Страница 7 из 10
Егор не стал дожидаться, что ему скажет Макар и отключился. Он попрощался с дедом, пообещав не забывать его, взял свою сумку и вышел из дома. Дед успел сунуть ему пару тысяч, Егор брать не хотел, но старик заставил взять.
– Я пенсию на днях получу, а ты сейчас вызови такси. Метро уже не работает. Оставшееся тоже пригодится. Так вернее будет.
И на самом деле, на такси добрался он быстро, не прошло и сорока минут. Позвонил Макару и вскоре тот вышел, дошёл до беседки, где на лавке дожидался его Егор. Они обнялись, что всегда делали при встрече.
Егору пришлось по-быстрому рассказать другу, как получилось, что он проиграл десять миллионов в карты. Время, данное ему на то, чтобы он нашёл деньги – прошло. Теперь же долг растёт с каждым днём. С него требуют деньги немедленно. В квартире – засада.
– Сколько? – ахнул Макар. – Десять? Ты с ума сошёл? Совсем обалдел! Да как ты сумел столько проиграть? Это же уму непостижимо, это умудриться надо, проиграть столько денег!
– Хотел отыграться, сам не заметил, как вышло, обманули меня, – вяло оправдывался Егор, – я был пьян.
– Ах пьян! И это тебя оправдывает? Но ты же обещал, что больше никогда не будешь играть! Мало тебе было прошлого раза?
– Так вышло! – выкрикнул Егор и осёкся, сам испугался своего крика. – Вышло так, понимаешь? Сам не заметил, как втянули. Напоили. На квартире играли, даже не помню где. Я жениться на Дашке собирался, думал, вот сейчас выиграю на семейную жизнь и завяжу. Честно!
– Выиграл? – зло спросил Макар. Женился? Что, все люди на свадьбу картами зарабатывают? Я тоже женился. В карты, при этом, заметь, не играл. Ты себя подставил, Дашу, Лёшку, меня, мою семью, друзей, родителей своих. Знаешь, как это называется?
– Он погиб.
– Кто погиб?
– Лёха.
– Ты что несёшь? – Макар схватил Егора за рукава куртки и хорошенько тряхнул. – О чём ты?
После того, как друг узнал от Егора о гибели Алексея, он как будто разом сник, оцепенел. Даже ругаться перестал, словно сдулся. Замолчал надолго. Через некоторое время, вспомнив о трёхлетней Соне, спящей в одиночестве в квартире, он заторопился.
– Вот что, тебя, видно, плетью не перешибёшь. Игрок он и есть игрок. Так что сделай так, чтобы из-за этого не пострадали остальные люди. Я скоро Аньку из роддома заберу, через неделю родить должна, а может, и раньше. Исчезни пока и не показывайся. Ради детей моих, прошу тебя, не показывайся. Пока не звони мне, я сам придумаю, как с тобой связаться. Будем думать, где такие деньжищи достать. Хотя я даже представить себе не могу, где их взять. У тебя же продать нечего? – Егор покачал головой. – Так и знал. Поспрашиваю. А ты держись.
Макар сунул руку в карман спортивных штанов и достал деньги.
– Знал, что тебе понадобятся. Возьми, на первое время хватит.
– Тебе самому нужны… – начал было Егор.
– Ничего, я в карты не играю, обойдусь тем, что заработал. А вот это – ключи от гаража, где ты мотоцикл держишь. Забирай – пригодится. Конечно, сейчас холодно на нём гонять, не лето, но другого выхода нет, придётся тебе на мотоцикле ехать. У меня есть вторые ключи от гаража, можешь не возвращать. Ты знаешь, где моя дача. Сейчас ночь, пробок не будет, доедешь быстро. Далеко конечно, но это ещё лучше. Печь там топится, дрова есть, не замёрзнешь. Припасы в подполе имеются. Другого ничего пока предложить не могу, извини. Машина самому нужна, ты ж понимаешь. Больших денег у меня тоже нет, сам знаешь. Попробую поискать, но не обещаю. Кто же даст столько? Как смогу – приеду к тебе, а пока поживи на даче. Ну всё, я пошёл, Соня проснуться может, испугается. Я тебе позвоню.
Макар порывисто обнял его, пожелал ни пуха и ушёл.
Егор вывел из гаража друга свой двухколёсный Урал и следующие часа полтора провёл в дороге. Ему повезло. Дело шло уже к утру, только начало светать, его ни разу не остановили. Машин на дороге тоже было немного. Конечно он сильно замёрз – не лето на дворе. Это в тёплое время года хорошо на мотоциклах ездить – легче пробки проскакивать, а глубокой осенью, в конце ноября, уже как-то не по сезону. Благо в этом году осень выдалась не холодной, а зима не торопилась приходить. Тем не менее, на дорогах мотоциклисты в это время года почти совсем не встречаются, разве что такие же непутёвые, как Егор.
