшись, дурацки захихикала. Я, не сдержалась и рассмеялась. Славка смерив нас взглядом, закатил глаза и буркнув, чтобы мы сели в машину и никуда не дергались, пошел к ментам, негромко переговаривающимся у дежурного автомобиля.
Упав на заднее сиденье кожаного салона, я положила голову на плечо Зиминой, уже комфортно развалившейся на рядом и дымившей в окно.
— Славка же против курения. — Зевая и прикрывая глаза, напомнила ей я.
— Ну, если пиздюлей получать, так за все сразу. — Хохотнула она, стряхивая пепел в окно и, пригорюнившись, добавила, — кутузку так и не увидели…
Я гоготнула, чувствуя, как быстро проваливаюсь в сон.
Примечание автора.
За яркие ночные приключения спасибо Lina Cher.
Глава 8
Разбудил меня Гармошка, горячим языком вылизывая лицо. Я лежала на животе в постели Антона, свесив руку на пол.
— Здрава будь, Елена Прекрасная, но не очень Премудрая. — Усмехающийся голос Антона и его пальцы легко, почти невесомо пробегаются вдоль позвоночника, вызывая на руках мурашки. — Выспалась?
Чувствуя непомерную тяжесть в голове и ватную слабость в теле, с трудом перевернулась на спину и торопливо дернула одеяло к подбородку, сообразив, что кроме кружевных трусиков на мне ничего нет.
Антон, томно улыбаясь уголками губ, в рубашке и брюках, лежал рядом подперев рукой голову и с интересом глядя на меня, убито прикрывшую глаза.
— Сколько времени? — сипло спросила я.
— Половина второго. — Он бросил взгляд на наручные часы и потянулся к тумбочке со своей стороны, взял оттуда небольшую черную коробку и придвинул ко мне на простынях. — Твой новый телефон. Симку поставил и даже секретарем поработал.
— Чего? — с недоверием глядя на навороченный смартфон, спросила я.
— С утра кинолог позвонил, спросил когда ты приедешь. Пришлось самому щенка везти, он же не виноват, что ты храповые рулады выводишь и не можешь проснуться. Потом Луиза звонила, просила в двенадцати заехать за отпускными, но так как ты послала меня на хер, при попытке тебя разбудить, я, как ответственный мальчик, съездил сам. — Он достал из заднего кармана пухлый конверт и положил сверху на телефон. — А да, сегодня в десять утра, судья подписал договор единоличного доверительного управления имуществом матери в твою пользу. Ты выиграла суд, — он взял с тумбочки скрепленные степлером бумаги и протянул мне, — поздравляю, что ли.
Я, испытывая смущение и стыд, взяла бумаги и пробежалась по ним глазами. Комната моя. Я проспала все на свете. Прикусив губу, смотрела на гоготнувшего Антона, наслаждающегося моим коктейлем вины, радости и смущения.
— Я так понимаю, ты вообще не помнишь, что вчера вытворяла, когда домой приехала?
Я прикрыла глаза. Очевидно, что что-то из ряда вон, ибо его глаза довольно блеснули.
— Рассказывай. — Убито произнесла я, потянувшись к бокалу воды со своей стороны. М, сразу с растворенным аспирином.
— Да ничего такого на самом деле, — глумливо отозвался Антон, вызвав у меня подозрение, что было сразу много и всего «такого»
Проблема в том, что после того, как я уронила голову Зиминой на плечо в машине Антона, все что было дальше, выпало из моей памяти. Мрачно посмотрев на ополовиненный стакан, я спустила с постели ноги и оперлась локтями о колени, сжимая пальцами гудящие виски. Простынь соскользнула с моих плеч, и пальцы Антона снова пробежались по моей коже вслед за ней, пробуждая дрожащее чувство за грудиной у придурочной меня.
— Ты потребовала продолжения банкета как только я с тобой на руках перешагнул порог квартиры. Я сначала пытался тебя уложить, но ты оказывала стойкое сопротивление. — Голос Антона усмехнулся и я почувствовала, как он скользит пальцем по спине, вырисовывая какие-то буквы. Первой была «я» и пауза. — Согласилась улечься после бокала вина. После второго тебя потянуло на откровенные разговоры.
Подозревала, что он врет. Вообще ничего подобного не помнила. Правда, я никогда прежде и не напивалась до такой степени, чтобы на экскурсию в ментовку согласиться. Антон хмыкнул, пальцы замерли в районе правой лопатки, а потом снова начали выводить слово вдоль позвоночника, и с каждой последующей буквой, я чувствовала, как в крови отзывается то же самое, что пишут его пальцы.