Страница 43 из 61
Разбудил его ужасный грохот. Вполне настоящий, словно у дома обрушилась одна стена. Пол мелко задрожал, одновременно Киата отчетливо почувствовал, как рвется тонкая ткань его магической защиты. Демон просачивался сквозь нее с заметным усилием, но можно было не сомневаться, что это усилие увенчается успехом.
– Прорывается, зараза! – в отчаянии воскликнул он, бросаясь прочь из комнаты.
– Стой, ты куда?! – Зельна, насмерть перепуганная, кинулась следом за ним.
Враг ломился с парадного входа. Его натужные стенания гулко разносились по длинным коридорам. К тому моменту, когда охотник оказался у дверей, сквозь них уже просочилась половина туманного сгустка. Значительный хвост еще оставался на улице, и это давало некоторое преимущество Киате: куда сложнее драться с целым противником, чем с его половинкой. Не теряя времени, он выкрикнул в «лицо» монстра заклинание, призванное выставить его обратно за дверь. Дух лишь слегка дернулся, зато в ответ… не то дунул, не то плюнул, но Киату словно бешеным ураганом швырнуло в противоположную стену. Где-то рядом истошно завизжала Зельна.
Пока охотник выцарапывался из обломков мебели, демон просочился внутрь практически полностью. Выпинывать его за дверь было уже бесполезно. Вот теперь его могущество ощущалось в полной мере, и от этого могущества у Киаты захватило дух. С подобным ему еще не приходилось сталкиваться. И если Джар сумел подчинить его, то против этого парня лучший охотник Города – просто сопляк недоученный. Уже сейчас было очевидно, что лучший выход для Киаты – забиться в дальний угол, лечь на пол и надеяться, что чудовище пройдет мимо, и только профессиональная гордость не позволяла ему сдаться без боя. Движимый этим чувством, он с диким воплем метнулся к клиентке (незадачливая ведьма в оцепенении стояла посреди комнаты), сгреб ее в охапку, буквально швырнул в прилегающий коридор и захлопнул дверь. Прижав ладонь к дверной щели, он наспех наложил еще одно запирающее заклятие.
Разозленный собственной слабостью, Киата не то позабыл испугаться, не то перепутал эмоции. А вот Зельна выглядела не лучшим образом: бледная, с остановившимся взглядом и дрожащими губами. Киате показалось, что она вообще не воспринимает ничего из происходящего вокруг, но леди вдруг оттаяла. Уставилась на охотника своими невероятными глазищами.
– Сильная тварь! – прокомментировал он, вытирая ладонью вспотевший лоб. Словно в ответ на его слова последовал мощнейший удар в дверь, одна из толстенных досок слегка треснула.
– Делать-то что? – пролепетала Зельна.
– Бежать!
Киата ухватил женщину за локоть и поволок за собой по коридору. Она не то, чтобы сопротивлялась, но как будто была неспособна передвигаться самостоятельно, приходилось тащить ее силой. В результате охотник порядком вымотался и здорово рассвирепел, пока они достигли лестницы.
– Наверх, живо! – рявкнул он, подталкивая ее на ступеньку. Зельна, сделав пару шагов, снова остановилась. Но Киате уже некогда было на нее отвлекаться: он заплетал очередным защитным заклинанием дверной проем.
Когда он поднимался по лестнице, его уже слегка мутило, а тут еще Зельна на одной руке висит, а внизу слышится мерзкий скользящий шорох. На последней ступеньке он начал тихо рычать от ярости. Едва подъем закончился, Киата пихнул в спину свой балласт и заорал:
– Беги, ты, … – и присовокупил самое витиеватое ругательство, которое успел выучить за свою жизнь. Правда, на Зельну оно совершенно не подействовало, скорее всего, она его просто не поняла.
Великий Дух уже поднимался по лестнице. Он не спешил, а может быть, его тоже вымотали все эти барьеры. Ноги у Киаты подкашивались, но он был тверд в своем намерении пережить эту ночь. А потому, вместо того, чтобы падать на пол и просить пощады (на которую он вряд ли мог рассчитывать), охотник перешел в атаку. Правда, избрал для этого самый ненадежный, примитивный и опасный для них самих способ: повторил заклинание «иголки».
