Страница 31 из 39
Когда я повернул за угол коридора, то глазам предстала битва не на жизнь, а на смерть. Высоченный черноволосый человек, весь в мускулах и покрытый зеленой краской, отбивался секирой от трех чудовищ, очень похожих на Брыся. Еще два монстра валялись неподалеку, на оскаленных мордах застыла ненависть и злость. Рядом с ними нашел последний удар другой воин, похожий на первого, но с седыми волосами.
Монстры состояли из клыков и когтей, с коротким черным мехом и собачьими головами (что делало их еще менее привлекательными в моих глазах). Они двигались на задних лапах с неимоверной скоростью и старались достать зеленокожего воина. Судя по многочисленным ранам, покрывавшим тело зеленокожего, им это удавалось, но он не отступал. Ему было за что бороться, кроме своей жизни.
За мускулистой спиной, сжавшись в валуны, сидела женщина с маленьким ребенком на руках. Кожа у них тоже изумрудного оттенка, словно только что вынырнули из бассейна с зеленкой. Ребенок пытался вырваться и принять участие в драке, мать же затравленно сжимала в руках большой кинжал. Другой рукой она удерживала за шкирку прыткого мальчишку.
«Кешка, как нам поступить, ведь скоро зеленый совсем ослабеет, и тогда зверюги растерзают их всех? Кто его знает, может после этого они и нас учуют? Пожалуй, надо ему помочь, заодно и сами перестрахуемся. Кешка, ты здесь?!! А кому я сказал… хотя ладно, все равно уже поздно. Главное – не встревай!» – раздались в голове Пашкины мысли, а я в ответ клятвенно пообещал ему не вмешиваться.
Бороться с собой, стиснуть зубы, сжать когти и не встревать!
Не встревать!
Ага, ведь меня так и тянет кинуться на съедение этим мохнатым шалостям природы с нездоровым цветом глаз. Нет уж, Павел, если у тебя есть желание подписаться на суицидальные подвиги, то это твое дело, а я, пожалуй, постою в сторонке, вроде как на стреме.
Зеленокожий вертелся волчком, рычал и парировал удары зверей, но те перестроились на выматывающий бой. Они лишь обозначали выпады, уклонялись от секиры, заставляли воина терять и без того иссякающие силы. Бойцу оставалось лишь бессильно скрипеть зубами и стараться подороже продать свою жизнь и жизни близких.
И тут в дело вмешался мой друг, да еще как вмешался!
Он неожиданно появился между зверей. Нахлестал правому по морде и, пока тот ошалело смотрел на него, Павел плюнул в глаз левому, после чего снова пропал из виду. Третья зверюга взвизгнула, когда он наступил ей на лапу.
«Кешка, ну как, чётко я их? Эх, почему же раньше у меня не было такого амулета?» – раздался в моей голове веселый Пашкин голос.
«Не высовывайся особо, лишь изредка отвлекай их от дядьки, покрытого зеленкой!» – посоветовал я своему бойцу невидимого фронта.
На несколько секунд бой стих, зеленокожий переглянулся со зверюгами. Те удивленно посмотрели на него. Потом все четверо пожали плечами. Воин поднял секиру и, собрав остатки сил, яростно кинулся в отчаянную атаку. Но тут снова вмешалось провидение в Пашкином лице: он появился из ниоткуда и, дав хорошего пинка отставшему зверю, снова пропал. Зверюга возмущенно взревела и отмахнулась от неожиданного посрамления, но её лапы вспороли лишь воздух, не встретив никакого предмета на пути.
Оплеванное чудовище тоже обернулось в поисках пародии на верблюда. Этим и воспользовался зеленокожий. Он одним прыжком оказался около зверюги. Секира свистнула и навсегда запечатлела на лохматой морде обиженно-огорченную мину. Голова допрыгала до сжавшейся в углу женщины и укоризненно уставилась на нее, как бы обвиняя в случившемся. Та осторожно отодвинула ее и повернула зубами к стене.
Нет, все же у иных женщин чувство аккуратности не истребить! Ну, казалось бы, какая тебе разница, как валяется отрубленная голова, так нет же – обязательно надо фэн-шуй приплести и повернуть энергетическим центром на север.
