Страница 11 из 35
Рон устало прикрыл глаза, а затем взглянул на друзей.
- А мне надоело играть в школьников, - сказал он спокойно. - Не пора ли повзрослеть? Вместо того, чтобы начать работать и зарабатывать деньги, я бестолково читаю какие-то учебники и показываю на экзаменах, которые, как вы помните, мне вовсе не нужны, что же я прекрасного умею делать. Зачем?
Гермиона выглядела растерянной от такой тирады, а у Гарри вообще дар речи пропал. Он так и продолжал держать в руке маленькую сову, которая до того устала от долгого полета, что даже не стала вырываться.
- Вы, наверное, до сих пор думаете, что мне интересно только в шахматы играть, да поесть вкусно, - с горечью продолжал Рон, в котором, видимо, давно копились эти слова.
- Рон, мы вовсе так не думаем, - пораженно произнесла Гермиона. С каждым его словом она становилась все более встревоженной.
- Слушайте, - он снова попытался поправить порванный рукав, - я все понимаю: здесь друзья, здесь прошло все наше детство… Но я, спустя неделю, правда, чувствую себя здесь лишним. Гермиона, - обратился он к ней серьезно, - ты меня прости, но ведь у вас с Гарри и правда есть определенные планы на карьеру. А нам с Джорджем и без образования очень хорошо заживется, поверь.
Гермиона вновь попыталась что-либо возразить, но он поднял руку, не дав ей заговорить.
- Я останусь, ради тебя. Но не заставляй, пожалуйста, сидеть меня снова над учебниками. Хочу, чтобы мои последние дни в Хогвартсе были связаны с чем-то более приятным. Я лучше, правда, пойду и полетаю с Гарри после обеда, если ты не против.
С этими словами Рон отодвинул недоеденный суп, встал из-за стола и пошел к выходу. Его высокая фигура слегка горбилась, что придавало ему немного унылый вид. Гарри сглотнул и посмотрел на Гермиону, в глазах которой блестели слезы.
- А ведь Рон прав, - сказал он сипло. – А мы с тобой, Гермиона…
Он не договорил и охнул, потому что сова, не дождавшись, пока ее отпустят, больно клюнула Гарри за палец и полетела прочь.
В этот день Рона и правда не было видно ни в библиотеке, ни в гостиной Гриффиндора. Возвращаясь со стадиона, над которым они с Гарри летали, без малого, два часа, он сообщил, что хочет потренироваться в одном из пустых классов на третьем этаже.
- Я тут штуку одну придумал за эти дни, ну, для нашего магазина. Надеюсь, Джорджу понравится. Хочу немного еще над ней поколдовать, - сказал он сдержанно. Ему было словно неловко за сегодняшнюю сцену за обедом, но Гарри понимающе похлопал его по плечу и пожелал удачи.
Проходя по коридору пятого этажа, Гарри увидел Полумну и Джинни, сидящих на подоконнике. Джинни выглядела очень удрученной.
- Что произошло? – спросил он, подходя к ним.
- Ничего, - мотнула головой Джинни, - ровным счетом.
- Джинни утешает меня, потому что Невилл теперь встречается с Ханной Аббот, а не со мной, - бесхитростно доложила Полумна, сцепив свои бледные пальцы на коленях. – Что, собственно, и следовало ожидать после стольких признаков.
Гарри не решился спросить, какие признаки она имеет в виду. Он вообще не знал, что следует говорить в подобных случаях.
- Иди, Гарри, - спасла его Джинни, - все хорошо. Мы тут еще немного посидим, а ты иди.
Он отправился в гостиную, шепотом сообщив грустной Гермионе, которая одиноко сидела возле камина и безотрывно смотрела на одну и ту же страницу, что Рон пошел придумывать какие-то интересные штуки для «Всевозможных Волшебных Вредилок». Это сообщение ее немного порадовало, но она учила уже не с таким усердием, время от времени задумываясь и совершенно не следя за тем, сколько страниц прочитал сам Гарри.