Демон взвыл так, что задрожали стены. С другой стороны значительно выше и пронзительнее завизжала Зельна, словно эта дурацкая «иголка» каким-то образом отскочила и в нее. Почти оглохший от этой какофонии, Киата со зверской гримасой сцапал орущую женщину, взвалил ее на плечо и со всей скоростью, на какую был способен, помчался по коридору.
Идиотские метания по дому продолжались всю ночь. Обиженный Дух с воплями носился по коридорам; периодически он вспоминал о своей великой миссии и снова начинал охоту на несчастную жертву. Первые пару часов Зельна находилась в состоянии совершенно невменяемом, но после устала бояться, а может, вспомнила о том, что и она тоже какая никакая, а ведьма, и взяла себя в руки. Визжать она уже не могла – сел голос, но это не мешало ей жалобно попискивать. Но теперь она следовала за Киатой совершенно самостоятельно, что здорово облегчало его задачу.
Похоже, безобидные «пинки» охотника здорово сбивали с толку демона, поскольку он периодически терял их след, увлеченный собственными неприятными переживаниями. Потом он принимался лихорадочно их отыскивать, и тогда по коридорам время от времени проносился истошный вопль кого-нибудь из слуг. Самое удивительное, что за всю ночь Киата с Зельной так ни одного из них и не встретили. Не то приказ «не путаться под ногами» исполнялся с особой тщательностью, не то демон не оставлял в живых случайных свидетелей.
Киата почти на каждой двери, которую они миновали, старался поставить хоть какое-нибудь, хоть плохонькое, защитное заклинание. Они здорово изводили преследователя, и тот постепенно терял энтузиазм. Пару раз охотник пытался перейти в атаку, но получал такой сокрушительный отпор, что в конце концов зарекся это делать. Вместо того, чтобы пытаться уничтожить врага, Киата наносил короткие удары, дезориентирующие монстра, и успевал смыться.
Дом, ставший эпицентром боевых действий, ходил ходуном. Наверняка все соседи уже давно сидели, прилипнув к окнам и гадая, что тут происходит. Невидимые магические силы производили вполне реальные разрушения. За ночь противники полностью разгромили второй этаж и принялись за третий. Хозяйка не возражала, успев на собственном опыте понять бренность мирских благ перед таинством смерти. Бесчинство закончилось утром, когда демон, наконец, куда-то исчез, как и положено всякой нормальной нечисти.
Утомленные впечатлениями герои еще нашли в себе силы, чтобы обойти дом и подсчитать потери. У Киаты засосало под ложечкой, когда он прикинул сумму материального ущерба, но зато изо всех углов выползали перепуганные, но абсолютно живые слуги. Кухарку нашли в глубоком обмороке, но когда ее привели в сознание, она оказалась вполне вменяемой.
– Что ж, можно сказать, мы обошлись малой кровью, – сделал вывод Киата.
После этого заявления его сил хватило только на то, чтобы добраться до постели.
9.
Дня они так и не увидели. Пока светило путешествовало по небосклону, Киата и Зельна отсыпались в своих комнатах на втором этаже, которые уцелели в битве, как, впрочем, и большая часть комнат: основные разрушения пришлись на коридоры.
За окнами стояла темная ночь. Киата с Зельной как раз приканчивали поздний ужин, который, учитывая, что они только что проснулись, вполне можно было назвать очень поздним завтраком, когда со двора донесся жуткий вой. Киата подскочил на месте, несмотря на то, что многие из уничтоженных им тварей издавали звуки и похуже. Зельна прыгать не стала, зато очень сильно побледнела.
– Адьяхо, – прошептала она.
Киата даже ложку уронил от изумления.
– Ты уверена?
– Конечно, я же здесь живу! – Леди гордо задрала носик, но тут же снова испуганно сжалась. – Они что, прямо во дворе? Надеюсь, их мало, и слуги разберутся с ними.
Киата ее уже не слушал: он со всех ног несся вниз.
В саду творилось непонятно что. Вконец перепуганные слуги с факелами и арбалетами шарили по кустам в поисках источника звука. Киата на бегу выхватил оружие у какого-то юнца и швырнул его в заросли. Не обращая внимания на его перекошенную физиономию, охотник завопил во весь голос: «Прекратить! Бросьте оружие!» – даже не подумав о том, что большинство их них наверняка по-хумейски не понимают.