Оставшиеся в живых зверюги не заметили явного улучшения обстановки в пещере (значит, женщина зря старалась) и, раздосадованные потерей особи своего вида, накинулись на воина с двух сторон. Тот перекатом ушел с линии атаки, и они с шумом встретились в воздухе, стукнулись лбами и рухнули на пол. Однако тут же вскочили на лапы, и тут оказалось, что они разделили собой женщину с ребенком и воина, чем не преминули воспользоваться.
Одна из зверюг молниеносно кинулась к женщине, поднимая лапу для мощного удара. Женщина заслонила собой ребенка, выставила вперед кинжал и, отважно зажмурившись, начала им махать из стороны в сторону. Чудище выбило у нее из рук оружие, схватило за волосы и начало подтягивать к своей оскаленной пасти, целясь на шею.
В промежуток между ними вклинился Павел с занесенным кулаком, но чудище было готово к появлению врага и резко махнуло лапой. Павел отлетел к стене, ударился головой и потерял сознание.
Внимание – игрок временно нейтрализован.
Внимание – угроза для жизни превышает допустимые показатели.
Внимание – через пять минут игрок будет полностью нейтрализован.
Как так? Почему? А как же действие амулета, или под землей оно бессильно? Ответы на все эти вопросы можно найти и потом, а сейчас необходимо действовать, иначе осиротинит мальчонку зверюга дурнопахнущая.
Воин выл от злобы и бессилия, как ветряная мельница махал секирой, но не мог приблизиться – не пропускала мохнатая тварь, щелкала клыками буквально в сантиметрах от лица зеленокожего. Павел не отзывался на мысленные призывы, воин не мог приблизиться, женщина обмякла в лапах твари, которая уже почти добралась до ее горла.
Не мог я оставаться в стороне, надеюсь, что мне это зачтется в кошачьем раю!
Мя-а-а-ау!!!
Я в несколько прыжков долетел до зверюги с женщиной, взлетел на добрых два метра и обрушился карающей десницей на зубастую морду. Истошно вопя боевые кличи, я начал когтями делать пластическую операцию по улучшению морды лица этого чудовища. Тварь резко мотнула головой, пытаясь стряхнуть меня с головы, но не на того напала!
Я еще крепче вцепился тремя лапами, а четвертой продолжал менять твари форму скул и разрез глаз. Но, видимо убедившись в моем непрофессионализме, тварь сорвала меня со своей морды и запустила в сторону Пашки. Все девять жизней пронеслись перед глазами, пока я летел до стены, но все же собрался и, отпружинив лапами, опустился на мягкое, то есть шлепнулся Павлу на живот.
От толчка Павел очнулся и тут же скривился от боли, зажав рукой длинные, глубокие раны на груди. На вид они были ужасны и несовместимы с жизнью, однако Павел каким-то чудом держался.
«Вот оно как бывает, Кешка, живешь себе живешь, тут бац и какая-то страхолюдина с когтями тебя жизни лишает, и что самое обидное – помираю нецелованный!» – оказывается, даже в такой ситуации гормоны берут свое, Павел вздохнул и, судя по выражению его лица, приготовился прощаться.
«Поверни синий луч и не мучай мое воспаленное воображение!!!» – я сорвался на истерический визг. Вы никогда не пробовали мысленно биться в истерике? Попробуйте, довольно-таки интересное занятие.
18
Павел послушался и оставил прощальные речи до лучших времен. Странно, но сейчас амулет не дал сбоя, как в случае с неуязвимостью. Раны моментально исчезли. Не оставили даже шрама, чем немало огорчили Павла, который собирался похвастаться ими перед пацанами. Он уже почти видел, как на речке мальчишки заметят шрамы, начнут выспрашивать, а он наворотит с три короба.
Когда мы вскочили на ноги, полные решимости вновь вступить в бой, то оказалось, что вступать уже некуда. На полу пещеры валялось два свежих трупа, причем один без головы, но поспешу вас обрадовать, что оба они мохнатые. Зеленокожий осмотрел жену и ребенка. Удостоверившись, что с ними все в порядке, повернулся к нам.
– Зимор благодарит тебя, человек, за помощь. Зимор сам мог с ними справиться. Ответь – откуда ты взялся и как очутился здесь? – гортанным голосом спросил зеленокожий.