Страница 100 из 115
Он уходил настолько показательно и экспрессивно, что сердце сжалось, только я рыжеволосого мага всё равно не окликнула. Пусть злится. Дня через четыре антидот дойдёт до готовности, и тогда мы все проблемы решим!
Лишь когда экипаж тронулся, мою рыжеволосую голову посетила светлая мысль, которой следовало объявиться чуть раньше… Если ритуал делаем фактически ночью, а девочки прибудут вечером, то зачем мне ехать во дворец прямо сейчас?
Наверное, я даже могла остановить экипаж и выйти, но что-то внутри такому сценарию воспротивилось. В итоге, я расслабленно откинулась на спинку диванчика, прикрыла глаза и принялась ждать новой встречи с гадким лживым зеленоглазым архимагом. То есть да, мы ехали во дворец!
К моменту появления девчонок, наше с Морисом общение перешло в стадию жесткого бойкота. Вернее, он-то со мною общался, а я с ним – нет, нет и ещё раз нет!
Просто маг был невыносим, и вёл себя настолько вопиюще, что никаких нервов не хватало. Сначала, едва вернулась из «Южного бриллианта», мне устроили выговор за поведение поискового зверя, а после… всё как-то завертелось, закрутилось, понеслось.
Взгляд за взгляд, слово за слово, и мы почти дошли до нецензурных выражений. Причём Морис – и я это отлично видела! – выводил из равновесия нарочно, а я на эти фокусы позорно велась.
Умом понимала, что большая часть его ехидства – это чистой воды провокация, но реагировать так, как положено взрослой продуманной ведьме, не получалось. Лично меня последнее жуть как расстраивало, зато Морис прямо-таки сиял!
– Ты такая искренняя, – в какой-то миг выдал он.
После этого заявления была новая порция агрессии и весьма невнятные угрозы. Угрожала, как ни удивительно, я, а он просто ухмылялся и молчал.
Однако надолго этой способности помолчать не хватило, и вскоре мы опять принялись ссорится, причём на сей раз по воздуху пронеслись несколько предметов…
А затем поругались уже по-настоящему. Дело в том, что Морис начал «изобличать» ведьм, а я не сдержалась и заявила, что маги ничем не лучше нас.
Я фактически повторила то, что говорила Торсивалю, однако Морис, в отличие от принца, не согласился и взялся свою глупую точку зрения доказывать. В результате мы перешли с повышенных тонов на крики, да такие, что в личные покои верховного охрана пришла.
Дальше было недолгое перемирие, а потом этот дурак сказал, обращаясь ко мне:
– Маленькая глупая ведьмочка.
И тут я совсем не выдержала…
– Если я такая маленькая и глупая, то чего ты ко мне привязался?
– А к кому ещё «привязываться», Ясь? – ухмыльнувшись ответил он.
Ведьма запыхтела, зафыркала. Затем вспомнила приём по случаю дня рождения того высокопоставленного сотрудника министерства и сказала:
– Например, к Диметрии. – Тут же упёрла кулачок в бок и добавила: – А что? Она красивая и вполне тебе подходит!
– Мм-м, – отозвался Морис. – Мм-м…
А потом он задумался. Причём всерьёз, без притворства! И всё, сердце одной ведьмы не выдержало…
– Вот ты кобелина.
– Ревнуешь? – выдвинул дичайшее предположение брюнет.
– Кто? Я?!
– Ну ты же сама сказала, что я тебе симпатичен, – внезапно напомнил гад, и я ещё более внезапно залилась краской.
Только приступ стыда не помешал повторить уже звучавшее:
– Был симпатичен. Был! До того, как устроил тот допрос.
Верховный ухмыльнулся, а потом…
– Диметрия – начальник управления финансами нашего министерства. Нам с ней приписывают роман, но любовной связи никогда не было. Зато мы частенько появляемся вместе на официальных мероприятиях, исключительно потому, что так удобнее. Во-первых, в этих случаях к нам с нею никто не клеится, а во-вторых, в такие вечера мы успеваем обсудить финансовые вопросы, до которых мои руки обычно не доходят.
– Да что ты говоришь, – я иронично покачала головой. – Значит, время поспать на рабочем месте у тебя есть, а с финансистами встретиться не успеваешь? Как же так?
Маг неожиданно скрипнул зубами, а я вздёрнула нос и неприличный жест показала. Через миг услышала уже поднадоевшее:
– Маленькая глупая ведьмочка.
Следом вообще ересь:
– Спорим, что ты сама ко мне прибежишь?
Тут у меня и глаза на лоб полезли, и всё остальное, а Морис…