Страница 46 из 96
? Коммунизмом интересуетесь? ? осведомилась она. Глаза у нее остекленели, красным язычком она облизывала губы, словно от шоколадных крошек.? По-моему, это все интересно,? продолжала она.? Но когда спрашиваешь мужчин, они сразу лезут с руками.
Я кивнул, рассматривая поверх стакана ее курносый носик и обожженную солнцем кожу.
? Вообще-то я не против, если без грубостей,? заявила она, схватив стакан. Обнажив в улыбке передние зубы, она втянула в себя полпорции разом.
? На меня не рассчитывайте,? предупредил я.
? Как вас зовут?
? Марлоу.
? Марло или Марлоу?
? На конце "у".
? Ах, Марлоу,? вдохнула она.? Такое красивое, грустное имя.? Она поставила почти пустой стакан, закрыла глаза, запрокинула голову и развела руки в сторону, едва не заехав мне в глаз. Дрожащим от волнения голосом она продекламировала:
Не эти ли глаза послали флот на битву
И башни Трои пламенем объяли?
Приди, о несравненная Елена,
Мне подари бессмертье поцелуя!
Открыв глаза, она вцепилась в стакан и подмигнула.
? У тебя недурно получается, старина, давно пишешь стихи?
? Да не очень.
? Можешь меня поцеловать, если хочешь,? игриво предложила она.
Сзади к ней подошел парень в чесучовом пиджаке и рубашке с отложным воротником, улыбаясь мне поверх ее головы. У него были короткие рыжие волосы, а лицо, как сморщенное легкое. В жизни не видал такого урода. Он легонько похлопал маленькую женщину по макушке.
? Пошли, котенок, домой пора. Она яростно накинулась на него.
? Тебе что, не терпится поливать свои проклятые бегонии? ? завопила она.
? Тише, котенок...
? Руки прочь, насильник чертов! ? заорала она изо всех сил и плеснула ему в лицо остатки из стакана. Там было не больше чайной ложки виски и пару кусочков льда.
? Черт побери, бэби, я твой муж! ? заорал он в ответ, хватаясь за платок и вытирая лицо.? Дошло? Муж твой.
Она страстно зарыдала и бросилась ему в объятия. Я обошел их и выбрался вон. На всех коктейлях одно и то же, вплоть до диалога.
Гости струйками вытекали из дома на вечерний воздух. Замирали голоса, заводились моторы, люди перебрасывались прощальными возгласами, словно мячиками. Я вышел через стеклянные двери на выложенную камнем веранду. Отсюда склон сбегал к озеру, неподвижному, словно спящая кошка. К небольшому причалу была привязана белым фалом весельная лодка. У дальнего берега, который был не так уж далеко, лениво, как конькобежец, описывала круги черная водяная курочка. От нее даже ряби не шло по воде.
Я растянулся в алюминиевом шезлонге, зажег трубку и стал покуривать, размышляя, какого черта я здесь делаю. Роджер Уэйд явно мог держать себя в руках, когда хотел. Встречу с Лорингом он провел на высоте. Я бы, пожалуй, понял, если бы он заехал Лорингу по его острому подбородочку. Конечно, это было бы против правил, но Лоринг позволил себе гораздо больше.
По правилам ? пока их не отменили ? нельзя в комнате, полной народу, угрожать человеку и бить его по лицу перчаткой, особенно если рядом стоит твоя жена и ты фактически обвиняешь ее в том, что она погуливает. Если учесть, что Уэйд только что вышел из крепкой схватки с крепкими напитками, он оказался на высоте. И даже более того. Правда, я не видел его пьяным. Не знаю, каков он в пьяном виде. Я даже не был уверен, что он алкоголик. Разница тут большая. Тот, кто иногда просто выпивает лишнего, в пьяном виде остается сам собой. Алкоголик ? настоящий алкоголик ? абсолютно меняется. Угадать, как он себя поведет, невозможно. Можно лишь точно сказать, что вы столкнетесь с совершенно незнакомым человеком.
Позади раздались легкие шаги. Эйлин Уэйд спустилась с террасы и села рядом на краешек шезлонга.
? Ну, что вы скажете? ? спросила она спокойно.
? О джентльмене, который любит помахать перчатками?
? Да нет.? Она нахмурилась. Потом засмеялась.? Ненавижу, когда устраивают сцены. Хотя врач он прекрасный. Он уже закатывал такие сцены чуть ли не всем нашим соседям. Линда Лоринг не потаскуха. И выглядит, и разговаривает, и держится по-другому. Не знаю, почему д-р Лоринг так себя ведет.
? Может, он бывший пьяница,? сказал я.? Многие после лечения впадают в ханжество.
? Возможно,? сказала она и стала смотреть на озеро.? Как здесь тихо. Казалось, писателю должно быть здесь хорошо ? если писателю вообще бывает где-нибудь хорошо.? Она обернулась ко мне.? Значит, Роджер вас не уговорил?
? Смысла нет, м-с Уэйд. Ничем не могу помочь. Я ведь уже объяснял. Чтобы вовремя прийти на помощь, надо не спускать с него глаз ни на минуту. А это невозможно, даже если забросить все другие дела. Человек может сорваться с цепи в мгновение ока. Кстати, по-моему, на него это не похоже. Он мне кажется вполне уравновешенным.
Она взялась за край соседнего шезлонга и подалась вперед.
? Если бы он дописал книгу, все, наверное, уладилось бы.
? Тут я не могу ему помочь. Она смотрела вниз, себе на руки.
? Можете, раз он вам верит. Это самое главное. Или вам противно жить у нас и получать за это деньги?
? Ему нужен психиатр, м-с Уэйд. Только хороший, не шарлатан.
Она встрепенулась.
? Психиатр? Зачем?
Я выбил пепел из трубки и подержал, чтобы она остыла.
? Я, конечно, дилетант, но могу сказать. Ему кажется, что в подсознании у него скрыта какая-то тайна, и он не знает какая. Это может быть сознание вины ? собственной или чужой. Он считает, что пьет оттого, что не может вспомнить. Наверное, это событие произошло, когда он был пьян, вот он и напивается, чтобы снова впасть в это состояние, в полную отключку. Это задача для психиатра. Дальше. Если это не так, тогда он напивается просто потому, что любит пить или не может с собой справиться, а тайну выдумал себе в оправдание. Но писать и уж, во всяком случае, закончить книгу, он не может из-за пьянства. Итак, вывод: не может дописать, потому что сам оглушает себя выпивкой. А если наоборот?
? Нет, это ? нет,? сказала она.? Роджер очень талантливый. Я совершенно уверена, что его лучшие книги еще впереди.
? Я же сказал, что рассуждаю, как дилетант. Вы как-то заметили, у меня в гостях, что он, может быть, разлюбил свою жену. А если и тут наоборот?
Она поглядела в сторону дома, потом повернулась к нему спиной. Я поглядел туда же. В дверях стоял Уэйд и смотрел на нас. Я увидел, как он зашел за стойку бара и стал доставать оттуда бутылку.