Страница 101 из 115
– Ну, знаешь… – протянула я. – Ну…
– В том-то и дело, что знаю, – зараза опять улыбнулся.
На этом моя выдержка и закончилась. Верховному был объявлен самый решительный, самый непримиримый бойкот!
В этом молчании мы встретили сперва экипажи с малолетними «магичками» и их родителями… Затем во внутренний двор вкатила карета с Танкой, Милой и Клиссой на борту.
Ведьмы, высыпав наружу и увидав меня, заулыбались, а едва заметили Мориса, настроения резко переменились.
– Ну надо же какие люди, – процедила черноволосая Мила злобно.
– М-да, – окидывая Мориса новым взглядом, причмокнула губами блондинистая Танка.
А шатенка Клисса укоризненно покачала головой и добила:
– С виду такой приличный, а сам…
Верховный, выслушав замечания, оскалился, а потом вообще церемонный поклон отвесил. Сказал, причём подчёркнуто-дипломатичным тоном:
– Милые ведьмочки, добро пожаловать во дворец.
Девчонки сразу прищурились, однако выговаривать верховному за фамильярность не стали. Вместо этого предпочли заметить мой жест и, повернувшись, уставиться на подвергшихся трансформации малявок.
Вокруг уже сгущался сумрак, а «магички», сопровождаемые родителями, стояли неблизко, но ведьмы всё равно вздрогнули. Сами подопытные не прореагировали никак, зато родителей заметно перекосило. Не всех, но почти.
Спустя ещё минуту, от группы отделился один мужчина – самый представительный, кстати. Он приблизился к нам, едва различимо поклонился и спросил, не скрывая беспокойства:
– Вы сумеете? Поможете нашим девочкам?
– Мы попробуем, – ответила Мила после паузы.
Мужчина шумно выдохнул и кивнул.
Всё, разногласия с верховным были забыты, претензии, которые хотелось предъявить этому экспериментатору – тоже. Клисса вспорхнула на ступеньку экипажа, вытащила с сидения увесистую сумку, а Мила шагнула к ней, чтобы помочь.
Мы с Танкой просто стояли и смотрели, а когда Клисса объявила о готовности, направились вслед за Морисом – туда, к «подопытным девчонкам». Нам предстояло забрать учениц первой магической школы и переместиться в дворцовый парк, к отведённому под ритуал месту.
Свои действия мы с подругами обсудили ещё в прошлый раз, и тогда же пришли к выводу, что мелочиться не станем – кроме прочего, мы планировали призвать в свидетельницы ритуала всех хранительниц, включая вредную Поганию Болотье.
Так как обговаривать было уже нечего, шли молча. За всё это время прозвучал лишь один вопрос, и принадлежал он Танке:
– А где Жорик?
Желания прямо сейчас рассказать подробности отлучения Жорика от королевского двора я не имела, поэтому ответила просто:
– Оставила его в «Южном бриллианте», чтобы не мешал.
– Вот и правильно, – откликнулась Танка. Прозвучало бодро, но специфичные нотки я уловила.
Кажется, кто-то всё же по серо-серебристой шкурке соскучился. Возможно даже настолько, что готов эту самую шкурку простить.
На сей раз защитных кругов было больше обычного – аж четыре. Мы отгородились и от внешнего мира, и от опасности, которую потенциально несли в себе хранительницы, и от абсолютно апатичных к происходящему девочек.
Последние стояли посередине, в самом главном, центральном круге. Следующий круг оставался свободен, четвёртый пока тоже – он предназначался для призраков. Ну а в третьем расположились мы сами… спокойные и абсолютно готовые ко всему.
Сумрак стремительно менялся тьмой, пламя многочисленных свечей выглядело чересчур ярким. После нескольких дождливых дней в воздухе витал запах сырости, да и какого-либо тепла не ощущалось.
Едва мы сбросили обувь и платья, оставшись лишь в нижних рубашках, по коже побежали мурашки, но никто, конечно, не жаловался. Желания пойти и проверить «а не подглядывает ли кто-нибудь?» тоже не возникло – не знаю, как девочки, а лично я была уверена, что Морис слово держит, что в данный момент мы защищены от всего, и от посторонних вмешательств, и от посторонних глаз.
Вдох, выдох, ещё один вдох… а потом на небе луна проявилась. Мы переглянулись и рассредоточились по кругу, и Клисса зашептала слова первого из целой череды заклятий.
Звук получался громким и звонким, но он менялся, превращался в нечто глухое, тягучее и чарующее. Такое, от чего по коже снова бежали мурашки, однако эти мурашки отношения к холоду уже не имели, нет…
Сердце в груди билось размеренно и ровно, а душа трепетала, предвкушая встречу с прекрасным. Ведь нам предстояло самое чудесное из всех возможных действ – слияние с силами природы. Слияние с самой основой колдовства!