Рон, как и обещал, присутствовал и на экзамене по заклинаниям, и на астрономии, которую перенесли на вечер той же пятницы ввиду ожидаемой облачности на следующий день. На субботу остался экзамен по истории магии, но, поскольку Гарри и Рон на пятом курсе не набрали проходной балл СОВ по данному предмету, его сдавала одна Гермиона. В пятницу после заклинаний Гарри получил письмо от Джорджа, в котором тот писал, что наконец разыскал Наземникуса, и что они будут в Хогсмиде в субботу в три часа. Гарри настолько обрадовала эта новость, что он чуть не испортил свою карту звездного неба, заполняя ее рассеянно и думая совершенно о другом.
На днях он ходил к Хагриду и еще раз расспросил про письмо мадам Максим, но тот уже не выглядел таким обеспокоенным по поводу случившегося, как в прошлый раз.
- Я просто испугался за Олимпию, знаешь ли, - пробасил он, ставя на стол поднос с только что испеченными кексами. – А потом подумал: ну велика ли опасность, оккамий? Никого ж не убило. А мы с ней и не в таких переделках бывали.
Гарри осторожно откусил от одного кекса и с удивлением почувствовал, как мягкий бисквит просто тает во рту. На вид он был не очень, слегка кособокий, но вкус был просто волшебный.
- Хагрид, как ты научился так печь?
- Это Розмерта рецепт дала да показала, как надо, - Хагрид просто светился. – Вкуснее стало, да? Не век же мне покупать все в «Сладком Королевстве» теперь.
Гарри опять с подозрением посмотрела на лесничего.
- Это ты для мадам Максим стараешься, а, Хагрид?
- Скажешь тоже! – замахал ручищами тот и от смущения опрокинул кастрюлю, которая с грохотом покатилась по всей хижине. Поймав ее и водрузив на место, он спросил:
- А что ты так интересуешься Шармбаттоном, Гарри?
- Да так, - уклончиво ответил тот.
Они отправились в «Кабанью Голову» сразу после экзамена Гермионы. Сдав, наконец, последний, она с легкостью согласилась помочь расспросить Наземникуса о письме. Теперь это была почти прежняя Гермиона, если не считать небольшой напряженности от ожидания результатов экзаменов. В половине третьего они уже сидели за небольшим столиком в трактире, перекусывая слегка подсохшими бутербродами, которые Гарри прихватил с обеда – у Аберфорта почти никогда не было ничего съедобного, только напитки. Скрипнула дверь, и на пороге показалась высокая фигура Джорджа, за ним семенил Наземникус. Увидев неразлучную троицу, он слегка остолбенел, а потом повернулся к Джорджу:
- Так ты не просто позвал меня сюда?
- Неужели ты не хочешь повидать Гарри, Рона и Гермиону? – усмехнулся тот, подталкивая его к столику и перекрывая дорогу к выходу.
- Я ничего больше не воровал у тебя! – воскликнул Наземникус, усевшись на скамейку и уставившись недоверчиво на Гарри. – Даже близко к твоему дому не подходил!
- Мы не за этим хотели с тобой встретиться, - произнес Гарри, понизив голос. В трактире почти никого не было, но он все равно не очень хотел, чтобы кто-то услышал их разговор. – У нас к тебе вопрос. И будет лучше, если ты сразу на него ответишь, без уверток.
- Вот только не надо угрожать! – заерзал Наземникус. – Стоить только вас встретить, и начинаются допросы. Ужас какой-то.
- Кто нашел то письмо, о котором ты неделю назад рассказывал Аберфорту? – осторожно начал Гарри. – Что в нем было написано?
Наземникус посмотрел на него своими маленькими глазками и рот его растянулся в ехидной улыбке:
- А подслушивать нехорошо, мистер Поттер.
- Тебе напомнить, что действительно делать нехорошо? – подался вперед Рон. – Уж твой список гораздо шире, чем подслушивания и шпионаж.
- Да что надо-то? – жалобно произнес Наземникус, самоуверенность его сразу сдулась при виде волшебной палочки Рона, которую тот вынул из кармана.
- Вы пока поболтайте, - тактично сказал Джордж, а я пойду с Аберфортом парой слов перекинусь, чтобы мы вам не мешали, - с этими словами он покинул их, а на его место тут же пересел Рон.
Наземникус, напуганный этим соседством, начал судорожно припоминать все детали письма, но ничего путного от него узнать не удалось.
- Там про Дамблдора говорилось, что он был в курсе. И просьба была, укрыть или спрятать.
- Что спрятать? – спросила Гермиона.