На участок Макара он заехал в тот час, когда немногочисленный народ, проживающий зимой на дачах, уже начал понемногу выходить во дворы из своих домов. Было очень тихо и спокойно. Из печных труб тянулись дымовые причудливые хвосты. Понадобилось некоторое время, пока Егор наносил в остывший дом дрова и кое-как сумел растопить печь. Дрова отсырели и долго не хотели гореть. Он догадался плеснуть немного жидкости для розжига. Дело пошло веселее. Через некоторое время огонь хорошо разгорелся, чему он очень обрадовался. В доме ещё долго было холодно, но постепенно потеплело, стало гораздо уютнее, и Егор наконец смог снять с себя пуховик и лечь спать, перед этим загрузив в топку дров. Ноги уже не держали его от усталости и напряжения, глаза слипались, руки дрожали.
Глава 5
Даша
Даша маму узнала не сразу. Она лежала на кровати какая-то усохшая, словно старушка, на голове у неё почти совсем не было волос. Она не открывала глаз и, казалось, что больная постоянно спит. Даша была поражена. Неужели эта женщина, что лежит перед ней на кровати, её мама? Не может такого быть! Она всегда была видной женщиной. Яркой и заметной, хорошего роста и стройной. А волосы какие у неё были чудесные! Даше такие не достались. Густые и блестящие, даже не седела ещё. Разве что совсем немного. А та женщина, что она видела перед собой, ничем её маму не напоминала. Настолько она изменилась и за такой короткий срок!
Даша долго пыталась дозваться до неё, но ничего не получалось – мама не слышала её. Потом в палату зашёл лечащий врач и долго разговаривал с Дашей. При нём мама проснулась, увидев, что она открыла глаза, Даша поспешно склонилась над ней, взяла за руку и заплакала. Мама молча смотрела на дочь, по худой щеке медленно покатилась слеза, оставляя на коже мокрую дорожку. Но она улыбнулась Даше, хотя и не сказала ничего! И руку дочери она слегка сжала. Даша поняла, что мама её узнала и очень рада ей. Вскоре она снова забылась. Доктор вышел из палаты, позвав Дашу за собой. В коридоре он сказал Даше, что уже нет смысла что-либо лечить. Слишком поздно её мама обратилась к врачам. А рак поджелудочной железы прогрессирует очень быстро.
– Так она и не жаловалась ни на что! – тихо плакала Даша. – Она ведь ещё даже до пенсии не дожила! Красивая была, сильная!
– Так бывает, девочка, – сказал доктор.
– Почему же она мне ничего не сказала? – с отчаянием в голосе обратилась Даша к врачу. – Неужели бы я не приехала к ней раньше?
– И так бывает, дочка, – устало вздохнул он. – Всяко бывает.
Раз маму уже невозможно вылечить, доктор разрешил забрать её домой. Чтобы мать последние дни провела не в палате, а с дочерью и в родных стенах. Даша с тяжёлым сердцем поехала домой, чтобы прибрать и подготовить квартиру к тому времени, как привезёт маму из больницы. Она заказала назавтра санитарную машину для перевозки лежачих больных. Полдня и весь вечер Даша прибирала и мыла квартиру. Приготовила и застелила для мамы кровать. Сходила в аптеку за специальными пелёнками и памперсами. Решив, что теперь всё в квартире готово, Даша наконец легла спать. Как бы сильно она не устала, сон долго не шёл к ней. Воспоминания о прошлой жизни с мамой не выходили у неё из головы. Наконец, далеко за полночь, она провалилась в сон. Под утро её разбудил звонок. Ей сообщили, что мама умерла.
Последующие несколько дней прошли у Даши словно в тумане. Хорошо, что помогала тётя Нина, а ещё прилетела из Сургута мамина двоюродная сестра. Они взяли на себя большинство хлопот в эти дни. Даша почти ничего не помнила. Всё делала на автомате. То и дело её клонило в сон. Она совершенно ослабела.
Мамина сестра улетела на следующий же день после похорон. В Сургуте её ждали дети и внуки. Она звала Дашу с собой, чтобы та не оставалась одна хоть на первое время, но девушка отказалась. После отъезда тёти, Даша погрузилась в депрессию. Она считала себя виноватой в преждевременной смерти матери и проклинала тот день, когда она познакомилась с Егором.